Паинька и Пай (СИ)

По вечерам Рекс собирал всю семью, усаживал Магду и Пая на диван в гостиной, сам устраивался рядом, головорезам давал команду встать полукругом за диваном, и просил Лимми обратиться. Смотреть на белоснежного пушистика Рексу не надоедало. Он оглушительно хлопал в ладоши от умиления, ликовал, обращался сам, за ним головорезы, Паю тоже приходилось присоединяться, чтобы на Лимми не наседали, и в гостиной начинался шум и лай. Заканчивалось всегда одним — Магда брала скалку и выгоняла всю компанию во двор.
Поначалу Лимми это забавляло. Она вдруг стала гордостью семьи. А раньше была мало кому интересной маменькиной дочкой. Неженкой. Родные всегда ее обожали и баловали, но обычно прятали от посторонних. Теперь же они неуемно радовались, и отец, и братья, и племянники. Важно кивали на вопросы любопытных. Но были готовы в любой момент защитить, не особо пока веря, что Лимми сможет постоять за себя.
В псовой ипостаси Лимми все равно выглядела хрупкой красоткой, изящной игрушкой, которую нужно поместить на видное место и любоваться. И только Пай знал, какова Лимми на самом деле. Любопытная и рисковая, упрямая и верная, ревнивая и страстная, а еще очень уязвимая во враждебном окружении. Поэтому Пай каждый день уводил Лимми подальше в лес и учил основам самообороны. Учил и ненавидел себя за это. За то, что вынужден учить свою жену защищаться, за то, что не может сам стопроцентно уберечь любимую женщину.
Совсем недавно Пай был уверен, что с ним Лимми всегда будет в безопасности, Черного Пса уважали и побаивались, но жизнь показала обратное. Злые люди одним своим присутствием мучили Лимми, а Пай об этом даже не догадывался. В усадьбе она сама на себя не походила, была задумчивой, не капризничала и редко улыбалась. Вынуждена была сбежать. Сейчас же, в кругу любящих родных, она снова расцвела. Хохотала во все горло над грубоватыми шутками братьев, конфузилась, когда клочья одежды разлетались в разные стороны при обороте и смотрела влюбленными глазами на Пая.
Василька много рассказала Паю об отражах, об их свойствах перенимать чужие навыки, хотя и фыркала, что Лимми обрела псовую ипостась. По мнению Васильки, Лимми должна была обернуться в кошку. И это бы случилось со временем, не возьмись Лимми освобождать Пая от колдунства. А Пай с первого дня знакомства замечал, как Лимми сразу повторяла все, что видела, и надеялся, что жена сможет перенять от него главное: изворотливость и умение побеждать. Хорошо, что убегать Лимми умела с рождения.
— Пай, ты несчастлив со мной? — вопрос Лимми ударил плетью по сердцу. Пай ушел глубоко в свои мысли и не обратил внимания, что Лимми давно уже смотрит на него с тревогой.
— Лим, ты мое сердце, без тебя я просто сдохну, — Пай притянул к себе жену, зарылся носом в мягкие кудри. — Почему ты такое спрашиваешь? Ночью я мало любил тебя?
— Ты часто грустишь, я же чувствую. И раньше ты не хотел меня учить драться, говорил, что на это у меня есть ты. А теперь учишь.
— Я просто хочу, чтобы при случае ты расквасила нос любому и убежала, — Пай улыбнулся своей шутке, поцеловал кулачок жены, но Лимми осталась серьезной.
— Ты от меня что-то скрываешь? Не хочешь огорчать? Тебе надо вернуться к родителям?
— Нет, моя сладкая. К ним я точно не вернусь. Я не смогу их полюбить, да и не хочу. Некоторые мечты сбываются слишком поздно. От них нет никакой радости.
— Тогда что? — Лимми не отступалась. — Тебе понравилась какая-то претендентка? Наследники все-таки понадобились?
Пай вздохнул, придется рассказать Лимми всю правду. Иначе она со своей ревностью напридумывает глупостей. Пай опасался сказать то, что хотел про отражей, объяснить ситуацию. Но и молчать было нельзя, Лимми угрожала реальная опасность. Он обнял Лимми, гладил по плечам и спине, утыкался носом в шею. Лимми хихикала, Пай щекотно дышал ей в ухо.
— Лим, забудь о претендентках и наследниках. Мы же договорились, — Пай решился. — Помнишь ту кошку, Васильку?
— Из моего сна?
— Да. Она есть на самом деле. Я с ней познакомился, когда искал тебя. Мы долго говорили.
 
— Ты говорил с кошкой? В самом деле? — на это Лимми засмеялась. Черный Пес, ну никак, не походил на любителя общаться с котовыми. — О чем? О Гилдерине?
— О тебе.
— Зачем обо мне? — вытаращила глаза Лимми. — Эта Василька приходила без спроса в мои сны, я боялась, что с ума сойду. Заставляла колдуна на спине таскать, ей уши надрать надо.
— Я надеру, не сомневайся, мой щеночек.
— Эй, вы! Вроде уже не молодожены, а никак не налюбитесь, — на полянку неожиданно выскочил Тарзан. Он посмотрел в упор на Пая, потом дернул головой, показывая, что есть дело, но Лимми знать не должна. — Лимми, там Магда тебя обыскалась.
— Зачем это? — Лимми, недоумевая, оглянулась. Тарзан нашел их в лесу ради такого смешного повода.
— Родня приехала, ждут тебя. В деревенском доме.
— Пойдем, Лим, — Пай понял, что случилось что-то неприятное. В деревенском доме никакая родня не могла ждать Лимми. Явно Рекс хотел спрятать дочь. От кого?
— Новую моду знаешь? — Тарзан шел рядом с Паем и пытался поддерживать легкую беседу. — Молодежь теперь предпочитает официальную бумагу иметь о свадьбе. Мало им сообщить вожаку, подавай им документ. Будто без этого кто-то отберет супругу. И поединки, то есть фонд призовой, так просто нельзя раздавать. Отдельная бумага требуется. Ты зайди к Рексу, распишись там. Что Лимми ты выиграл и забрал. На полную ответственность. Все по-честному. По закону.
— Зайду, — Пай покосился на Тарзана. Странные речи вел правая рука Рекса. Кому могло понадобиться сейчас свадебное соглашение?
— А мне не надо расписаться? — встряла Лимми. — Я тоже ответственность взяла. Полную.
— Ты ж не билась за него при всех, — Тарзан засмеялся и поднял руку, чтобы потрепать Лимми по волосам, но на полпути остановился. Вовремя вспомнил, что за такое Пай ему руку откусит.
— При всех не билась, а одна… — Лимми осеклась и покраснела. Она чуть не проболталась о том, что было в сарае.
— Завалила кого-то за Пая? — поинтересовался Тарзан. — Молодец, Лимана! Куда вы, кстати, делись в Заречье? Мы все углы обыскали.
— Убежали в лес, — отмахнулся Пай. Ситуация напрягала, и он обрадовался, что они, наконец, пришли. Магда выскочила на крыльцо и поспешно увела дочку в дом.
— Пай, — Тарзан в миг стал суровым. — Ты вдруг перестал быть сиротой? Обрел заботливых родителей? Откуда такое счастье?
— Ты это к чему?
— В конторе узнаешь. Рекс тебя ждет. И не только он.
Пай нахмурился. Родителям он отправил с надежным посыльным письмо, в котором предельно кратко и ясно изложил условия взаимодействия. Он не лезет в их жизнь, они не лезут в его жизнь. Он не предъявляет претензии за то, что его не искали должным образом. Все-таки тридцать с хвостиком лет большой срок. Они не предъявляют требований, касающихся обязательств наследника. Не навязывают ему жену, детей и прочее. От своего статуса наследника Пай вообще отказался, прислал отдельное официальное уведомление, и посчитал тему закрытой.
Тарзан услужливо распахнул дверь. В кабинете Рекс был не один. В углу на стуле сидел связанным знакомый Паю персонаж. Сыщик Дален, ушлый, беспринципный, годный для особо скользких поручений. Когда-то Пай и к нему обращался в поисках родителей, отвалил немало серебра, но Дален схитрил, попытался выдать за его родителей пару пьющих одиноких бедняков. Пай забрал назад свои деньги и дал сыщику по морде. На этом сотрудничество закончилось.
— Шнырял тут, разнюхивал, сведения о тебе и Лимми добывал, — пояснил Рекс, кивая в угол. — Заказчика не сдает.
— Знаю я заказчика, — Пай не сомневался, что Далена наняла Августа. Или Ксен, который на всю голову залип на Лимми.
В коридоре послышался грохот, дверь распахнулась, и в кабинет ворвался Верд, вожак стаи Лиловой провинции, купивший дом Пая. Старая вражда была забыта как только Верд узнал, что Пай хочет покинуть его провинцию.
— Что за хрень, Пай? Сделку заморозили, — Верд швырнул на стол бумаги. — А, и ты здесь? — ударом ноги Верд уронил стул вместе с Даленом.