Дворянство. Том 2

Кот тут же взревел в голове:
«Убей! Прямо сейчас, пока не поздно! Пока он не ждёт!»
Но я этого не сделал, а медленно последовал вслед за Вадимом. Внутри самого дома был сущий бардак. Разбросанные вещи, еда, какая-то битая посуда и бутылки. Так скажем, ласковым и домашним уютом в исполнении руки бабули рыжего тут и не пахло. А она-то точно не позволила бы себе такого.
Что говорило только об одном, её здесь больше нет.
– Извини за бардак, – раздался голос Вадима из кухни. – Бабуля уехала с концами к своим родственникам и оставила тут всё на меня. Как видишь, не особо справляюсь.
На его голос повернул на кухню, где было самое чистое место в доме. Пыли, правда, много. Да и холодильник, в который, я по привычке заглянул, пустовал.
– Вадим… – протянул я, застыв у стола. – Что с тобой произошло?
– Пожалуй… – он повернулся, блеснув недобрым взглядом. – Это будет очень долгая история.
В момент, когда я увидел его взгляд, первое, что пришло мне в голову: пора бить. Сразу в глотку, чтобы не было у рыжего и малейшего шанса меня поранить. Но… всегда было одно «но».
– Ты не поверишь в то, что я тебе сейчас расскажу… – он неожиданно открыто улыбнулся, его глаза, казалось, потухли, и он вновь повернулся ко мне спиной, разливая по чашкам кипяток. – Сразу предупреждаю, история не из самых приятных и реальных, а верить или нет… ну… – Вадим вновь повернулся. – Ярослав, мне, кроме тебя, больше не с кем поделиться этим.
– А с отцом? – я сделал пару шагов назад, нащупав спиной дверной косяк. – Ему нельзя рассказать?
– Папы нет. Больше нет, – ответил он, поворачиваясь обратно к «чаю». – Первым погиб в этой суматохе. И я не про взрыв, как ты понимаешь. Ты это…
Он резко развернулся, да так, что из двух больших чашек выплеснула вода. С такой же резкостью сделал шаг в сторону, поставив чашки на стол, но словно даже не заметил этого, а затем опять заговорил.
– Не бойся. Не трону тебя. Садись и слушай, а этого… – он пальцем показал в сторону моих ног, одновременно потерев нос. И только в этот момент я понял, где Кактус сидел. – Подальше от меня… что-то у меня на кошек аллергия пошла.
 
Глава 4
 
Дальнейший разговор пошёл в неожиданно более спокойной обстановке, чем я рассчитывал. Да, пожалуй, изредка, но в Вадиме просыпался рычащий голос, но, в целом, он держался. Хотя Кактус при этом до последнего не успокаивался.
Грозился самостоятельно броситься и откусить ему голову. Я же каждый раз просил его помолчать и следить за происходящим, а не устраивать казнь.
История Вадима не испугала меня только из-за того, что половину сути его рассказа я и так знал, и понимал. А также, потому что я сам изменился. Сильно. Как и моё мировоззрение.
В момент якобы взрыва газа в его доме творился настоящий ад. Вадим по старой привычке полвечера предавался снам, чтобы собраться с мыслями и силами сходить на очередную сходку молодёжи в закрытом «клубе», но у судьбы, как и у существа, которое появился на пороге его дома, были иные планы.
– Я проснулся от криков соседки надо мной. Затем… когда крики прекратились, послышались тяжёлые шаги. Словно надо мной жила не юная красотка весом до пятидесяти килограмм, а старая и вредная тётка, весом в пару центнеров. – Вадим одним глотком выпил половину чая и только после этого продолжил: – Сам понимаешь, всякое бывает, так что я не стал обращать на это внимания. Долго пытался уснуть. Но вслед за соседкой сверху, крики начали доноситься из соседней квартиры. Тут…
Он резко шлёпнул ладонью по столу, а затем принялся мотать головой.
«Убей! – взревел Кактус. – У него приступ!»
Я и подумать ничего не успел, как то, что делал мой друг, резко прекратилось. Вадим несколько раз ударил себя по лбу и продолжил говорить, как ни в чем не бывало. Будто ничего не было и это пугало.
– Не выдержа-а-а-ал, – он рыкнул. – Вскочил и подошёл к входной двери. Узнать, что там происходит, так скажем, по-соседски. В глазок посмотреть. Но увидел я только море крови на кафеле, которая уже просочилась в щель моей двери. Противная такая… тёплая.
 
– Вадим, – оборвал его я, когда рыжий начал клацать зубами. Большими, кстати, неожиданно желтоватыми и острыми. – Ты в норме?
– Не обращай внимания, – усмехнулся он, хотя его смешок был слишком пугающим. – Это одержимость. Я тебе про неё чуть позже расскажу.
«Одержимость, говорит! Ха! И ещё раз ха! Но забавно, что он это так интерпретировал».
«Кактус, помолчи. Просто следи, чтобы он не бросился на меня. Я разберусь!»
Дальше Вадим продолжил говорить в более спокойной манере. Только вот его слова были… жестокими. Разорванные соседи, непонятная женщина на его пороге, которая одной из четырёх рук смела дверь, словно она была сделана из картона.
Ее убийственное выражение одного-единственного глаза, запах гнили и сила её пальцев. Она ворвалась в его квартиру, сжимая глотку, ровно в тот момент, когда за её спиной появился ещё один человек.
Он каким-то неизвестным Вадиму образом практически мгновенно отрубил половину её конечностей. Правда, это её не убило.
– Понимаешь, у него не было ножа в руке… ну или… как можно было так просто, одним движением отрубить всё это? – он начал улыбаться своей отвратительной улыбкой и принялся покачивать головой. – Или там… бензопила… да! Вот чего не хватало. Против этой твари только с бензопилой выходить.
– Вадим, – оборвал его я. – Ты уверен, что сможешь дальше говорить. Мне кажется, ты…
– Похож на психа? – улыбнулся парень вновь и закачался всем телом, сидя на табурете, так что тот угрожающе зашатался под ним. – Не… это не оно. Ты слушай, Ярослав слушай внимательно!
– Я бы… – не успел договорить.
Рыжий со всей дури ударил кулаком по столу. Я машинально выпустил когти, которые чуть ли не поцарапали мои ноги, но руки из-под стола поднимать не стал и, думаю, хорошо, что Вадим этого не видел, а то неизвестно как он на это отреагировал бы. Напрягся, как и кот.
– Не перебивай, дружище… – он замер, словно пытался сосредоточиться на собственных мыслях. Дальше последовала серия непонятных слов, точнее, случайного набора букв, и Вадим опять заговорил по-человечески. – Они сцепились уже в моей квартире, когда эта… вырвала кусок мяса из моего плеча. Дальше… я потерял сознание, а проснулся в момент, когда что-то надо мной загорелось. Я открыл глаза, увидел ухмылку и один-единственный глаз этой девушки… дальше раздался взрыв.
– Она была ещё жива? А тот человек? – невольно заинтересовался я событиями, которые произошли с моим другом.
– Не знаю. Не видел, – замотал он головой, безумным взглядом смотря по сторонам. – Меня выкинуло из окна вместе с этой тварью. Когда мы упали за забор в кустарник, она уже не дышала. Но и я не мог сдвинуться. Был перелома-а-а-ан, – вновь рыкнул Вадим. – До поры до времени.
– Потом что? – подсказал я, так как он замер на месте и лишь слегка раскачивался, уставившись на холодильник.
– Потом я потерял сознание. Проснулся, когда доедал соседку с первого дома, – Вадим махнул рукой в сторону окна, где виднелся чужой участок. – Потом, пошёл в третий дом. Потом… меня нашёл папа.
Когда он закончил на слове «папа», моё чутьё било в набат об опасности. Рыжий, правда, дёрнулся лишь один раз.
Он рванул на меня, но моей реакции было тоже не занимать. Я отмахнулся от его руки, нырнул в сторону в момент, когда тот уже всем телом перевалился через стол и схватил его за волосы, держа когти на его глотке.
– Не таким я представлял наш разговор, Вадим, не таким.
– Отпусти… я не специально, – всхлипнул он вполне по-человечески. – Этот голос внутри меня… преследует. Заставляет оставлять человечность. Говорит, что с этим можно и нужно жить… он снится мне… я боюсь… боюсь самого себя и того, что я делаю!
После упоминания голоса… именно того, который преследует его во сне, я чуть остыл. Но, отпуская друга, когти при этом не убрал. То, что он увидел, казалось, порадовало его.