Другие 100 дней плена... (СИ)

– Девочка-а-а… – протяжно произнёс, а потом вовсе начал шептать всякие ласковые слова на ухо, от которых я поплыла, как от того бокала вина, снова пьянея.
«Что это? Разве так бывает?» – таю, таю, таю…
А внутри нарастает ураган, готовый вырваться и поглотить в своей мощи. И это уже другие ощущения, чем были ранее. Похожи, конечно, но по силе и яркости восприятия намного круче, а в сочетании с частым дыханием и тихими мужскими стонами ещё приятнее.
Андрей осмелел и, удерживая мои руки за запястья, ускорился, вколачиваясь в меня ритмичными толчками-ударами. Я прикрыла веки, ощущая, как волна блаженства постепенно настигает, словно цунами или лавина… и накрывает с головой… обоих… нас трясёт… мы продолжаем целоваться, тем самым, продлевая удовольствие…
– Ты чудо, – он упёрся лбом в мой лоб.
Смотрим друг другу в глаза. Не знаю, что сказать… Я растеряна. Сейчас, когда пришла в себя, на первый план выступило стеснение и неловкость. По сути, отдалась малознакомому мужчине, вдобавок похитившему меня, лишившему свободы...
– Не вздумай жалеть, – чуть ли не приказал Андрей, а я вздрогнула от этого властного тона голоса, хотя в ответ машинально кивнула.
«Жалеть – точно не жалею» – тут другое…
***Андрей
О, да-а-а… Это именно те ощущения, которые хотел испытать, у меня даже в глазах потемнело на секунду от того, насколько хорошо стало, как будто по голове долбанули кувалдой или током ударило, пронзило молнией, пробрало до дрожи в теле, до самого нутра. Весь спектр крышесносных эмоций подарила молодая неопытная девушка и приятно удивила меня, искушённого во всех смыслах. Милена оказалась такой чувственной, нежной и ласковой, её оргазмы – высшая награда. То ли ещё будет…
«Моя девочка…».
Взглянув на неё, не мог не заметить растерянность на лице, а на щеках вспыхнул стыдливый румянец. Она отвернулась, всё ещё тяжело дышит, нервно и взволнованно кусая губы.
– Не вздумай жалеть, – мне не понравилась её реакция, не скрою, это задело мужское эго.
«Сначала извивалась подо мной, стонала, получала удовольствие… потом…» – только этого не хватало, чтобы настигли запоздалые сожаления: что-что, а к близости не принуждал и не пытался взять силой, сама отдалась, всё по согласию. Да, я был настойчив в своём желании, но и Милена хотела не меньше, завелась мгновенно, стоило лишь поцеловать и прикоснуться.
– Посмотри на меня, – может быть, ошибаюсь, и дело в банальном стеснении? Всё-таки впервые была с мужчиной… И сейчас, после всего, когда страсть поутихла, трезво оценивает ситуацию, поэтому испытывает неловкость.
Понятия не имею, как женщины переживают данное событие. Для меня девственница – тоже новый опыт, и я рад, что так получилось: теперь только моя – этот факт разбудил внутреннего собственника, который «своё» никому не отдаст. Да что отрицать – несу ответственность, ведь она попадает в зону моих интересов.
Милена осторожно повернула лицо и чуть ли не плачет – глаза блестят от едва сдерживаемых слёз, а губы дрожат.
– Ты чего? – неожиданно сам растерялся, не знаю, как и реагировать. Я лёг на спину и, увлекая за собой девушку, крепко прижал к своей груди. – Сделал больно? Скажи, как есть. Не бойся.
– Нет… – всхлипнула, шмыгая носом. – Не очень больно… вернее, вначале было немного больно… потом… – выдержала паузу. – Потом восхитительно…
– И тебя это пугает? – слышать такие откровения, что ей со мной было хорошо, тем более для первого раза, конечно приятно, но это ничего не объясняет.
Она отрицательно помотала головой.
– Тогда что? – не понимаю, хотя одно очевидно: я поторопился с выводами – не похоже, чтобы жалела о случившемся, что-то другое её беспокоит.
– Моё положение, – она отстранилась, вытерла влагу со щёк. Села, подогнув к груди колени и обняв их руками.
– Положение… – повторил за ней, пытаясь уловить глубину мысли. В принципе ясно, какой смысл вложила в свои слова: это я у себя дома нахожусь, она же – пленница, лишил свободы, вмешался в жизнь.
Подсев к Милене, заключил девушку в кольцо своих рук, носом зарылся в пышные волосы – пахнет мной, принадлежит мне, моя... Тащусь от этого, стоит лишь подумать.
 
– Говори уже, не молчи, – пусть сама озвучит, что хотела сказать.
– Я же просто игрушка для тебя, будешь беспрепятственно пользоваться, когда пожелаешь, а по истечении ста дней – выкинешь и забудешь о моём существовании. Но до этого… – громко вздохнула. – До этого пройдёшься огненным смерчем по моей судьбе, оставляя после себя выжженную землю…
Такого ответа не ожидал, точнее — подобной характеристики в отношении себя.
– Отпусти меня, Андрей, – она вырвалась из объятий, встала с кровати, пошатываясь слегка. И посмотрела умоляющим взглядом, при этом прикрывает ладонями обнаженное тело. – Отпусти совсем… пожалуйста...
Чувствую, как внутри закипает ядовитый гнев, а вместе с этим вновь накатило дикое звериное желание обладать своей женщиной.
– Нет, и это не обсуждается, — прошипел сквозь зубы, кое-как сдержался от повышенного тона голоса. Я тоже поднялся с постели, схватил её за локоть и потащил в душ.
Мы ещё не закончили на сегодняшний вечер...
  
Глава 12. Голод, жажда, безумие...
 
Милена 
В Андрея будто демон вселился… От ласкового мужчины не осталось и следа. Моя просьба его не просто разозлила, а вызвала безудержный гнев, который, конечно же, обрушился на меня.
Я даже не успела слова вымолвить и хоть как-то отреагировать… Всё случилось слишком быстро: затолкал в душевую кабинку, развернул к себе спиной, закрыл мой рот ладонью и, заставив прогнуться в пояснице, ворвался в меня…
Двигался жёстко и грубо, с каким-то остервенением, не заботясь о том, что причиняет боль своими действиями, и всё время шептал на ухо: «не отпущу тебя, даже не мечтай, теперь ты моя»… Осталось добавить «игрушка» для полноты картины.
Ну а после мощной разрядки в нём снова очнулась трепетная нежность, он стал покрывать моё тело порхающими, как крылья бабочки, поцелуями, словно извинялся за несдержанность. Потом налил ароматного геля в руку: сначала помыл меня, уделяя особое внимание груди и интимным частям, затем переключился на себя… При этом зажал в углу и продолжил настойчиво, напористо целовать, как будто хочет съесть – теперь губы горят и припухли.
«Вот как это понимать? Что творится у него в голове?» – крайности в поведении поражают: то готов растерзать на части, то относится ко мне как к божеству.
И стоит ли уточнять, что выйдя из душа, Андрей не думал останавливаться… Им овладели голод, жажда и безумие, а меня полностью подчинил своей власти. Лишь спустя пару часов взял передышку. Надолго ли?
– Милена? – он обрисовывает моё лицо пальцами.
Смотреть на него нет желания, жду, когда же закончится этот затянувшийся вечер… Устала, хочу спать, глаза слипаются.
– Можно уйти в ту спальню? – назвать выделенную для меня комнату «своей» – язык никак не поворачивается, зато клетка или тюрьма – вполне подходящие определения, как нельзя лучше отражают суть моего здесь положения.
– Подожди, – ожидаемо не собирается отпускать. Откинулся на подушку, я же оказалась прижата к мужской твёрдой груди.
– Пожалуйста… – приподнялась аккуратно, не делая резких движений. Если начну вырываться – это заведёт его за доли секунд, как уже было, опять подомнёт под себя… Не скрою: мне с ним, правда, хорошо – и это, отчасти, пугает… Даже не знала, что могу чувствовать так тонко, остро и ярко. В моменты близости забываю обо всём, окунаясь с головой в мир удовольствий – моё тело с лёгкостью откликается на ласку. Но потом, возвращаясь в реальность, каждый раз настигает осознание того, что я для него – постельная грелка, временное развлечение.
– Я кое-что хотел спросить, – говорит он, наматывая локон моих волос на палец, второй рукой удерживает меня за локоть.
– Спрашивай, – всё равно не отстанет.