Я тебя (ненавижу) хочу (СИ)

Не замечаю, как он обхватывает мои бёдра. Сажает на стол. И всё это — не отрываясь от моих губ. Скидывает с меня кожанку, оставляет в одной футболке и коротких шортах. Бли-ин, на мне же и бельё простенькое… Знала бы, надела что поэротичнее!
— Я… — хочу его оттолкнуть. Не сегодня!
— Мне плевать в чём ты, Королёва, — шипит. Ладонями проникает под майку, и снимает с моего тела. Оставляет меня в скромном белом лифчике. Господи… Стыдоба! И как он только узнал, чего я так стыжусь? — Обойдёмся сегодня прелюдиями. Согласна?
Я киваю.
Сама не понимаю как.
Кажется, возбуждение ударяет по мозгам. Ведь я не сопротивляюсь, когда лиф летит на пол. Проворные и длинные пальцы перемещаются на шортики. Дёргают за пуговицу, и ширинку. Поддевают джинсовую ткань и трусики, спуская сразу обе части одежды.
Выкидывает, как ни в чём не бывало.
А мне хочется прикрыться.
Некомфортно чувствовать себя, когда он смотрит на меня таким голодным взглядом. Проходит от голых плеч, по груди, которой вечно стесняюсь. Полторушечка. Маленькая. Всегда мечтаю, что вырастит до двойки. Но, думаю, этого не произойдёт.
Опускается на плоский живот. Танцы помогают справиться с лишним весом. Я могу есть и не толстеть.
А потом…
Его взгляд скользит ниже. Прямо между ног. Я тут же сдвигаю ножки и смущённо сую руку между ними. Чтобы не было видно. Нет, я, конечно, хожу на шугаринг каждый месяц к Катьке, что подрабатывает мастером, избавляюсь от всех волосков, но…
Непривычно, когда это делает Арсанов. Изучает.
— Не прикрывайся, — хватается за запястье. — Ты прекрасна в любом виде.
Смущённо смотрю на него.
— Обещаю, что сегодня ты останешься моей маленькой девственницей, хорошо? — я не знаю почему, но в его словах сейчас слышу столько заботы и нежности, что неосознанно киваю.
— Я верю тебе, — именно поэтому позволяю убрать свою руку с лобка. Дать ему несколько секунд рассмотреть меня. Даже зажмуриваюсь, чтобы унять дрожь от смущения во всем теле.
Но рука, которая приземляется на живот, заставляет распахнуть глаза.
— Ложись, — отдаёт приказ.
И я как зачарованная его словами, откидываюсь назад. Касаюсь холодной поверхности стола, из-за чего соски призывно торчат вперёд. Мурашки бегут по всему телу, и я шумно выдыхаю, когда чувствую его пальчики ТАМ.
— Ты когда-нибудь трогала себя здесь? — меня опять бросает в краску. — Честно, Влада, честно.
— Пару раз, — шепчу в забвение. Мне так неловко!
— Не стыдись, это нормально, — проводит, судя по ощущениям, указательным пальцем. Прямо между мокрых складочек. Я же сейчас умру со стыда. — А ты…
Я чувствую, как он кружит подушечками около входа. Входит на одну фалангу, из-за чего я задыхаюсь. Воздух из лёгких словно выбивает.
— Входила сюда? Или только игралась… — большой палец приземляется на чувствительную горошинку. — С ним?
Он входит на пару сантиметров глубже, а я выдыхаю и боюсь одновременно.
— Нет-нет! — начинаю нервничать. — Только… Трогала.
— Какая ты милашка, когда смущаешься, — я хочу закрыть лицо руками. Эмиль для меня сейчас открывается с новой стороны. Милым. Заботливым. — Тогда, сегодня, почувствуешь что-то новое.
Он входит сильнее, глубже. Я чувствую его там, где не ожидаю. Для меня всё это — в новинку!
— Чувствуешь?
Судорожно киваю.
— Да-да.
— Ты мокрая, в курсе? — я знаю, чёрт! Возбудилась от одних только поцелуев! Как только почувствовала его стояк, упирающийся в меня. — Я без труда могу засунуть в тебя второй…
— Не надо! — паника бьёт по голове. Два — будет больно! Наверное!
— Хорошо, хорошо, не буду, малышка, — успокаивает. Делает одно движение пальцем. Во мне. Растягивает стеночки, хоть я и уверена, что сегодня секса у нас и не будет.
Но даже несмотря на это, внизу живота приятно тянет. Я прикрываю глаза и тихо постанываю, когда один пальчик двигается во мне, а второй водит по клитору. Накаляет желание ещё сильнее.
Мне так хорошо, чёрт…
Так сильно, что я разочарованно хнычу, когда он выходит из меня.
— Всё? — с каким-то разочарованием в голосе отзываюсь. Только бы он не подумал, что я… Ну… Того… Легкомысленная!
— Конечно, нет, — усмехается. Упирается о стол. Одной ладонью обхватывает моё бедро. А сам снова входит в меня. И выходит. И так один за другим. Пока я продолжаю пылать и стонать и от его умелых движений.
Он раздразнивает клитор, вход и от этого мне хочется больше.
И я чувствую, как мой рассудок становится мутным. Настолько, что я готова отдаться Эмилю, несмотря на то, что пока боюсь потерять девственность.
Я не могу думать, поэтому если что-то пойдёт не так… Я буду рассчитывать только на него.
Меня кидает в жар. Так сильно, что я уже не ведаю что творю. Сама начинаю двигать бёдрами в такт его пальцам.
А он не останавливается. Продолжает пытать меня ласками. Сам наклоняется, слегка целует грудь. Оставляет еле видимые засосы. И иногда закусывает сосок.
И когда он снова это делает…
— Тише, девочка, тише, — я стараюсь не стонать в голос, но у меня не выходит. Особенно когда всё. Кипяток разливается внизу живота. И я…
Не сдерживаюсь.
Сдвигаю ножки вместе. Зажимаю его руку у себя между ног и, выгибаясь, взрываюсь как фейерверк на новогодней ёлке. Бурно, подрагивая и ловя такой экстаз, который не испытывала даже тогда, когда сама удовлетворяла себя руками.
Это…
Не передать словами.
Когда долго чего-то хочешь, и здесь оно сбывается. Одним неожиданным щелчком, разбивая в пух и прах. От счастья.
И вот сейчас я поджимаю пальчики, прикрываю глаза и расслабляюсь. Пока так остро ощущаю его внутри. Как он игриво двигается во мне даже тогда, когда я получаю разрядку.
— Это было приятнее, чем ты делала сама? — ехидно спрашивает.
— Да… — я не понимаю, где нахожусь, но Эмиль подхватывает меня на руки. И пока я обвиваю его шею он несёт меня на диван. И почему-то именно в этот момент мне становится стыдно. Я голая. Он только что довёл меня до оргазма. И сейчас он держит меня на руках…
Я ничего не испытывала милее…
18
Я ничего не испытывала милее…
Открываю глаза и подскакиваю с дивана. А он ведь только меня на него уложил.
Нет. Так нельзя.
Я настолько эгоистка?
— Дай мне майку, — прошу требовательно. Он впервые, кажется, удивляется настолько сильно.
— Ты там совсем головой ударилась? Дурман накрыл?
— Нет! — восклицаю. — Дай мне майку!
Бью кулаком по бёдрам, и тут же краснею, когда вместе с моим недо прыжком подскакивает и моя грудь.
— Ну дай, — прошу уже вежливее, отводя взгляд в сторону.
Несколько секунд копошения и белая, вкусно пахнущая одежда приземляется мне на макушку. Тут же одеваюсь в неё и кое-как скрываю свою наготу. Вот теперь я чувствую себя намного увереннее!
На подрагивающих ногах встаю с дивана и поднимаю взгляд на Эмиля, который стоит передо мной, скрестив руки на груди.
— Сядь, пожалуйста, — прошу его.
Во мне просыпается совесть.
Или я просто доброй становлюсь. После оргазма.
— Зачем? — сверлит недоверчиво взглядом. Я зло топаю ногой, перемещаю слабые ладони на его плечи. Давлю, но ничего не выходит.
— Ну, сядь! — вскликиваю. Сколько можно-то!
Эмиль, закатив глаза, опускается на мягкий диван.
Я волнительно сглатываю и смотрю на него сверху вниз. Какой же он шикарный. Я начинаю завидовать сама себе. То, что его девушка я. А не кто-то другая.
— И? Чего удумала? — выгибает бровь. — Я тебя отсюда не выпущу. Даже не надейся. Сегодняшняя ночь — моя.
Я понимаю смысл его слов не сразу. Он что, думает, я убегу после его фраз?
Если бы… Всё, что я могу сейчас сделать… Упасть на колени между широко расставленных ног.
— Влада? — он ошарашен не меньше меня. Я и сама не понимаю, что делаю. Но мне хочется. Отплатить. За то, что он только что со мной сделал. Возродил. Убил и возродил. Поэтому мне хочется сделать ему приятное в ответ…