Системный звиздец. Теория Выживания (СИ)

Равиль молча кивнул и вышел, чтобы отдать распоряжение. Вернулся через минуту, заняв свою позицию у стеллажа. Громило так и не сел, он стоял, как скала, его испепеляющий взгляд был прикован ко мне, но теперь в нём читалось не просто подозрение, а оценивающий интерес, как к новому виду оружия.
Касьян откинулся в кресле, его пальцы постукивали по столешнице.
— Итак, Николай. Ты обладаешь уникальной, на мой взгляд, способностью. Не боевой, не лечебной. Информационной. В нашем положении это... бесценно. И опасно. Опасно для тебя, если об этом узнают другие. Опасно для нас, если ты окажешься не на нашей стороне.
  
Он сделал паузу, давая словам висеть в воздухе.
— Поэтому я предлагаю тебе чёткую, взаимовыгодную роль. Ты остаёшься здесь, при мне. Ты – мои глаза и уши в тех вопросах, куда не дотянутся обычные люди. Твоя задача – собирать информацию. О наших людях. О новых выживших, которые могут прийти. О... ресурсах, которые мы находим. И, что самое главное, – о Чужих. Ты сможешь оценить их силу, не вступая в контакт. Это сэкономит жизни. Ты будешь ходить с группами на вылазки, но не как боец. Как аналитик. Сзади. Ты смотришь, оцениваешь, сообщаешь. И ещё... — он прищурился, — ...о тех, кто уже идёт по Пути. О их истинной силе. О их... намерениях. Некоторые амбиции могут быть опасны для хрупкого порядка, который мы здесь выстроили.
Я слушал, понимая суть предложения. Я становился шпионом. Внутренним контролёром. Орудием Касьяна для укрепления его власти и контроля над поселением. Это была золотая клетка, но клетка со смыслом и относительной безопасностью. Ценой – моя свобода и постоянное нахождение под самым пристальным наблюдением.
— А что я получу взамен? — спросил я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Кроме крыши над головой и еды, которые вы и так даёте всем, кто работает.
— Защиту, — немедленно ответил Касьян. — От тех, кто захочет заполучить твои способности или избавиться от слишком зрячего свидетеля. Доступ к информации, которую мы сами добываем – о других поселениях, о сильных Чужих, о возможных артефактах. И... — он немного помедлил, — ...некоторую степень автономии в развитии твоего... Пути. Мы не будем лезть в то, как ты растешь без убийств, если это не угрожает поселению. И поможем с поиском знаний о твоей... «ци», если такие появятся.
Это было больше, чем я ожидал. Он прямо признал, что знает о моей аномалии, и предложил сделку: не трогать в обмен на службу.
Тут в разговор вступил Громило. Его голос был низким, гулким, как камнепад.
— Бесполезных не терплю, — прорычал он, глядя на меня. — Болтунов и подхалимов – тоже. Ты полезен. Силу не меришь кулаками, а головой. И глазами. Это умно. Редко. — Он мотнул головой в сторону Касьяна. — Паук прав. Такая штука нужна. Но, — он снова уставился на меня, и в его взгляде была не угроза, а жёсткое предупреждение, — будешь врать. Или паниковать в бою – подведешь людей. Подведешь – ответишь. Мне. Понятно?
В его простых словах не было интриг, только грубая, солдатская логика. Я ему был не симпатичен как человек. Я был симпатичен как инструмент, который может спасти жизни его людей. И он давал понять правила игры: будь полезен – и тебя будут терпеть и защищать. Обмани или подведи – и тебя раздавят без сожалений.
Эта прямолинейность была даже... обнадёживающей. С Касьяном всегда надо было гадать, что у него на уме. С Громилой всё было ясно.
— Понятно, — кивнул я, встречаясь с его взглядом. — Я не собираюсь подводить. И врать – тоже. В том, что касается моей работы.
— Хорошо, — проворчал Громило и, кажется, потерял ко мне интерес, уставившись в стену, погрузившись в свои тяжёлые мысли.
Равиль, всё это время молча наблюдавший, наконец заговорил. Его зелёные глаза были непроницаемы.
— Вопрос безопасности. Его способность оставляет... след. Энергетический всплеск. Чувствительные могут заметить. И его глаза светятся. Нужно будет разработать прикрытие. Легенду. Или ограничить использование только в критически важных ситуациях и в максимально контролируемой обстановке.
— Согласен, — кивнул Касьян. — Это твоя зона ответственности, Равиль. Обучишь его базовой маскировке, контролю. И будешь его непосредственным куратором в поле. Он идёт на вылазку – ты за ним присматриваешь. За его безопасностью и... за его лояльностью.
Взгляд Равиля скользнул по мне. В нём не было угрозы, лишь холодная констатация факта: теперь я был его подопечным. И его проблемой.
— Что с Михаилом? — спросил я, вспомнив о друге.
— Он остаётся в общем строю, — сказал Касьян. — Его способности... «некротического» характера могут быть полезны в бою и при зачистке. Он будет работать с охотничьими группами под началом Громилы. Вы сможете видеться. Но подробности твоей работы для него – закрыты. Ради его же безопасности. Понятно?
Я кивнул. Разделять нас – разумная, хоть и жёсткая мера предосторожности. Мишка и так наверняка сойдёт с ума от волнения, но объяснить ему всё будет можно. Частично.
— Есть ещё один вопрос, — сказал я, решаясь. — Энергия. Моя ци. Её... не так просто восполнить. И лечебная прана почти не работает на мне. Нужен будет доступ к еде. К хорошей, калорийной. И, возможно, к тем самым... кристаллам. Для изучения.
Касьян обменялся взглядом с Громилой. Тот пожал массивными плечами.
— Если будет приносить пользу – будет и жрать. И камешки... с убитых сильных тварей. Часть твоя будет. За полезную инфу.
Деловое предложение. Чёткое и ясное.
— Тогда я согласен, — сказал я, понимая, что другого выхода у меня всё равно нет.
— Отлично, — Касьян позволил себе лёгкую, безжизненную улыбку. — Равиль, посели его в свободную комнату рядом с кабинетом. Организуй быт. С завтрашнего дня – в работу. Первое задание: просканируй всех наших «пробуждённых». Дай мне их реальный уровень, ступень и достижения. Без лишнего шума. — Он посмотрел на меня. — И, Николай... Добро пожаловать в команду управления. Постарайся не разочаровать.
Диалог был окончен. Равиль жестом показал мне следовать за ним. Проходя мимо Громилы, я заметил, как тот кивнул мне едва заметно – не как другу, а как полезному активу, который приняли на вооружение.
Я вышел из кабинета, чувствуя странную смесь облегчения, тревоги и... предвкушения. Я только что продал свою свободу и уникальность за место под солнцем в этом жестоком новом мире. Но я также получил инструменты, защиту и возможность расти. И, что немаловажно, я вызвал у Громилы не ненависть, а некое подобие уважительного признания. В условиях, где сила решает всё, это было немало.
Я нашёл Мишку у дальнего окна в общем зале. Он стоял, прислонившись к стене, и нервно ковырял засохшую грязь под ногтем. Увидев меня, он ринулся навстречу, глаза полные немого вопроса.
— Всё нормально? Они тебя не...? — он осмотрел меня с ног до головы.
— Пока нет, — коротко сказал я, отводя его в самый тёмный, глухой угол, подальше от чужих ушей. — Но всё изменилось, Миш. 
Я рассказал ему всё. Про предложение Касьяна стать его «правой рукой» и внутренним шпионом. Про контроль Равиля. Про уважительное, но безжалостное признание Громилы как инструмента. Про то, что теперь я буду видеть всех насквозь, а он будет в охотничьих группах, вытягивая нити из мёртвых.
Слушал он, не перебивая, но лицо его темнело с каждой минутой. Когда я закончил, он выдохнул долго, с присвистом.
— Значит, мы теперь у них на крючке. Ты – их глаз. Я – их... могильщик на побегушках. — Он горько усмехнулся. — Классный карьерный рост. От офисных крыс до крыс в системе выживания.
  
— Да, — согласился я. — Но они дают защиту. Еду. И возможность... развиваться.
— Под колпаком! — прошипел Мишка, понизив голос. — Колян, ты слышал себя? «Не будут лезть, если не угрожает поселению». Это значит – пока ты удобный и послушный. А если твоя ци начнёт расти слишком быстро? Если твоя «звёздная аура» привлечёт что-то, что им не понравится? Они тебя сдадут. Или пришьют к стенке, чтобы изучить. А меня... — он ткнул пальцем в грудь, где пульсировало его тёмное ядро, — ...меня заставят возиться с трупами, пока я сам не стану одним из них! Ты видел этот навык! «Нить Падших»! Он меняет ауру! Привлекает нежить! Я и так чувствую, как эта... хрень внутри меня шевелится, когда мимо проносят убитого Чужого! Я не хочу этого!