Укрощение горца

Слезы наполнили глаза Эвана. Он вспомнил, как он пришел домой и узнал, что Киран погиб. Слова, которые отец бросил ему в лицо, были безжалостны: «Ты мне отвратителен. Ты схватил то, что не принадлежит тебе. Твой поступок убил брата. Не показывайся больше мне на глаза. Ты заслуживаешь только презрения».
Убитый горем, наполненный горечью, Эван тотчас покинул замок Макаллистеров и до самой смерти отца отказывался появляться в нем. Он бы и не вернулся, но после того, как отец умер, к нему приехали Лахлан и Брейден со словами, что мать очень хочет видеть его, что она тоскует по нему и, если он не вернется, она умрет.
И вот Эван вернулся домой…
Мать наклонилась и поцеловала его в лоб.
– Я никогда не винила тебя в смерти Кирана, Эван. Ты очень страдаешь, я знаю. Как бы я хотела избавить тебя от этого страдания! Я все бы отдала, лишь бы у тебя были покой и счастье. – Она убрала прядь волос с его лба. – Нора хорошая девушка, и она любит тебя. Досадно и глупо прятаться в пещере, вместо того чтобы жить в удобном доме с любящей женщиной. Но это твоя жизнь, сам решаешь, какой ей быть. Спокойной ночи, дорогой сын. – Айслин похлопала его по руке и вышла.
  
ГЛАВА 13
 
 Прошло две недели 
Нора стояла возле церкви в ожидании отца, который поведет ее к алтарю. Сердце ее трепетало и болело. Ей все еще не верилось, что все вынуждают ее сделать это. Ее родители. Райан.
Более всего она не могла поверить, что Эван предал их обоих – и ее, и себя. Черт бы его побрал! Как он посмел оттолкнуть ее?
Но сейчас Эван, вероятно, у себя, лежит пьяный, и ему нет никакого дела до того, что она любит его. Его не беспокоит то, что они больше никогда не увидятся.
Он не заслуживает ее преданности. Не заслуживает любви.
Через несколько минут узы брака на всю жизнь свяжут ее с Райаном. Эта мысль убивала ее. Самое ужасное, что ей придется делить с ним супружеское ложе. Нора не могла представить себе, что Райан будет прикасаться к ней, любить ее… От этой мысли ее глаза наполнялись слезами.
Катарина, стоявшая рядом, сочувственно положила руку ей на плечо. Норе было непонятно, почему цыгане так долго остаются с ними, но она была рада, что Кэт рядом. Ей нужна была ее поддержка, она поможет пережить этот жуткий день.
Три дня назад Лисандра послали в южное имение отца Норы, завтра уедут Катарина, Виктор и Бавел. И она останется одна, с Райаном.
Катарина опять погладила ее руку.
– Эван придет, я знаю.
– Нет, Кэт. Он отверг меня. Для него важнее его честь.
– Мужчина не позволит, чтобы кто-то другой касался женщины, которую он любит. Эван придет. Верь мне.
Норе хотелось верить, но у нее не получалось. Подошел отец Норы, чтобы вести ее к Райану.
«Пожалуйста, пусть что-нибудь случится, или я умру».
Если она повернется и побежит, думала Нора, этим поступком она навлечет позор на свою семью. Она не может бежать…
Нора и отец пошли к толпе, собравшейся посмотреть, как свершится брачный обряд. Райан ждал их.
«Беги, Нора, беги!» – стучало у нее в голове.
Но отец крепко держал ее руку – убежать было невозможно.
– Не позорь меня, дочь, – прошептал Алекс, словно прочитав ее мысли.
Нора увидела родителей Райана в толпе. Его толстушка мать плакала от счастья, а отец показался Норе раздраженным.
Райан стоял возле священника. Отец Норы передал ее руку Райану. Все!
Райан прошептал:
– Мне очень жаль, Нора. Но я обещаю быть хорошим мужем.
Мысли Норы зацепились за эти слова, мелькнула надежда. Может, она сумеет вымолить отсрочку?
Священник начал обряд, который должен был связать их навсегда.
– Желаешь ли ты, Элеонора.
– Постойте! Можно спросить?
– Не время для вопросов, – услышала Нора голос отца.
– Но это важный вопрос, действительно очень важный.
Райан закатил глаза:
– Пусть спрашивает, иначе она не успокоится.
– Спрашивай, дочь моя, – согласился священник.
– Может ли женщина выйти замуж за одного человека, если помолвлена с другим?
 
– Почему ты спрашиваешь это? – нахмурился священник.
Даже если Эван не хочет ее, просто не будет брака с Райаном.
– Когда мы путешествовали, Эван говорил всем, что он мой муж.
– Да, я это слышала. Он гордо объявлял это всем, – радостно подхватила Катарина.
– Да. Мы все это слышали. Эван не скрывал этого, – подтвердил Виктор.
– И где же твой Эван? – спросил священник, стараясь перекричать возникший в толпе шум.
– Здесь! – перекрыл сильный гул в церкви знакомый голос.
Это был Син Макаллистер. Нора обернулась, чтобы найти его глазами. Она увидела у входа человека, который, как башня, возвышался над всеми. Эван! И три его брата с ним.
Нора улыбнулась и подумала, что она глупо выглядит. Ну и пусть! Все равно!
Эван медленно шел к ней. Он был очень бледен, на лбу выступили капли пота, видно было, что он преодолевает боль. Но почему?
– Что ты здесь делаешь? – От волнения у Норы не нашлось других слов.
– Я пришел объявить тебя моей женой, если ты согласна выйти замуж за такого дурака.
Радость переполняла ее. Катарина была права – он пришел! Но почему он так долго мучил ее? Ведь еще несколько минут, и она стала бы леди Макарен.
– Почему ты так долго ждал?
Он провел пальцем по ее щеке.
– Рана воспалилась, я не мог приехать.
– Он и сейчас слаб, но едва узнал о вашей свадьбе, вскочил с постели и помчался сюда, – сказал Лахлан.
– Поедем со мной, Нора. Куда хочешь. Англия. Франция. Италия. Только скажи.
По ее щекам текли слезы. Большего она и не желала.
– Хорошо, любимый. Но сначала ты ляжешь в постель.
В толпе засмеялись.
Райан повел себя неожиданно:
– Я мог бы обидеться, но, пожалуй, так будет лучше. Нора презирает меня. Она никогда не смогла бы меня полюбить, и через год я либо убил бы ее, либо сбежал с другой. Счастья вам, Эван и Нора, и пусть всем Макаллистерам также повезет с девушками.
На лице Норы появилось выражение невероятного удивления.
– Получается, я не нужен? – спросил священник.
– Нет, Святой Отец. Пожалуйста, обвенчайте нас, – торопливо сказал Эван.
– Эван, ты еле стоишь на ногах, – встревожился Лахлан.
– Если упаду, брызни мне водой в лицо.
К счастью, Эвану удалось простоять всю церемонию и мессу. Но от свадебного пира они отказались. Вместо этого Нора привела его к себе в комнату и уложила в постель. Он лежал в мягкой постели в розовой комнате, где пахло цветами и прекрасной женщиной. Нора – его жена. Вот только у него все еще болят раны и жар не проходит. Его жене будет трудно с ним.
В дверь постучали, Эван услышал голос Катарины.
Прошло еще немного времени, и Нора присоединилась к нему в постели.
– Что хотела Кэт? – спросил Эван.
Она прикусила губу, потом показала платье, которое было на ней в их первую ночь.
– Она решила, что тебе захочется, чтобы я танцевала для тебя, как тогда…
– Хочу, любовь моя, чтобы ты танцевала. Но лучше без платья. – Он с большим трудом приподнялся на локте.
– Скажи, ты не слишком страдаешь от того, что мы сейчас не в твоей пещере?
– В этой жизни мне нужна только ты.
– Только я? А что же я буду делать с нашим ребенком, когда он появится?
– Что ты имеешь в виду?
– Рано говорить с полной уверенностью, но некоторые подозрения у меня есть. Боюсь, тебе надо учиться быть отцом.
Радость наполнила сердце Эвана.
– Когда ты точно будешь знать?
– Через несколько недель.
Эван схватил Нору и, притянув к себе, застонал от страшной боли. Но что такое боль по сравнению с тем, что его жена, его любовь носит под сердцем их ребенка. Это самый счастливый момент в его жизни!
– Я люблю тебя, Нора. Всем сердцем. Люблю тебя.
– И я люблю тебя, – улыбнулась она.
  
ГЛАВА 14
 
Было очень поздно, давным-давно наступила ночь. Лахлан, Брейден, Син и отец Норы сидели в холле у Александера. Свечи были уже погашены, холл освещался огнем большого камина. Свет причудливо играл на стенах, увешанных оружием, и на столах с остатками свадебного пира.