Укрощение горца

Нора рассмеялась:
– Еще никто не просил у меня этого.
Эван поцеловал ее.
– Мне нравится ваша болтовня, леди. Поспеши, а то скоро будет смеркаться.
Напевая свою любимую балладу, Нора направилась к деревьям.
– Жаль, что со мной нет моей лютни. Я с удовольствием огрела бы ею Грэма.
Эван, улыбаясь, слушал ее голос.
– Кстати, Эван, еще раз прошу прощения за то, что доставила тебе столько хлопот.
Эван вспомнил, как впервые увидел ее в своей пещере.
– Не надо жалеть, – громко успокоил он ее. – Ведь, признайся, наше приключение получилось интересным. Тем более ты говорила, что любишь авантюры.
– Да, – согласилась Нора, – но я не думала, что мне будет угрожать смерть.
– Полагаю, твой отец тоже не ожидал всего этого.
– Мой отец?
– Да. Мне Катарина призналась, что это он затеял все это.
Наступила тишина.
– Нора! – испуганно окликнул ее Эван. – Ты где?
После недолгого молчания она снова подала голос:
– Ты хочешь сказать, что мой отец заплатил цыганам?
Эван стал объяснять Норе, в чем заключалась затея ее отца, одновременно он пытался зубами развязать веревку, стягивающую его руки.
– Выходит, мой отец хочет, чтобы я вышла за тебя замуж? – спросила Нора, показавшись из-за деревьев.
– Выходит, так, – ответил Эван.
Нора вдруг застыла от изумления.
– О, какая я дура! – воскликнула она и подбоченилась.
– Почему? – удивился Эван.
– Я должна была догадаться, что что-то готовится. Отец не случайно намекнул мне, что я могу надеяться только на Райана, и про проездку в Англию он говорил. Агнес, моя служанка, посоветовала обратиться к тебе…
Нора на мгновение умолкла, вспоминая, как Агнес расхваливала Эвана. Она говорила, что все Макаллистеры – хорошие люди…
Ироничная усмешка скривила ее губы.
– О, их советы были не случайны. Вот почему за нами не было погони. – Нора тяжело вздохнула. Как она позволила отцу так дьявольски манипулировать ею? Когда она вернется домой, откровенно скажет, что думает о нем. – Ну хватит об этом. Теперь нам нужно поесть: у тебя урчит в животе, – сказала она. Эван устало кивнул.
– Боюсь, нам нечего поесть. У меня связаны руки – не могу ни поймать дичь, ни развести костер. Я никуда не гожусь.
– Попробую собрать каких-нибудь трав и ягод. – Нора легонько похлопала его по руке.
Эван тоже поднялся, он не хотел терять ее из виду.
Собрав съедобных трав, Нора спустилась к ручью помыть ее. Эван последовал за ней. Там он окунул связанные руки в воду и с удовольствием принялся слизывать воду с пальцев.
– Подожди, я тебе помогу, – сказала Нора и, зачерпнув в ладони воду, напоила его.
В благодарность Эван поцеловал ее. Нору трогала нежность его поцелуев. То, что уже было с ними, не забывалось.
– Как думаешь, Маккейды смогут догнать нас сегодня вечером? – спросила она с тревогой.
Эван лег, а Нора устроилась рядом, разложив на коленях листья дикого салата.
– Нет, лес здесь густой, и уже вечер. Они остановятся где-нибудь на ночь. Нам нечего бояться их до утра, – успокоил ее Эван.
Нора кивнула и стала кормить его.
– Наверное, чувствуешь себя беспомощным, когда тебя кормят?
– Да, это не из лучших моих положений.
Нора взяла его связанные руки в свои и поднесла к лицу. Эван смахнул слезинку с ее щеки.
– Не плачь, любовь моя. – Он притянул ее к себе поближе, чтобы ей было удобнее сидеть. Нора обняла его, думая, какое счастье, что он с ней, что она его не потеряла.
Эван заглянул ей в глаза и тихо промолвил:
– Нора… я хочу тебя. Прямо сейчас…
Его слова должны были бы шокировать ее, но этого не произошло. Нора лишь осторожно прошептала:
– Ты же ранен…
– Не так уж сильно я и ранен.
– Но руки…
Эван приподнялся и с лукавым блеском в глазах накинул связанные в кистях руки Норе на шею и притянул ее к себе.
Стараясь не задеть раны Эвана, Нора прижалась к нему. Она не могла удержаться от улыбки. Когда Эван поцеловал ее, по телу Норы прошла волна возбуждения.
Он оторвался от ее губ и сказал:
– Раздень меня.
Эван поднял руки и освободил ее шею. Нора помогла Эвану избавиться от одежды.
 
У нее бешено забилось сердце, когда она увидела, как он возбужден. Видеть его обнаженным и беззащитным было странно для нее, но это даже еще больше возбуждало. Губы Норы дрогнули в улыбке.
– Я что, должен довольствоваться только одной твоей улыбкой? – спросил Эван.
Нора прикусила губу.
– Нет, конечно. Просто непривычно, что ты весь в моем распоряжении.
– О, любимая, ты вольна делать со мной все, что хочешь.
– Тебя не пугает беззащитность?
– Я становлюсь таким всякий раз, когда ты рядом.
Нора улыбнулась, удивляясь своей смелости. Она хотела видеть его во всей красоте и силе. Она хотела любоваться им.
Проведя рукой по голым ногам Эвана, она почувствовала, что это ему приятно.
– Можно дотронуться? – спросила Нора, любуясь возбужденной плотью Эвана.
– Ты можешь касаться его сколько хочешь. Я не возражаю, – сказал Эван охрипшим от волнения голосом. Он взял ее руку и показал, что ей нужно делать. Рука Норы дрожала от волнения.
– Тебе приятно? – спросила Нора.
– Да, очень приятно.
– Почему он влажный?
Вместо ответа Эван лишь простонал. Нора испытывала удовольствие, видя, какое наслаждение получает Эван от ее прикосновений.
– Можно мне поцеловать его? – спросила Нора.
Эван снова простонал, а потом тихо выдохнул:
– Да.
Больше всего он боялся, что она испугается и прекратит свои ласки.
Нора восхищалась его мускулистым телом, и от Эвана не могло это укрыться.
Никто из женщин не обращался с ним так, как Нора, и никто из мужчин не осмелился бы просить леди ласкать его так, как это делала Нора. Он был обезоружен ее смелостью, ее дерзостью и ее любопытством. И он любил ее.
Внезапно Нора отпрянула от Эвана и, посмотрев на него взглядом полным огня, сказала:
– Возьми меня, Эван.
Эван притянул Нору к себе и показал, как ей нужно сесть на него сверху. Теперь все зависело от нее: она должна была задавать темп их любовной игре. Она не сдерживала себя, отдаваясь Эвану со всем пылом, не обращая внимания на прерывистое дыхание и бешеный стук сердца. Вскоре оба они достигли пика, и Нора, обессилившая, опустилась рядом с Эваном.
– Как твоя рана? – спросила она.
– Ты излечила меня, любовь моя, – сказал Эван.
Нора улыбнулась.
– В тебе есть что-то такое, что заставляет меня восхищаться тобой, – откровенно призналась она.
– Я тоже молюсь, чтобы ты не стала другой.
Через некоторое время Нора поднялась и, оправившись, помогла Эвану встать и одеться.
Он уселся на земле и прислонился спиной к стволу дерева. Нора уютно устроилась рядом. Вскоре она задремала.
Эван, успокоенный и довольный, смотрел на спящую Нору. Сам он решил не спать. Он сидел, вслушиваясь в тишину ночи и радуясь тому, что Маккейдам не удалось найти их. Пока не удалось.
Однако, когда совсем стемнело, Эван услышал чьи-то шаги…
  
ГЛАВА 11
 
– Нора! – Эван шепотом позвал спящую подругу.
– Что? – неохотно просыпаясь, спросила Нора.
– Кто-то идет.
– Где? Откуда?
Эван кивнул в сторону кустов. Осторожно поднявшись, он ухватил сухую ветку и приготовился ждать нежданных гостей. Сознавая, что ветка не оружие, да еще руки у него связаны, он все же был полон решимости защищаться.
Шаги приближались… Вдруг послышались знакомый мужской голос и женский смех. Эван облегченно вздохнул, узнав голос Виктора и смех Кэт.
– Катарина! – решил позвать Эван. Цыганка выбежала из-за деревьев.
– Я же говорила тебе, что они пойдут на север, – сказала она, победоносно улыбаясь. – Только дурак вернулся бы обратно в город. Наш Эван не дурак.
Эван отбросил ненужную ветку. Катарина бросилась к Норе и обняла ее. На лицах Виктора и Эвана было явное облегчение.