Укрощение горца

Грэм подошел к привязанному Эвану и сильно ударил его под ребра.
– Эван! – испуганно вскрикнула Нора.
Хью удержал ее. Эван постарался сдержать стон.
Что ж, Грэм заплатит ему за это. Он еще пожалеет, что совершил такую ошибку.
– Ты ничтожество, Макаллистер, – с насмешкой сказал Грэм. – Ты ничего не можешь со мной сделать.
Эван рассмеялся, и его смех явно озадачил братьев Маккейдов.
– О, вы не знаете, на что я способен. Скоро вы будете молить меня о пощаде. Я уже вижу вас мертвыми. – Эван посмотрел на братьев Маккейдов. – Недолго вам осталось.
Хью перекрестился, услышав такое. Грэм сплюнул и толкнул Нору к Руфусу.
– Смотри за девчонкой, а нам нужно закончить дело.
Руфус посадил Нору, связанную ремнем Грэма, рядом с Эваном и подошел к братьям.
Нора держалась молодцом. Ее мужество поражало Эвана.
– Нам не выбраться? – спросила она. – Всегда остается надежда, – ответил Эван с уверенностью. Он спасет ее, что бы это ему ни стоило.
Нора вздохнула и положила связанные руки на колени.
– Не знаю, Эван. Мне кажется, все бесполезно.
– Посмотри на меня, Нора.
Она послушно посмотрела на него.
– Если все так безнадежно, как сейчас, то наше положение не так уж плохо, уверяю тебя.
Нора покачала головой.
– Ты очень странный человек, Эван Макаллистер, но я все равно люблю тебя.
Его сердце, казалось, на мгновение остановилось.
– Что?
– Я люблю тебя, – повторила Нора и, наклонившись, положила голову ему на грудь. – Я сожалею, что втянула тебя во все это.
Радость и сомнение заставили Эвана задуматься: как такая девушка, как Нора, может любить его? И все же он верил ей. Нора не лживая Изобел, которая бросила его.
– Все будет хорошо, – постарался заверить он ее. Нора попробовала улыбнуться.
Она все время делала вид, что одобряет его действия, хотя сейчас с трудом верила в то, что им удастся спастись. Но Эван был рядом – и это главное. С ним она выдержит все.
Эван отвернулся и стал изучать каменную стену. Через некоторое время он тронул ногой камни в том месте, где было вмуровано кольцо, а потом неожиданно с силой потянул его на себя и встал на ноги.
– Эй! – крикнул Руфус, увидев Эвана на ногах.
Однако Эван не остановился. Он напряг все силы и навалился на стену. Неожиданно она пошатнулась, камни задрожали.
Нора вскочила и быстро отошла от готовой упасть стены. Ее сильный «медведь» все-таки разрушил ее.
Эван отбросил кольцо в сторону. Теперь он был свободен.
Нора, не теряя времени, бросилась к лошадям. Братья Маккейды, занятые Эваном, на некоторое время упустили ее из виду. Пока они дрались с Эваном, Нора успела вскочить на коня и направила его на братьев Маккейдов. Те от испуга бросились в разные стороны. Эван легко вскочил на коня и направил его к лесу, уводя за собой лошадей Маккейдов.
Нора слышала, как чертыхаются братья, пытаясь догнать своих лошадей. Более всего она боялась, что они настигнут их и снова свяжут, но быстрый конь Эвана уверенно чувствовал себя в густом лесу.
Наконец Эван остановил животное и стал осматриваться.
– Кажется, нам удалось убежать? – не веря случившемуся, спросила Нора. Она все еще была напугана.
– Кажется, да, – обнял ее Эван. – Ты вела себя превосходно.
Нора рассмеялась.
– Вскочить на коня, хоть и со связанными руками, оказалось нетрудно. А вот как ты смог избавиться от кольца – это настоящее чудо.
– Немножко побаливают руки, но я чертовски рад, что ты так храбро себя вела. – Он быстро поцеловал ее.
– Вы ждали, что я потеряю разум, милорд?
– Нет, я хорошо тебя знаю.
Его слова словно согрели Нору, и ей отчаянно захотелось поцеловать его.
Эван увел их далеко от Маккейдов.
– Мы вернемся в город? – спросила Нора.
Он отрицательно мотнул головой:
– Нет, братья решат, что мы сделаем именно так, и будут поджидать нас. Нам лучше ехать на север, а затем мы повернем на восток. Таким образом мы попадем в Лахлан раньше, чем твой отец.
Эван придержал коня и развязал Норе руки. Она осторожно коснулась красных следов на его запястьях. Под веревками кое-где выступила кровь.
 
– Тебе больно? – спросила она.
– Потерплю, пока не найду, чем разрезать веревки.
– А где же твой нож?
– Я дал его Лисандру утром и забыл забрать обратно.
Нора вздохнула:
– Жаль…
Эван был бледен, лицо его блестело от пота. Понимая, как ему было трудно освободиться, Нора молча прижалась к нему.
Они ехали, не останавливаясь до самого вечера. Когда Эван помогал Норе сойти с коня, она заметила пятна крови на его рубашке.
– Что это? – спросила она, указывая на кровь.
– Ничего особенного. – Он повел лошадей к лужайке, чтобы дать им пощипать травы.
Нора с опаской смотрела на действия Эвана. Она заметила, что ее одежда тоже испачкана кровью, и испугалась еще больше.
– Ты ранен?! – сказала она. Эван вытер пот с лица.
– Когда мы дрались с Грэмом, он ударил меня ножом и угодил меж ребер. Не беспокойся, мне не больно.
Нору удивил безмятежный тон Эвана.
– Сядь, Эван Макаллистер! – приказала она.
Эван недоуменно вскинул брови.
– Зачем ты обманываешь? – смутившись, сказала Нора. – Ты притворился беспомощным, когда упал с дерева, а теперь с серьезной раной хочешь убедить меня, что тебе не больно и что все в порядке. Как тебе не стыдно! Сядь и позволь мне осмотреть тебя.
Эван повиновался.
– Я не маленький, Нора. У меня бывали раны и посерьезнее, чем эта, и, как видишь, я жив.
Нора промолчала, она не хотела вступать с ним в спор, не хотела тратить время на пререкания. Заставив Эвана лечь, она разорвала его рубашку и сняла ее. Увидев открытую кровоточащую рану, Нора побледнела:
– О, Эван! Почему ты молчал? Рана очень серьезная.
Эван погладил ее щеку пальцем.
– Мы не могли останавливаться, Нора. Если бы я сказал тебе, что я ранен, ты бы тут же захотела остановиться.
Нора взяла его руки в свои и поцеловала пальцы.
– Спасибо, Эван, за все. А теперь лежи спокойно и позволь мне обработать рану. – Она коснулась рукой его щеки и встревоженно спросила: – У тебя жар?
– Кажется, да. – Эван чувствовал, что лицо его пылает, но такое случалось с ним всякий раз, когда Нора была рядом.
Оторвав от его рубашки кусок ткани и разорвав его пополам, она протянула одну половину Эвану:
– Подержи, пока я принесу воды. – Сказав это, Нора поспешила к ручью.
Вскоре она вернулась и положила смоченную в воде тряпицу на рану Эвана.
– Потерпи, пока я обмою ее, – попросила Нора. – Будет больно, но я постараюсь долго тебя не мучить.
Нора занялась раной, а Эван прикрыл глаза и стал обдумывать их положение. Им удалось скрыться, но это не значит, что опасность миновала совсем. Сейчас следовало немного отдохнуть и дальше отправляться в путь.
– Хорошо бы зашить рану, – задумчиво сказала Нора. – Но пока я могу только ее забинтовать.
– Чем же ты забинтуешь?
Нора оторвала довольно широкий кусок от своей нижней юбки.
– Если ты начнешь избавляться от своей одежды, не заметишь, как скоро окажешься совсем голой. – Эван лукаво улыбнулся: – Я не против, но тебе самой будет неловко.
– Ты настоящий мужчина. Полуживой, а думаешь, как бы раздеть меня.
– Полуживой – да, но не мертвый.
Нора покачала головой:
– Ты неисправим. – Щеки Норы вспыхнули румянцем. Она склонилась и поцеловала его.
Эван, закрыв глаза, с удовольствием наслаждался поцелуем и запротестовал, когда она отодвинулась, чтобы встать.
– Отдыхай, а я пока… – сказала Нора.
– Нет! – воскликнул Эван. – Не уходи, это опасно!
– У меня есть кое-какие дела, – заметила Нора. – Это касается только меня. Я недолго, дай мне время найти рощицу погуще.
Посмотрев вокруг и убедившись, что Норе ничто не грозит, он позволил ей найти уединенный уголок.
– Иди. Но только не молчи, я должен слышать твой голос.