И весь мир в подарок

Сегодня мне повезло – сама того не ожидая, я попала на презентацию целой партии новеньких, причем не каких-то задохликов, а очень даже неплохих рабов. Высокий чернокожий мужчина в отсеке для свежего товара был настолько великолепно сложен, что я восхищенно замерла. Какие мускулы, какая ширина плеч! Но…
– Сьенна желает поглядеть поближе? – подбежала распорядительница. – Приказать ему встать? Снять повязку?
  
– Сколько стоит? – кисло спросила я, догадываясь, что такая красота мне не по карману.
Распорядительница назвала сумму, и я с сожалением сделала шаг назад. Нет, это слишком дорого даже для меня.
– Погодите! – мне пришла в голову невероятная мысль. – Это же н’илунг! Это невозможно! Варриан разнесут на атомы, если у нас будет хоть один раб с Н’илуны! Вы что, совсем международные конвенции не читали?
Все же я получила образование военного юриста, что-то с лекций помнила, хотя и не работала по специальности ни дня.
– Это не н’илунг, – проблеяла распорядительница, но как-то неуверенно. – Он с Терры-7. Тут их несколько с Терры.
– Час от часу не легче! Любой пленный с Терры-7 подлежит немедленному освобождению! И нужно сообщить в посольство!
Тетка переменилась в лице, злобно зашипев. Ухватила меня за рукав и процедила сквозь зубы:
– Самая умная, что ли? Ты хоть представляешь, как сложно сейчас купить рабов? Наша домина запретила любую агрессию на инопланетников, мы только перекупаем. Эту партию удалось перехватить с огромной наценкой, прежде чем ее отправили на Мекроусау. Или выбирай, или проваливай отсюда, ясно?
Хм. Она не знает, с кем разговаривает. На мне не написано, что я сестра стратора. Ах да, уже почти советника по внешней политике! Я непременно сообщу сестре о форменном безобразии на рынке. Но… чуть позже.
Такой большой и красивый раб был на рынке один. Остальные были попроще. Я прошлась по всему ряду, вернулась, жадно разглядывая чернокожего землянина. Тот упорно на меня не смотрел, отворачиваясь. Ну и ладно, я все равно не уверена, что хочу дочь с таким цветом кожи. К тому же она может быть крупной, высокой. Лучше уж найти кого-то поизящнее.
Как, например, блондина с чуть вьющимися волосами и красивыми серыми глазами.
– Этот тоже с Терры?
– Все с Терры. Но мы непременно поменяем документы, не прикопаетесь.
– Сколько?
На этот раз цена была… не кусачей. Даже странно.
– Что с ним не так?
– На всеобщем не говорит. Только на своем. Сложно с ним, приказов не поймет, учить долго.
– Отлично. Так даже интересней. Мне нравится.
– Не желаете ли проверить, что под повязкой?
– Нет. Уверена, что все работает, а размер меня не интересует. Не в размере дело вообще.
Чернокожий скосил на меня глаза, чуть заметно улыбнувшись. Я снова вздохнула. Эх! Вот у него я бы проверила. Там явно есть на что посмотреть. Но я себя знала хорошо: если увлекусь, то в долги влезу и куплю непременно. Нельзя, неоправданно дорого. Да и дочь куда красивее получится от блондина.
– Оплата наличными, чеком, картой?
– Чек, – я выписала распорядительнице купон, с ехидным удовольствием наблюдая, как вытягивается ее лицо, когда она читает мою фамилию. Да. Я могла бы наличными или картой, но так неинтересно.
– Сьенна… Стогге… – женщина бледнеет, краснеет и под конец предлагает: – А хотите скидку в пятьдесят процентов на первого?
Из ее слов я делаю вывод, что работорговцы неплохо накручивают цены. И еще – обо всем, здесь происходящем, непременно должна узнать Алекс.
Гордо отказываюсь от скидки, требую надеть на моего раба какие-нибудь штаны и доставить на стоянку. Я забираю его прямо сейчас.
 
3. Два зайца
 
Все-таки ранения дают о себе знать. Мне, кажется, врали, что мозг у меня не пострадал. Наверное, какая-то часть просто отмерла после кучи операций. Или связи нарушились… нейронные. Р-раз – и в стрессе они отключаются. А я творю дичь, совершенно этого не осознавая.
Иначе каким непостижимым образом у меня в машине оказываются два раба? Блондин и тот самый чернокожий. И главное, куда мне их девать? Куда везти? Домой? Проблематично.
Маман, заявив, что старшая дочь окончательно поломала ее нежную психику своей будущей свадьбой, уехала лечить нервы на морской курорт, и дом был полностью в моем распоряжении. Но это ведь не навсегда. Через пару недель она вернётся и узрит сразу двух новых мужчин. Красивых и могучих. Ее реакция непредсказуема. Да и места не было, если уж честно. У Алекс дом гораздо больше.
Вот. Я поеду к Алекс и поговорю с ней. Пусть знает, она еще пока стратор.
Два мужчины в моей машине сидят тихо словно мыши под метлой. Чернокожий громила съежился на заднем сиденье, ему низко, и колени подпирают подбородок. Блондин вроде ничего, помещается.
– Так откуда вы на самом деле? – спрашиваю я, не надеясь на ответ.
Но чернокожий с готовностью рокочет, наполняя крошечную малолитражку вибрацией роскошного баритона:
– Терра-7, сьенна.
– Врать не нужно. Ты с Н‘илуны, я вашу братию легко отличу от любой расы.
– С рабским чипом врать невозможно, сьенна.
– Рабский чип не убивает, всего лишь доставляет дискомфорт. Поэтому давай начистоту.
– Землянин я.
– Ну-ну.
Въезжаю в ворота, шуршу гравием подъездной дорожки, блаженно вздыхая. До чего красив у Алекс дом! Кто бы мог вообще представить, что кто-то из нашей семьи будет вот так богат!
А у крыльца свободный мужчина Бернард, вооружившись секатором, подстригает кусты. Вот уж до сих пор не понимаю, что общего между рыжим медведем в потрепанной клетчатой рубашке, на котором буквально написано фермерское происхождение, и моей строгой и властной сестрой-амазонкой.
– Привет, Бернард, – вылезаю из авто я. – А что, Алекс все же вшила тебе рабский чип? Или она силой заставляет прислуживать?
– Здравствуй, Эжени, я тоже не рад тебя видеть. Меня никто не заставляет, я просто не люблю кривые кусты. Алекс нет в городе, она умчалась на совещание к домине.
– Подземные демоны! Мне она очень нужна. Очень-очень!
– Проблемы, малышка Эжени?
– У меня нет. А у нее могут быть.
Свободный мужчина Бернард вдруг подобрался и остро сверкнул рыжеватыми глазами. Ого, этот тюфяк умеет быть серьезным и даже стремительным? Неожиданное открытие.
– Так, ты сейчас выпьешь своего лимонного чая и все мне расскажешь. А я решу, стоит ее сейчас дергать или нет.
Забавно. Он помнит, что я терпеть не могу кофе, зато пью холодный чай с лимоном и мятой. А ведь я могла сказать об этом только однажды, когда он приходил знакомиться с маман. А еще – какого хрена он командует?
– Не кипятись, я все еще секретарь Алекс. Она меня так и не уволила. Подозреваю, что вряд ли уволит и потом. Это мои служебные обязанности – принимать жалобы горожан. Кто у тебя в машине? Ты не одна?
– Рабы, – вздохнула я. – Два. Земляне.
У Бернарда вытянулось лицо.
– Это же запрещенка!
– А то я не знаю.
– Зачем ты их купила?
– Оно само.
– Пусть выходят. Велю их накормить и переодеть. И поговорим.
Я послушно кивнула, не понимая, почему я его слушаюсь. Но совет мне был очень нужен, я сама это дело не вывезу. И да, я знала, что по закону я тоже буду отвечать за покупку раба с Терры-7, тем более, что я прекрасно знаю о его происхождении. И ладно бы это был наш, варрианский закон. Черта-с-два, межгалактический. И то, что мы в межгалактическое торговое сообщество не входим, совершенно не значит, что мы можем этот закон нарушать.
Чернокожий выполз из машины, разгибаясь, и Бернард чертыхнулся.
– Это что, н’илунг? Ты рехнулась, Эжени?
  
– Он говорит, что землянин.
Бернард снова выругался.
– Такой же землянин, как и я, – и, к моему удивлению, свободный мужчина обратился к рабам на каком-то незнакомом мне языке.
И ему ответили, причем оба.
– Это ты сейчас на каком спрашивал?
– На одном из земных. Я когда-то успел поработать и с землянами тоже. Ну что, похоже, и вправду земляне. Это немного лучше, чем н’илунги, но проблем будет не меньше.