"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Вскоре мое симпатичное лицо превратилось в нечто отвратительное. Волосы с головы исчезли, уши оттопырились и превратились в пару неэстетичных лопухов, нос приобрел форму ноздреватой картофелины, кожа лица и шеи покрылась сетью кровеносных сосудов лилового цвета, левую щеку рассек отвратительного вида извилистый шрам, будто когда-то нанесенную клинком рану наспех залатали крупными стежками, а потом о нем напрочь позабыли, еще один шрам поаккуратнее украшал лоб и тонкой ниткой опускался через правый глаз по щеке к подбородку. Осмотрел себя придирчиво в зеркало и не удержался от брезгливой гримасы. Такого гаврика встретишь в темном переулке и безо всяких просьб с его стороны отдашь кошелек со всей наличностью, лишь бы разойтись краями. Казалось бы, весьма запоминающаяся морда лица. А вот криминальные психологи утверждают обратное. Свидетель какого-нибудь происшествия скорее правильно опишет человека привлекательной наружности, нежели явного урода, поскольку при виде такого личика всякий добропорядочный гражданин тут же отведет взгляд, и при проведении следственных мероприятий опрашиваемые свидетели станут давать весьма противоречивые показания.
Кстати, еще в той прошлой жизни на одной из своих лекций по теории криминалистики Покровский Григорий Моисеевич доцент кафедры общего права и криминологии привел весьма забавный пример ограбления с использованием нетрадиционного отвлекающего фактора. Случилось это в Америке лет пятьдесят тому назад, когда видеокамер еще не было понапихано на каждом столбе, практически голый мужчина зашел в банк, показав пистолет, уложил толпу присутствующих на пол, затем потребовал у кассирши всю наличность. С набитым деньгами пластиковым пакетом он благополучно вышел на улицу, сел в припаркованный неподалеку автомобиль и скрылся с места преступления. Так вот, свидетели при последующем опросе давали абсолютно разные показания по поводу внешности преступника, при этом едины были лишь в одном — тот был в носках черного цвета.
Еще раз оценил свою новую мордаху. Красавѐц, однако. Рожа матерого уголовника, ну или, скажем, предприимчивого человека, добывшего начальный капитал либо разбоем, либо контрабандой. Обвинение не предъявишь, поскольку не пойман — не вор, и денежки не пахнут и откуда у него появились поведать не могут. Причем, это не какая-нибудь наведенная личина, а самый, что ни на есть продукт пластической маго-хирургии — комар носу не подточит и внимание одаренных не привлечет. Навсегда остаться таким «красавчиком» я не боюсь, ибо алгоритм возвращения истинной своей внешности крепко-накрепко зафиксирован в моей памяти.
Новый образ настолько меня впечатлил, что я замурлыкал негромко себе под нос:
 
 
Ой да приведите коня мне вороного,
 
Да крепче держите под узцы!
 
Едут с товарами в путь из Касимова,
 
Муромским лесом купцы…
 
 
Не классический текст Вельтмана, импровизация Аркадия Северного, именно этот вариант мне больше всего нравится из множества других.
Остаток пути до города Суздаль проспал будто невинный младенец, не замышляющий никакого душегубства.
Перед тем, как покинуть вагон, пришлось основательно замаскировать внешность. Обмотал физиономию полотенцем, дескать, нежданно-негаданно зуб разболелся, а также шляпу поглубже нахлобучить и все дела. Зря беспокоился, объяснять ничего никому не пришлось. Проводника на выходе не оказалось. Зайдя в привокзальный туалет, я избавился от привлекающей внимание людей повязки. На стоянке нанял лихача, который отвез меня в одну из самых престижных гостиниц города отель Англетер. Насколько мне известно из обрывков воспоминаний Виктора Орлова именно в ресторане этой гостиницы предпочитает встречаться со своими английскими товарищами Орлов-старший. Насколько часто происходят подобные встречи? Не реже одного раза в неделю. Так что, обустраиваемся с комфортом и терпеливо ждем-с.
 
Снял двухкомнатный люкс вполне доступный для лиц неблагородного происхождения.
Перед тем, как начать заполнять журнал учета проживающих учтивый портье стребовал с меня документ, удостоверяющий личность. Сделав все необходимые записи в журнале учета, принял от меня деньги и незамедлительно выдал ключ. Мой номер располагался на третьем этаже. Всего этажей было четыре. Окна номера выходили на довольно шумную улицу. Меня это ничуть не смущало, подумаешь извозчик выразится не литературно, лошадка всхрапнет или собака залает. Это они здесь настоящего уличного шума не слышали.
Стратегия перехвата интересующего меня объекта была незамысловата. Вряд ли патриарх боярского рода рискнет куда-нибудь пойти без серьезной охраны магически одаренных гридней. Также, с большой степенью вероятности, его будет сопровождать штатный ведун. Да и сам Орлов-старший, насколько мне известно, стихийник неслабый. То есть, развернув вокруг здания гостиницы настроенную определенным образом пассивную сигнальную сеть, можно заранее зафиксировать подход организованной группы большого количества людей, обладающих чародейским даром, при этом остаться незамеченным. Мне же потребуется лишь спуститься в зал ресторана, занять заранее забронированный столик и ждать подхода интересующих меня господ.
До Рождества Орлов в гостинице так и не появился. Пришлось праздник отмечать в гордом одиночестве. Здесь я слегка поскромничал. Одна из горничных, очарованная моей мужской статью, не побоялась страшной рожи и в первый же вечер заявилась в мой номер с предложениями определенного свойства. Блин, самая красивая из всех здешних девушек зеленоглазая фигуристая стройняшка с безупречными чертами лица и копной вьющихся волос золотистого цвета. Ей что смазливых мальчиков мало, которые еще и хорошо отблагодарят за услуги? Нет же выбрала хахаля с самой страшной рожей и не взяла с меня ни копейки. Разумеется, я приложил все должные усилия, чтобы оставить неизгладимый след в памяти Ксении и, вне всяких сомнений, вполне в этом преуспел. Впоследствии девушка неоднократно скрашивала своим присутствием мое холостяцкое одиночество.
Так вот сидим мы, значит, у меня в номере с Ксюшей на следующий день после культурно-массовых рождественских мероприятий, мило воркуем за бокалом цимлянского игристого. Вообще-то воркую я. Девушка не сводит с моей страшненькой физиономии влюбленного взгляда, я нашёптываю ей всякие милые глупости. Короче, несмотря на основательную утреннюю задержку в кровати, дела у нас продвигались к тому, чтобы вновь в ней оказаться, ну если не в кровати, так местечко для приятных утех непременно найдется.
Не сподобилось. Моя сигнальная система сообщила о появлении в границах зоны слежения значительной группы одаренных. Я тут же предложил даме сходить отобедать в ресторане, лишь после этого перейти к делам любовным. Я не опасался за то, что администрация гостиницы накажет Ксению за связь с клиентом, поскольку в личное время сотрудники вольны поступать по собственному разумению. К тому же, многие девушки, да и юноши, что уж там греха таить, подрабатывают банальной проституцией, и зачастую этот заработок значительно превышает официальный. Так что наши отношения с Ксюшей не выходили за рамки, обозначенные её трудовым договором.
Пока шла суета по случаю появления уважаемого гостя, мы с девушкой успели не только занять забронированный на все время моего проживания столик, но сделать заказ. Разумеется, внутри меня при полном внешнем спокойствии всё буквально бурлит. А вдруг это не Орлов, а еще какой-нибудь важный гусь?
Понадобилось время для того, чтобы боярские гридни обследовали все возможные закоулки на пути следования охраняемого тела, дабы уберечь его от любых неприятностей. Также я отметил действие мощного поискового конструкта. Ага, ведун находится рядом со своим боссом, что для меня вполне ожидаемо.
Словами не передать охватившую меня радость, когда на пороге ресторана показался высокий худощавый мужчина. Орлов Александр Николаевич, именно он собственной персоной. Рядом с ним также сухощавый человек росточком пониже с пронзительно-проницательным взглядом глубоких черных глаз под густыми брежневскими бровями — ведун рода Орловых Николай Викторович Черепнин — это именно его незримое присутствие я ощущал, будучи прибитым гвоздями к столбу. Опасный дядька, в принципе, мне плевать на его могутность, поскольку в прямое противоборство с ним вступать не собираюсь.