"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Рождество через два дня, через неделю Новый Год. Интересующие меня персоналии бдительность вряд ли потеряют, однако без толики праздной беспечности обойтись ну никак не могут.
Благо царь-батюшка до сих пор не прислал нарочных по мою душу. Не торопятся с наградой Их Велико. Пока что для всех, кроме Орловых, я не умер, а сижу преспокойно в поместье Третьяковой, откуда меня можно вытащить в любой момент.
А может быть, в верхах и вовсе позабыли о существовании какого-то скромного прапорщика? Нет, это вряд ли. Император не какой-нибудь мелкопоместный дворянин, одолживший денег у ростовщика и тут же об этом напрочь позабывший. Интуиция мне подсказывает, что в этот самый момент папка с документами на имя «прапорщика Воронцова Андрея Драгомировича» кочует из кабинета в кабинет имперской канцелярии, с её содержимым уже ознакомился не один десяток чиновников и не меньшему их количеству еще предстоит ознакомиться прежде чем окончательные рекомендации в виде короткой записки лягут на стол Его Императорского Величества. Без самой тщательной проверки моей личности ну никак. Благо деревенька, откуда я «прибыл» в имение Третьяковой напрочь сгорела во время лесного пожара (во всяком случае так в газете было написано), а жители её наверняка рассеялись по необъятным просторам Руси-Матушки — поди-ка сыщи кого. Впрочем, искать никто не станет, ну что могут порассказать про двенадцатилетнего пацана селяне? Так что в этой части своей «биографии» я спокоен. А об остальном, тем более не волнуюсь — чист аки слезинка новорожденного, ибо все время находился на виду «опчества».
Время в моем распоряжении пока что имеется. Боюсь, его немного, но его должно хватить для реализации моих планов, если, конечно, поторопиться. А это означает, что предстоит мне дорога дальняя по рельсам железным в четырехместном купейном вагоне, а то и в плацкартном, ибо для СВ рылом не вышел. В принципе, плевать на условия проезда. Еще совсем недавно останавливался в, мягко говоря, не самых комфортных условиях, при этом отлично высыпался. И отправляться в путь мне необходимо в самое ближайшее время. Вот поем после баньки, обмундируюсь во что-нибудь цивильное, прихвачу гражданское удостоверение личности и прямиком в Боровеск на железнодорожный вокзал. Светить военной формой не стану, если полиция попытается к чему-нибудь придраться, отведу глаза, короче, выкручусь, благо мой ведунский Дар полностью восстановился, а манипулировать сознанием неодаренных и даже слабых чародеев мне вполне по плечу.
Егоровна огорчится до соплей — ну как же, её Андрюшенька только что заявился и тут же вострит лыжи. Ничего, она у меня женщина с понятиями. К тому же, на дворе патриархальный девятнадцатый век. Здесь мужик если решил что-то сделать, значит, он кругом прав, даже когда направляется в ближайшую рюмочную, позвякивая последними семейными сбережениями.
Жаль, что в той прежней моей реальности было не так, может быть, первый мой брак и не распался бы подобно карточному домику. Пусть не первый, он был сугубо по расчету и без намека на любовь с моей стороны, во всяком случае. Второй уж точно сохранился бы, ведь там были настоящие чувства, которые разбились вдребезги о неукротимую страсть благоверной все время поучать меня по самым незначительным жизненным вопросам, при этом выставлять дураком в глазах родных, друзей, знакомых и просто случайных людей. Здесь жена только вякни поперек мужниного слова, вмиг огребет по полной, да еще с добавкой и попробуй, ссылаясь на плохое самочувствие, не накрыть на стол, или, упаси Господь, отказать супругу в интиме без веских на то оснований, тут уж последствия могут оказаться самыми непредсказуемыми.
Вот только не подумайте, что я сторонник дремучего патриархального быта. Нет, нет и нет. Просто такова действительность. Здесь особенно в рабоче-крестьянской среде каждый член семьи обязан выполнять то, что у него получается лучше всего. Если женщину с детских лет готовят к ведению домашнего хозяйства и воспитанию детей, так и занимайся этим, а в дела мужские носа совать бабе не пристало.
 
Справедливости ради, ростки нарождающейся эмансипации я все-таки имел «удовольствие» наблюдать во время обучения на медфаке. Папироски в нежных девичьих ручках, разговорчики за кофием о неравенстве по половому признаку, читаемые тайком брошюрки, как правило на французском, с основными тезисами: liberté, égalité, fraternité. Это прогресс, и никуда от него не деться. Впрочем, равенства женщинам ждать придется до морковкина заговенья, поскольку даже в просвещенном двадцать первом веке правят бал мужики, иже с ними всякого рода гендерно-модифицированные личности.
После бани плотно набил брюхо. Лишь после этого объявил Егоровне о своем отъезде. Немного попричитала — ну как же без этого — однако быстро смирилась, поскольку отлично знала мой характер. Коль её Андрюшенька что-то решил, ему хоть кол на голове теши будет свою линию гнуть.
— Когда назад ждать? — спросила напоследок.
— Точно сказать не могу, может быть сразу после Рождества, а вполне возможно Новый Год придется встречать в Суздале. Как освобожусь от дел насущных, сразу же возвернусь.
Насчет моих «мущинских» дел Третьякова вопросов не задавала. Своим чисто женским чутьем она поняла, что просто так под самые праздники родной дом не покидают. А если покидают, для этого имеются весьма и весьма веские основания.
Двуколка Егоровны быстро доставила меня на вокзал. Особой поклажей я обременен не был, лишь кожаный портфель с минимальным количеством барахла. Одет в гражданский костюм сверху пальто, на голове фетровая шляпа стетсон, прекрасно защищает от снегопада, вот только её приходится время от времени снимать и отряхивать от накопившегося снега. С портфелем в руках выгляжу как какой-нибудь мелкий чиновник, возвращающийся под самое Рождество домой из командировки.
Билетов в кассе вокзала не оказалось. Пришлось ждать прихода поезда и договариваться напрямую с проводником. Так или иначе всего лишь в обмен на золотой империал, иными словами, червонец, я стал полновластным обладателем целого четырехместного купе до самого конца своего не очень долгого путешествия. Вот такая коррупционная схема. Да здравствует взяточничество, неискоренимое российское явление в обеих реальностях!
«Зачем мне так много места?» — спросите вы. А вот за надом. Времени в обрез, а мне еще подготовиться нужно. Чтобы избежать посторонних любопытных взглядов и вопросов, мне не жалко какого-то кругляша, изготовленного из презренного металла, возведенного человечеством в абсолютный фетиш.
До Суздаля добираться всего лишь ночь, так что это время мне необходимо провести с пользой.
Первым делом извлек из портфеля несколько листов гербовой бумаги, а к ним все необходимые письменные принадлежности. Кто бы мог подумать, что здесь можно так запросто приобрести пустой бланк практически любого документа?! Однако это именно так. Зашел в магазин, торгующий канцтоварами, выложил денежку и получил нужный бланк безо всякого контроля и учета. Короче, страна непуганых идиотов.
В течение примерно часа я занимался преступной деятельностью, квалифицируемой по законам Российской Империи как подлог. То есть изготавливал документы на имя купца третьей гильдии Афанасия Тверского сына Никитина. Имя знаменитого путешественника по странам Востока, а также Индии из той реальности, честно говоря, взял от балды. Кроме паспорта хоть и без фотографии, но с биометрическими данными описательного характера, изготовил подорожную ибо просто так праздный люд по столицам не шастает, для этого нужна весьма веская причина. Цель своего визита обозначил как «изучение рынков сбыта лекарственных растений, заготовляемых в Сибири и на Дальнем Востоке». Все необходимые печати и магические метки скопировал со своих настоящих документов. Получилось прям на загляденье — от настоящих абсолютно неотличимо.
После изготовления всех необходимых ксив, я завалился на одну из нижних полок и принялся подгонять свою физиономию под параметры описанной в паспорте биометрии. Из лекций по курсу криминальной психологии мне известно, что для того, чтобы на тебя не обратили внимания нужно либо иметь совершенно невзрачную внешность, либо шокировать народ своим обликом. Относительно первого варианта все понятно: среднестатистическая фигура, лицо без особых примет, ну и так далее в том же духе. С моими двумястами с лишним сантиметрами роста и накаченной мускулатурой слиться с толпой будет весьма затруднительно, значит, идем по второму пути.