"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Не надо убивать своего, чтобы добраться до меня! — на таком же корявом французском, как и у пленника, крикнул я. В голове у меня хранилось множество языков, вот работать над произношением времени не было. — Я действительно не враг. Но если вы сейчас мозги не включите, мне придется вас убить! А потом буду переживать.
Бойцы молчали. Ситуация становилась все напряженнее. Не выдержав, я выматерился и тут же услышал от одного из солдат:
— Ты русский, что ли?
На великом и могучем, если что.
— Таги-и-ил! — с наносной придурью отозвался я.
Мужик мне не ответил, но зато дал знак своим товарищам опустить оружие. И они его опустили. Градуса, где-то, на три.
— Кто ты такой? — снова спросил боец.
Теперь, когда мы начали разговаривать, я смог его разглядеть. Среднего роста, худощавый, с лицом измазанным серой и коричневой краской. С холодными серыми глазами. Матерый волчара лет тридцати-тридцати пяти.
— А вы, мать вашу, кто такие?
— Уверен, что именно ты имеешь право задавать вопросы?
С этим непониманием нужно было кончать! А то будем тут балакать до морковкина заговения, и не придем ни к чему.
Оттолкнув пленного, я скользнул в сторону, вперед, затем снова в сторону и, наконец, оказался за плечом у земляка. Двигался так, чтобы бойцы не начали стрелять по мне без опасения задеть своих.
— Я — уверен. А ты?
Надо отдать ему должное — даже не вздрогнул. С ленцой повернул голову в мою сторону, оглядел, щурясь.
— Из этих, что ли?
— Ты каких «этих», братишка, имеешь в виду?
Военный явно уже встречался с функциями…
— Тех самых. Которые одержимые.
…но понятия не имел, с кем столкнулся. Обычная для людей ситуация — поторопиться с навешиванием ярлыков, чтобы сделать неизвестное хоть сколько-нибудь понятным. Я, помниться, тоже когда-то называл новусов мутантами, а дефектов — оборотнями. Так что одержимые — не самый плохой вариант.
— Знаешь, такой блудняк сейчас всюду творится, разобраться трудно даже тем, кто в теме. Но для простоты скажу: есть плохие парни, а есть хорошие. Я из последних, пришел убивать плохих.
— Ага. Все просто.
— В жизни всегда все просто, не верь тому, кто говорит иначе. Но если тебе нужны подробности, их есть у меня. Только не так вот, на бегу. Сядем, поговорим. Можете меня даже под прицелом держать, если спокойнее будет. Только не стреляйте — обижусь.
Думал боец недолго. Полагаю, в принятии правильного решения ему помогли покрытие свежей кровью дырки в моей одежде, за которыми виднелась зарубцевавшаяся уже плоть. Он коротко кивнул, отдал какую-то, явно шифрованную, команду и знаком руки пригласил меня к камню, за которым прятался снайпер. Его люди — вероятно все-таки он был командиром данного подразделения, а не тот, кого я таковым посчитал сначала, снова попрятались. Встали в дозор или что там еще военные делают.
— Захар, — представился мужчина, усевшись на землю метрах в трех от меня. Винтовку отложил, но недалеко, так, чтобы иметь возможность схватить ее за долю секунды. — Шеф-капрал второго полка Иностранного Легиона.
Ну я так и понял уже. Военное подразделение на территории бывшей французской колонии — кем бы еще могли быть эти солдаты?
— Иван. Тип Ликвидатор. Новус, — отрекомендовался я в свою очередь. — Прежде, чем я все тебе объясню, скажи мне — как вы выжили?
Он дернул уголком обветренных губ, но кивнул, признавая мое право на этот вопрос.
— Были в учебном рейде. Трехсуточном, полностью автономном. Полный взвод с приданными специалистами. Восемь дней назад часть бойцов сделалась одержимыми.
На последнем слове он внимательно впился взглядом в мое лицо, ища реакцию на подобное заявление. Я только моргнул, обозначая, что принял к сведению и предлагаю продолжать.
Большая часть людей до сих пор не знали о вторжении. А про новусов информацию доводили только до тех, кому это было положено знать. Слухи, если и просачивались на уровень широкой общественности, так и оставались слухами. Сверхлюди попадали в новости, но продолжали оставаться сетевым фольклором. Экранизация комиксов очень этому помогала.
 
— Они будто обезумели. Сперва упали, начали кататься по земле, кричать. Тех, кто сунулся к ним с помощью — убили. Жестоко убили. Разорвали на части. Я много видел на службе, но такого даже у дикарей не встречал.
— Что было дальше?
— Мы их убили.
— Вот так просто?
— В жизни всегда все просто, Иван.
— Не, я имею в виду — своих товарищей? Недрогнувшей рукой.
— Дрогнувшей. Это нам встало в еще двоих убитых. Потом уже не сомневались. Это Легион. Здесь очень хорошо учат выживать. Первый контракт выдерживают далеко не все. А эти… твари, они уже не были нашими товарищами. И людьми не были. Одержимыми.
Я снова кивнул, принимая ответ. В принципе, легионерам повезло, что они среагировали так быстро. Когда полная Структура прописалась в тела их сослуживцев, у них было совсем немного времени, пока та не вошла в силу. И солдаты использовали его максимально толково. За что им честь и хвала.
— В голову?
— Да. Мы видели, как тела затягивают раны прямо на глазах. Как у тебя.
Захар взглядом указал на окровавленные дыры в моей одежде. Таким изящным переходом он напоминал, что пора бы уже и мне начинать делиться сведениями. Но я дал себя сбить с курса.
— А что вы делали все время после?
Русский пожал плечами.
— Выживали. Пытались собрать информацию.
— На связь с командованием выходили?
— Сразу после инцидента. Но база не смогла подтвердить коды связи. Мы поняли, что что-то не так и приняли решение продлить автономку.
Толково. Командование, наверняка, обратилось. А став Структурой функции не посчитали важным изучить обновляемые коды для связи.
— Охотились на таких, как я?
— Пытались, — Захар поморщился. — Они почти всегда двигаются группами по двенадцать-пятнадцать человек. Ты первый одиночка, которого мы встретили.
— А как поняли, что я не вполне человек.
— Наблюдали. Я не знаю людей, которые могут бегать со скорость лошади.
Теперь поморщился я. Прокол. Не сказать, чтобы важный. Просто я уже привык к своим возможностям, и за последний год пускал их в ход не задумываясь, видит меня кто-то или нет. Прикрытием нашей деятельности занимались другие.
— Так кто ты такой, Иван? Что значит «новус»?
Я не стал затягивать с ответом.
— Мутант. Смотрел «Людей Икс»?
Он скривился. Но кивнул.
— И какая у тебя способность?
— Убивать. Находить и убивать себе подобных.
— Ясно. А те, в кого превратились мои люди?
— Это инопланетяне. Они вселяются в людей, полностью подчиняя их себе, а тела переделывают на генетическом уровне. Отсюда и высокая регенерация, и сила, и скорость.
— Мозговые слизняки? — саркастично усмехнулся легионер.
— Вроде того. Только без личинок, как у Кинга. Энергетические паразиты.
— Ты считаешь это объяснение меня удовлетворит?
— Да мне, в общем-то плевать. Но ты выжил, а значит имеешь право знать правду. Тебе рассказывать?
Он кивнул, и в следующие минут пятнадцать я рассказал ему все, что знал. Про то, как сам стал мутантом, про подобных себе, про кланы и попытки предотвращения вторжения. Ну и про само вторжение, разумеется, ведь именно из-за него половина его отряда обратилась в монстров.
Слушал он меня внимательно и больше перебивать не пытался. Даже уточняющих вопросов не задавал. Так ведут себя люди, которые еще не решили верить им в рассказанное или нет. Просто слушают, складывают информацию на полочки, предпочитая разобраться в ней в спокойной обстановке.
— Значит, вся Африка под ними?
— Альянс предполагает, что так.
— И весь этот год…
— Мы пытались остановить вторжение.
— А нас, получается, просто использовали в темную?
— Что ты имеешь в виду?
Я слегка сбился. Вроде, про Легион разговора не было. Но шеф-капрал, заметив мое недоумение, пояснил.