Всходы Власти (СИ)

И он не был намерен останавливаться до тех пор, пока в нём осталась хотя бы капля сил. Или он умрёт здесь, или сломается эта проклятая скала. Другого не дано.
  
Глава 25
 
Герцог Талион находился в небольшой импровизированной землянке, спрятанной в обрыве на берегу реки, откуда управлялась система ловушек. Мужчина, прикусив щеку замер в напряжённом ожидании, вслушиваясь в звуки мерно журчащей воды.
Когда он опустил рычаг, заставивший начать работать каменный пресс, лорд Бастион уже надеялся, что с его целью будет покончено. Но несколько могучих подземный толков, похожих на удары землетрясения, намертво заклинили противовес, останавливая механизм.
Убийца хладнокровно опустил последний рычаг, пуская в ловушку воду. А затем замер в мрачном ожидании, потому что это был один из последних приёмов, что он мог пустить сегодня в ход. Возможно, удары замурованного в камне иерарха повредили и трубы, но это не имело значения. Вода найдёт дорогу и так: недаром всё строение было расположено на берегу реки.
Минуты тянулись словно часы, а герцог напряжённо вышагивал из стороны в сторону по маленькой комнате управления, не зная, куда деться. По его расчётам вода должна была вот-вот заполнить комнату. Возможно, иерарх сумел создать воздушный пузырь, удерживая воздух? Но сколько он сможет так продержаться?
Возможно, ему стоило подлить в трубы яда. Но все его запасы ушли на дротики и лезвия, а достать ещё больше не удалось: после предыдущего покушения за всеми алхимиками и продавцами ядов пристально следила королевская гвардия и храмовая стража.
Время ещё было. В случае прихода подмоги скрытый форпост, размещённый в паре часов пути от дома с ловушкой, должен был предупредить его. Там были верные и преданные рыцари, они не могут подвести…
Подземный толчок чудовищной силы заставил герцога упасть на колени, до крови прокусив изнутри щеку. По стенам его убежища пошли трещины.
Мужчина быстро поднялся, сплюнул кровь, и, подхватив огромного размера рюкзак, вышел наружу.
И остолбенел на мгновение.
По многометровой скале, на которой был расположен дом-ловушка, и у подножия которой находилась его землянка, змеились гигантские трещины. Казалось, ещё немного и скалистый обрыв рухнет в реку, погребённый под собственным весом.
Талион Бастион сжал кулаки с такой силой, что не будь у него на руках перчаток, он порвал бы собственную кожу.
Он мог уйти здесь и сейчас. Скрыться, организовать новое покушение. Но эта была ловушка, что он придумал, и все расчёты говорили, что даже лучший из мастеров не переживёт такой град ударов. Слишком много сил на это нужно, и слишком мало времени было у иерарха, чтобы восполнить их…
Но если иерарх всё же выдержал, то как его вообще убить?
На возведение этого комплекса ловушек было потрачено целое состояние. Кошелёк лорда Бастиона давно показал дно, и ему даже пришлось посылать людей обратно в герцогство, чтобы заплатить мастерам-каменщикам и инженерам за столь сложную работу. Вряд ли у него получится организовать что-то похожее ещё раз.
— Твои силы не вечны… Сколько бы их ни осталось, у каждого есть свой предел… — отчаянно прошептал сам себе герцог.
Талион тяжело вздохнул и почувствовал внезапный приступ усталости. Он и сам не испытывал радости от того, что ему приходилось делать. Может, в этом и причина всех неудач? Он недостаточно крепок в своей вере в правое дело?
Самому-то себе можно признатся в этом. Нет, пусть всё кончиться здесь и сейчас. В этот раз он не будет убегать. Кое-что в его запасе ещё осталось…
Герцог Бастиона резко развернулся и побежал вниз по реке, высматривая подходящее место. Возможно, иерарх утонул или оказался погребён под обрушившейся скалой, но рассчитывать на это определённо не стоило.
Спустя всего пару сотен метров был небольшой каменистый пляж, рядом с которым рос густой орешник. Если его противник выплывет, то он выберется на берег где-то рядом… Это место подойдёт для засады.
Талион скрылся в листве и скинул со спины рюкзак, доставая оттуда хитроумное приспособление.
 
Ему не удалось создать отряд людей, готовый стрелять по верховному иерарху: практика показала, что научить другого человека убивать не так-то просто. Ему удалось провернуть подобное только с бароном Нерионом. Да и тот подвёл в последний момент…
Впрочем, герцог не сильно винил отказавшегося вассала. Ведь у него самого в Нелее осталась семья, жена, которую он любил…
Чувства барона можно было понять.
Так или иначе, лорд Бастиона нашёл выход из ситуации. Хитрый механизм, что он достал и рюкзака, представлял собой не что иное, как несколько тщательно подогнанных и скреплённых вместе миниатюрных стрелометов.
Большую часть из них пришлось покупать отдельно, у разных мастеров… А чего стоило скрепить их и сделать так, чтобы те стреляли примерно в одном направлении!
Но он справился. И теперь наблюдая за побережьем реки периферийным зрением, герцог торопливо натягивал тетиву и возводил в боевое положение всё стрелометы. Перезарядить их снова у него не будет: но один залп он сможет сделать.
Оставалось лишь надеяться, что обессиленному иерарху этого хватит.
Талион ошибся всего на несколько десятков метров. Но успел вовремя: всего спустя минуту после того, как он натянул последнюю тетиву многозарядного стреломета, он заметил, как голова верховного иерарха показалась над водой, отчаянно вдыхая воздух.
Герцог скрипнул зубами. Что же, этого следовало ожидать. Возможно, он мог бы попасть в цель из своего тяжёлого стреломета, но тогда он выдаст свою позицию. Нет, следовало ждать… Небольшие стрелометы хороши только на короткой дистанции.
Иерарх слегка покрутил головой, осматриваясь, и усталыми, медленными движениями начал загребать именно к тому месту, где находилась засада: именно там проще всего было выйти из воды. Есть!
Выбравшийся из воды первосвященник выглядел жалко. Грязная, изодранная тёмно-синяя роба обтягивала исхудавшее почти до костей тело. Лицо осунулось и вытянулось, обнажая острые скулы, а под потухшими глазами залегли тёмные, почти чёрные тени. И всё же он был ещё жив…
Этериас тяжело упал на колени, выбираясь из воды, и, пошатываясь, тяжело поднялся на ноги.
В этот момент в него полетели стрелы.
Наверно, и сам волшебник не мог сказать, как ему удалось уцелеть в этот момент. В самый последний момент, обессиленный, находящийся на грани обморока от истощения, маг на одних только рефлексах, не раздумывая, применил самый простой из всех боевых приёмов, что только знал.
Как говорил мастер Фелиус: что может быть проще простого порыва ветра?
Вот только усталость, истощение, и вода, стекающая с головы прямо в глаза, сыграла с иерархом дурную шутку: инстинктивно применив порыв, он промахнулся.
Мощный поток воздуха сбил большую часть стрел на подлёте. Но парочка всё же чиркнула его по робе, образуя порезы, а одна — вонзилась в левое плечо, заставив пошатнуться.
Однако резкая боль словно отрезвила чародея, заставив его прийти в себя и вновь приготовиться к бою. Быстрым движением он вырвал стрелу, а затем приложил руку к ране.
Маленькая вспышка света и запах палёной плоти дали герцогу понять, что этой ране его не убить.
Талион хладнокровно отбросил в сторону многозарядный стреломет, достал из-за спины свой собственный, утяжелённый стреломет, и выстрел из него.
Верховный иерарх резко взмахнул здоровой рукой, и поток ветра отклонил тяжёлый болт. Его глаза напряжённо обшаривали кустарник, из которого он прилетел. Герцог принялся неторопливо, почти бесшумно натягивать свой стреломет вновь. Но когда он закончил, резкий порыв ветра заставил его вывалиться из своего убежища наружу, не причиняя, впрочем, серьёзного вреда.
 
Талион резко перекатился в сторону, вскинул стреломет и выстрелил вновь.
Этериас вновь взмахнул здоровой рукой, отклоняя болт в сторону.
На миг оба противника замерли, сверля друг друга тяжёлыми взглядами. Почти обессиленный мокрый раненый маг в изодранной тёмно-синей робе, и полный сил, готовый к бою и до зубов вооружённый воин в чешуйчатой броне.