Телохранитель для Евы (СИ)

— Я уже понял. Ты и вправду очень необычная. С тобой интересно говорить. А уж насчёт секса вообще молчу.
Глянула на него игриво:
— Вот и молчи. А то не доедем! И я тебя изнасилую прямо за рулём.
— Ты? — засмеялся Ян.
— Да.
— Посмотрим!
  
глава 32
 
Через несколько часов мы уже ехали обратно. Вместо того, чтобы ехать прямо, Ян вдруг свернул на дорогу, ведущую к реке.
— Куда ты? — спросила его.
Он глянул на меня:
— Показывать будешь.
— Что показывать?
— Как бы ты меня насиловала. Я согласен на насилие с твоей стороны.
Я окинула взглядом себя, потом его и мы засмеялись. Да уж, я такому медведю навряд ли что-то сделала бы в самом деле. Мне кажется, даже если я его стукну — он просто не заметит. С таким же успехом комар может пинать слона…
Машина остановилась почти у самой воды, телохранитель заглушил мотор.
— Ну, я жду, — поднял он брови вверх. — За свои слова надо отвечать.
Потянулась к губам и остановилась за миллиметр до них. Ян закрыл глаза и ждал поцелуя, но план другой. Протянула руку и расстегнула ширинку мужских джинсов. Нырнула туда рукой, сразу в бельё. В который раз обнаружила, что член уже каменный. Неужели за три секунды возбуждается так?
Он открыл глаза, которые уже успели затуманиться удовольствием и посмотрел на меня. Сам притянул мою голову ближе и поцеловал. Пока я ласкала его рукой, Ян брал меня своим языком, ловил мой и брал его тоже. Поцелуй мягко кончился, и мужчина снова посмотрел мне в глаза. Я поняла, что он хочет большего.
Высвободила по возможности из одежды его член и поцеловала. Просто целовала его — ствол, головку под шумные вдохи Яна. Прошлась языком вдоль, обвела им вокруг головки, потом мягко вобрала в себя, обхватив губами. Стала скользить ими в нежной ласке, постепенно увеличивая темп. Рука мужчины легла на мою голову, пальцы вплелись в волосы.
Доделать до конца он не позволил мне. Заставил сесть на своё сидение, опустил спинку и стал стягивать с меня джинсы, потом и бельё. Навалился сверху, заставляя мои колени разойтись. Облизнул свои пальцы и провел по чувственной точке, опустил пальцы ниже и смазал меня, чтобы уменьшить дискомфорт от вторжения. Я прикрыла глаза и отдалась чувствам, не стеснялась своих стонов. Повторил. Когда Ян решил, что влаги достаточно, вошёл в меня по полной и нетерпеливо начал движения.
Взял зубами мою мочку, руками сжал ягодицы и вбивался, вбивался… Кофту задрал наверх, кружева просто отодвинул и провёл горячим языком по одному соску, вызывая острую сладость по всему телу, потом другой. Подключил и пальцы, один сосок ласкал губами, другой сильными нежными пальцами, продолжая резкие толчки, до самой разрядки…
— Как же мало… — сказал он мне в шею, целую кожу возле уха. — Но пора ехать.
Я в ответ лишь сильнее обняла его, всего и сразу. Какой же он большой, горячий. И любимый. Нашла место и время для любви, но это так. Пусть даже век любви будет слишком коротким, но он был…
Отдышались, привели себя в порядок и снова вернулись на асфальт. Теперь нужно убрать с лица блаженную улыбку влюблённой и удовлетворённой по полной дурочки и принять серьёзный вид. Я счастлива. В такой ситуации, в страшной и вовсе не радужной, я просто…счастлива.
* * *
Приехали в коттедж, как ни в чём не бывало. Разбрелись по своим делам. Я сидела на диване с книгой, когда неожиданно днём вернулся муж.
Родион пролетел по дому, как торпеда. Впрочем, как и всегда. Он всегда куда-то торопится. Взял какие-то папки с документами и остановился напротив меня.
— Чё, кончились пары уже?
— Да, как видишь.
— Тогда поехали со мной.
— Зачем?
Почему-то возникло очень нехорошее предчувствие. Родион редко, но берёт меня с собой на какие-то мероприятия, и заранее предупреждает. А сегодня вдруг внезапно позвал.
— Что за вопросы? Сказал — поехали, значит, встала и пошла.
Он грубо поднял меня за локоть с дивана и заставил встать на ноги.
— Но я не одета! Что за место хотя бы, скажешь?
 
Он окинул взглядом мой домашний мягкий костюм из олимпийки и штанов, тонкие кеды на ногах. Усмехнулся.
— Так нормально. Поехали, — кивнул головой муж на дверь. — Там узнаешь. Ян где? Он мне тоже нужен.
— У себя.
— Иди в машину, Ева.
Родион развернулся и пошёл в направлении комнаты Яна. Я молча потопала к машине. Всё равно заставит. Надо так надо. Села на заднее сидение кроссовера мужа и стала ждать. Взяла с собой только лёгкую сумку с телефоном и мелочью. Спустя несколько минут из дома вышли Ян и Родион. Муж что-то рассказывал моему телохранителю, а затем Родион сел на водительское место кроссовера. Ян запрыгнул в свою машину, в которой обычно езжу и я. В поездки с мужем я садилась рядом ним. К нам присоединились привычные два охранника Родиона и мы выехали на дорогу. Кроссовер первый, следом за ним джипп Яна.
Ехали минут двадцать. Когда посёлок кончился и началась трасса, я никак не могла понять куда бы мы могли ехать. А уж когда свернули с асфальта на просёлочную дорогу, ведущую в лесок недалеко от нашего посёлка, мне стало совсем не по себе.
Что происходит? Если бы я знала. И спросишь — Родион не ответит, иначе бы сказал ещё дома.
Остановились на открытой поляне.
— Выходи, Ева, — обернулся муж ко мне и тоже вышел.
Я нажала на ручку двери и ступила тонкими кедами на жухлую листву под инеем. Листья и палки захрустели под ногами. Пахло сыростью, недавно прошёл дождь. Поёжилась. За городом явно холоднее. А может, это от страха. От моего мужа не угадаешь никогда, чего ждать.
К нам ближе подошёл и Ян, остановившись недалеко от меня. Это уже привычка.
— Ну что, голубки? Ничего не хотите мне рассказать? — ухмыльнулся Родин.
Сначала даже не поняла, к кому он обращается. Но потом заметила, что он и двое охранников взяли нас с Яном в круг, и обращался муж непосредственно к нам, переводя взгляд с меня на Яна.
— Что вы имеете ввиду, Родион Петрович? — бесстрастно спросил телохранитель.
Похоже, он не в курсе, что происходит. Так же как и я. Стало ещё страшнее… Я сцепила свои ледяные руки от волнения.
— Родион Петрович… Типа уважаешь меня, да?
— Вопрос тот же: что вы имеете ввиду, Родион Петрович? — так же, без единой эмоции, тем же тоном повторил Ян.
Муж вдруг рассмеялся как безумец. Я испугалась ещё больше, каждая пождилка затряслась, страх бился птицей под кожей. Когда он так смеётся — он очень зол, и выкидывает всегда что-то очень неприятное.
— А мне вот интересно, — продолжил говорит Родион, сверля глазами Яна. — Ты когда с моей женой трахаешься, ты её тоже уважаешь и зовёшь в процессе Ева Андреевна? Ева Андреевна, хотелось бы от Вас получить орал. Так?
От ужаса кровь в венах будто застыла и замёрзла. Как он узнал? Откуда?
Осторожно глянула на Яна. Он даже не посмотрел на меня. Я видела его полу боком. Лицо абсолютно ничего не выражало, будто бы Родион сейчас не сказал ничего особенного. Муж тем временем вцепился глазами в меня. Он знал, что от Яна эмоций не дождёшься, а у меня всегда всё написано на лбу…
— С чего вы взяли, что между нами что-то есть, Родион Петрович?
— Так, не выёбывайся теперь. Вон, на неё посмотри. Затряслась вся и побледнела. Она вас спалила. Трахаешься ведь с ним, да, любимая?
— Нет, — ответила я.
Хотела твёрдо, но со страху проблеяла как овца. Кажется, я утопила сейчас нас ещё больше. В глазах Родиона появился тёмный гнев. Он понял. Убедился.
— Я всё помню, ясно? — сказал зло Измайлов. — И сложил дважды-два. Ты, Ян, эту сучку защищаешь, не правда ли? Чё, понравилось жену чужую трахать? Как оно, после меня? Всегда так поступаешь с жёнами работодателей? Профессионал, нечего сказать. Я заподозрил вас, и и ещё вчера, пока вы мило спали в одной комнате, посмотрел спальню твоего охранника, Ева. И нашёл там твою заколку. Значит, ты спала там. С ним. После секса, наверное.