Сталь и серебро. Книга 1

Жаль, не получилось запомнить, как и что она делала. Результат мне понравился.
Дальше пришлось ждать. Церемония начиналась в определенное время, и до нее еще оставалось больше часа.
Ладони почему-то противно задрожали.
Да не боюсь я!
Ну что там может пойти не так?
Воображение пасовало. Максимум я поскользнусь, шлепнусь и опозорюсь. Но это я уж как-нибудь переживу.
Слишком внимательная для тенерки, Наари быстро заметила мое состояние и ободряюще взяла за руку. Паника усилилась. Нет, эта льдинка мне даже нравится, просто… нравилась бы еще больше, если бы сидела чуть дальше. А так пришлось аккуратно отбирать у нее свою руку, маскируя маневр тем, что мне срочно понадобилось пройтись по комнате.
– И что, никто не угадывает? – Вопрос тоже имел цель отвлечь лишнее внимание.
– Как правило, нет.
– Надо же.
Я присела на подлокотник кресла.
– Ты не понимаешь. Это же магия! – воскликнула льдинка. И уже тише начала рассказывать: – Известна только одна церемония, закончившаяся подтверждением чувств. Алброн, первый кронс объединенной Тенерры. Вроде бы он хотел жениться на девушке, которую не одобряли. Тогда кто-то из арлордов придумал этот ритуал. Алброн согласился и пригласил не только семью, а вообще всех желающих. И они прошли, представляешь!
– Похоже на красивую сказку, – сдержанно заметила я.
– Ну, это было почти шесть сотен лет назад, – улыбнулась Наари. – Но Алброн правда существовал. Его очень любили. Это он построил Редстаун, укрепил печати, договорился с Пустошами, и еще много всякого. Другие кронсы просто поддерживали его достижения.
Возможно. Я об этом еще не читала.
Пока мы болтали, принесли сапоги, коротенькую белоснежную шубку и… корзину алых роз от Эрихарда. Каждый бутон покрывала серебристая каемка инея. Я так и застыла, любуясь.
Очнулась только от голоса Наари совсем рядом:
– Что ж, по крайней мере, у тебя были эти чудесные дни.
– А… Ага.
Чудесные? Да я считаю минуты до возвращения домой!
Мех скользнул по плечам. Пока Наари ходила к себе одеваться, я успела оценить обувь. Удобная и с секретом, чтобы не скользила. Как раз то, что мне нужно. Похоже, издеваться надо мной больше никто не собирается.
Знаю, слишком наивно было так думать.
Сопровождаемая Наари и двумя служанками, я покинула дом. Кругом царила чернильная темнота, но девушки несли большие старые фонари. Тоже, наверное, традиция. Фонари, конечно, должны быть тяжелыми. Иначе бы это была не Тенерра. Ни за что не поверю, что у них тут нет каких-нибудь технических штучек, чтобы осветить узкую скользкую и довольно крутую тропу, по которой мы шли!
За дом. И потом среди деревьев.
Я осторожничала и порой задерживала всех, но все же успела полюбоваться ветками, покрытыми изморозью. Иногда они слегка царапали лицо и роняли холодные кусочки снега за шиворот, но это приносило лишь облегчение. Не то от непонятного волнения, не то из-за шубы было жарко.
Место, где проходила церемония, больше всего походило на каток. Каменные ступени-трибуны и большое ледяное озеро в середине. Боюсь подумать, сколько лет этим камням. Столетий. Лед прозрачный, а под ним… яркие цветы и рыбки. Серьезно! Стайки живых рыб.
Отстраненно подумала о камере, оставшейся в комнате.
Служанки с фонарями отошли в сторону. Здесь было достаточно освещения.
Навстречу мне шла тьера Ильмара с ларцом в руках. Тоже тяжелым, судя по тому, как напряжены ее руки. Позлорадствовать, что ли? Приблизилась. Не говоря ни слова, она открыла ларец и протянула мне тонкую белоснежную маску как будто из кружева.
– Надевай и спускайся.
Пальцы обжег настоящий иней.
Ну конечно! Неужели кто-то сомневался?
Мысленно пожелав этим ледышкам увидеть кошмарный сон про раскаленную пустыню, я приложила маску к лицу и… ощутила лишь легкий холодок. Вполне приятный, учитывая, что под шубой и платьем мне было немного жарко.
Так. Меня не заморозили. Ладно.
Я решительно преодолела оставшиеся ступени и сошла на лед.
Откуда здесь взялись другие девушки, их же вот только что не было?! Но сейчас я стояла в окружении собственных копий, каждая из которых казалась в разы лучше меня. Вон та, справа, такая уверенная. А вон та ходит по льду, ничего не боясь, и при этом до сих пор позорно не шлепнулась. Молчу уж о том, что все они гораздо красивее. Я будто перенеслась на несколько лет назад. Давно уже не ощущала себя такой никчемной. Это оказалось так знакомо и так затягивало, что я далеко не сразу вспомнила о действующей здесь магии. Лишь поймав себя на мысли, что была бы не прочь больше никогда этого не чувствовать, не чувствовать горечи унижения и вообще ничего плохого, сообразила, что здесь что-то не так.
 
Тише, Ллана. Это наваждение.
Они как-то играют на твоих слабостях.
Нельзя им это позволить.
С другой стороны замерзшего озера как раз появился Эрихард.
Мать что-то сказала ему. Полагаю, напутствие. На красивом лице обозначилась холодная жесткая усмешка. И он пошел ко мне.
Едва его темно-серый ботинок, лишенный, кстати, шипов из особого сплава, цепляющихся за лед и мешающих скользить, ступил на твердую гладь озера, я уже четко знала, что он идет ко мне.
За мной.
Несмотря на присутствие вокруг других девушек.
Это пугало.
Некоторые из них стояли смирно, другие мельтешили, даже пытались виснуть на нем, но Эрихард, казалось, ничего не замечал. Он просто шел. Не спеша пересек озеро. Остановился напротив меня. И с той же пугающей улыбкой, следуя правилам, осторожным движением снял с меня маску.
– Настоящая, – сказал совсем тихо… и в уголках его рта появилась какая-то другая улыбка.
Появилась и спряталась. Только я заметила.
Маска кружевной тряпочкой повисла в его руке.
– Да, – подтвердила я.
– Вот видишь. А ты боялась.
Я?! Не было такого!
Справедливое возмущение отвлекло, и я поздно заметила, как опасно он приблизился. Что он… Следующее движение ледяного было таким быстрым и неожиданным, что я не успела уклониться. Он запустил пальцы в мои волосы, другой рукой обхватил талию, настойчиво притянул к себе, вжал в свое тело. Воздух вокруг сделался вязким и горячим. Я задохнулась, приоткрыла рот и… вот в этот момент и случился поцелуй.
Эрихард настойчиво прижался к моим губам.
О…
Одновременно его пальцы слегка тянули меня за волосы, вынуждая чуть прогнуться в спине и запрокинуть голову, что со стороны наверняка выглядело проявлением страсти.
Мгновение я оставалась настолько потрясенной, что вообще никак не реагировала. За это время поцелуй изменился. Стал мягче, нежнее. Эрихард дважды провел по моим губам языком, дразня, призывая открыться, но… нет. Просто нет.
Воздух закончился.
Я протестующе пошевелилась, насколько это было возможно в тисках совершенно не ледяных объятий.
Как ни странно, Эрихард послушно прервал поцелуй и посмотрел мне в глаза. Совсем не ледяным взглядом. Показалось, что его взгляд затянула такая же дымка, что укутывает местные вулканы. Показалось… И от этого перехватило дыхание.
Вокруг нас с еле слышными хлопками исчезали иллюзии других девушек.
Раскаленный воздух сжался вокруг шеи.
Я почувствовала, что лечу в темноту…
– Она перенервничала, – привычным прохладно-издевательским тоном сообщил кому-то «жених». – Нормальные люди, знаешь ли, не привыкли, что их чувства подвергаются нападкам.
– Скажи ей, что Тенерра не терпит страстей.
– Не вижу смысла зря сотрясать воздух. Это скоро изменится.
Тихий стук.
Дверь закрылась.
Эрихард вернулся к моей постели, присел на край.
 
Как ни хотелось притвориться, что я еще без сознания, сдержаться я не смогла и инстинктивно отодвинулась. Блин. Выдала себя с потрохами.
– Вот и ответ на вопрос, пришла ли ты в себя, – с улыбкой отметил ледяной.
Смысл притворяться отпал.
Я моргнула.