Рябиновое танго

«Прав Вселдыч, я не знаю жизни, я не знаю трудностей», — думал Макс.
А вспоминая глаза той девчонки, он думал, что не знает и любви.
Встреча с отдохнувшими и загоревшими родителями, которые примчались сразу после звонка Максима, была радостной и трогательной. Они с восторгом пересыпали в руках орехи, рассматривали шишки, нюхали рыбу и не верили, что все это — плоды его трудов.
Наталья Борисовна немедленно собралась в магазин.
— У тебя же для такой чудесной ветки нет даже подходящей вазы! — возмутилась она, хотя все вазы, что были в квартире Максима, покупала она сама.
Анатолий Семенович, узнав, что «под такую чудную рыбку» у Максима нет даже пива, тоже повозмущался и тоже отправился в магазин. Максим соскучился по родителям, ему была приятна их суета.
Потом Наталья Борисовна, вернувшаяся из магазина с вазой, искала для нее место, потом устраивала там вазу, а в ней — ветку. Отец накрывал на стол.
— Ну рассказывай! — приказал Максиму отец, когда все уселись и немного успокоились.
— Не спеша и по порядку, — подкорректировала его Наталья Борисовна.
Хочешь не хочешь, а пришлось рассказывать Максиму о своей одиссее довольно подробно.
— От сибирской Швейцарии я в восторге, — заметил он в конце своего рассказа. — Конечно, до цивилизованной Швейцарии Горной Шории еще очень и очень далеко. Но меня поразила именно эта первозданная красота, даже какая-то дикость, необыкновенная яркость, самобытность. Именно это создает тот особый колорит и своеобразие, чего нет в Давосе или французском Куршавеле, где слишком все культурно и цивилизованно.
— Назад, к первобытным пращурам? — иронично улыбнулся Анатолий Семенович.
— Нет, конечно, но такие места ведь особенно красивы. Моя бы воля, я бы развивал там экологический туризм.
— Вот этого я как раз и не понимаю! Зачем тебе нужны были эти трудности?! — удивленно воскликнула Наталья Борисовна.
— Что значит, «зачем»? — ответил за Максима отец. — Это своего рода экстрим. Вселдыч сказал, что Макс прошел его с честью.
— Максим, а какие там девушки? — неожиданно спросила Наталья Борисовна.
— Ну вот, кто про что, а вшивый — все про баню! — рассмеялся Анатолий Семенович.
— Мам, какие в тайге могут быть девушки? Не было там никаких девушек! — серьезно заверил он мать, а про себя подумал: «Была там одна девушка… Но это тайна, тайна даже для меня… Да я уже и сам не верю, что она была…»
— Нет, вы посмотрите на них! Одна я внуков хочу понянчить! — сокрушалась Наталья Борисовна.
— Еще понянчишь! — опять со смехом уверил ее муж.
— Как же! Дождешься от такого сыночка внуков! Если только в следующий раз он не слетает на Марс и не привезет оттуда марсианку.
Отец и сын дружно рассмеялись такому предположению Натальи Борисовны.
— Только попробуйте сказать, что внуки тогда у меня зелененькие будут! — смеялась и Наталья Борисовна.
С родителями Максиму было весело. На работе тоже скучать было некогда. Хуже было в выходные дни, когда, проводив родителей, навещавших его в один из выходных, он оставался один. Тогда он просто ложился на диван и включал телевизор.
Первым забил тревогу его лучший друг Генка Маслов.
— Макс, ты не заболел? Сколько можно бока отлеживать? Поехали прошвырнемся! — не раз предлагал он по телефону.
— Куда? А главное, зачем? В клуб, бар, ресторан? Уверяю тебя, что и напитки, и девочки везде одинаковые. Ну может, крутизной отличаются в некоторых местах. Но для меня это тоже не показатель, — всякий раз отказывался Максим.
Не отказывался Максим только от тренировок в своем фитнес-клубе, где он полностью, методично и целеустремленно выкладывался в тренажерном зале, с удовольствием ходил в сауну и бассейн.
Генка не упустил случая и о новом образе жизни Максима поведал при встрече Наталье Борисовне. Родители Максима тут же случайно оказались в его краях.
— Ну и чего это ты дома сидишь, друзей забросил? — начал Анатолий Семенович.
— А, понятно, какой вас случайный ветер пригнал ко мне! — рассмеялся Максим.
— Да, я видела Геннадия, — честно призналась Наталья Борисовна. — Выглядит он вполне счастливым и удачливым, не то что ты…
 
— А вы, мои дорогие предки, помните, сколько раз мой лучший друг Генка был счастливо и удачно женат? Он и сейчас пребывает в состоянии счастливого ожидания третьего развода, — сообщил Макс совсем свежие новости о своем друге и демонстративно улегся на диван.
— Вот именно! — обрадовалась Наталья Борисовна тому, что сын сам затронул ее любимую тему. — Он уже три раза был женат, а ты — ни разу.
— Мам, ты предлагаешь мне догнать и перегнать Генку? — усмехнулся Макс.
— Нет, конечно! Я этого не предлагаю, но мне не нравится твое настроение, особенно в последнее время.
— Нормальное у меня настроение. Вы забыли, что я уже не мальчик? Сколько можно скакать по ночным клубам и тусовкам? Пора повзрослеть! Уж очень весело и легко мне живется! Кстати, это вы мне должны говорить, а не я вам.
— Отец, ты слышал? Максиму не хватает трудностей! — Всплеснула руками Наталья Борисовна.
— В смысле ГУЛАГа с пересылками, БАМа с рельсами, Днепрогэса с турбинами? — подал голос Анатолий Семенович, внимательно следивший за диалогом жены и сына.
— Пап, ну ты что?! Нет, конечно! Понимаешь, все у меня как-то легко получается: школа, институт, твоя фирма, хорошая должность с хорошим окладом. Ни о чем думать не надо! Только о том, как себя, любимого, развлечь…
— И работаешь ты, замечу, тоже неплохо, — перебил его отец.
— А для кого, для чего? Опять же для себя, любимого!
— Вот! — Как пружина взвилась Наталья Борисовна. — Женишься, родишь сына и будешь работать для него, как мы с твоим отцом. Мы все делали ради тебя. Все так просто!
— Мама, ты опять за свое! — засмеялся Максим, под нажимом родителей еще не потерявший чувство юмора.
— Я не понимаю, может, это поездка в Сибирь так на тебя повлияла? Понятно, что там люди живут хуже нас, тяжелее, но и они когда-то будут жить лучше. А ты сейчас уже живи и радуйся, раз у тебя есть такая возможность! — совершенно искренне предложила Наталья Борисовна.
— Кстати о трудностях! Завтра выдам тебе один интересный торговый контракт, возьмешь в разработку его транспортный раздел, — решил озадачить сына Анатолий Семенович.
— Да дело не в трудностях! Просто я живу не только легко, но и легкомысленно — без особых планов на будущее, без оглядки назад. Это ведь несерьезно: день прошел, и слава Богу!
— Вот! А я о чем говорю!
— Мама, мы переходим ко второй части Мерлезонского балета? Не начинай все сначала. Это будет бесконечный разговор о женитьбе. Впрочем, хорошо! — неожиданно согласился Макс. — Давай, я женюсь! Только на ком? — Максим с вызовом посмотрел на мать.
— Ну… — растерялась Наталья Борисовна.
— Что и требовалось доказать! — рассмеялся Максим.
— Не понимаю, чему ты радуешься?.. А ты не будь таким привередой! — нашлась она.
— А будь как Гена! Да? Но Генка сам по себе! Ему нравится такая жизнь, он ею и живет. У меня своя жизнь и свои принципы, — сказал Максим, как будто поставил точку.
— Все! Хватит спорить, давайте чай пить! — прекратил прения сторон Анатолий Семенович.
Для Макса принципы друга были неприемлемы, но дружили они давно, поэтому, когда Геннадий позвонил в очередной раз и предложил пообщаться, отказать ему Максим не смог.
— Да ты не грузись! Посидим у меня с пивом и раками, поболтаем. Давно же не общались, — настаивал Генка.
Чтобы заранее не портить себе настроения, Макс не стал спрашивать друга о том, кто еще приглашен на пиво с раками. Зная его, он знал это сам.
«Наверняка будет его новая пассия, а для меня будет припасена ее подружка», — думал Максим, заскочив после работы в магазин.
Свою машину пришлось оставить у офиса. Это раздражало его: и до и после пива теперь придется ехать на метро.
Через час он лишний раз убедился в том, что своего друга знает отлично: двери ему открыли две девушки, за ними стоял и ухмылялся Генка.