Сдвиг по фазе

— Зачем же вы согласились?
— Потому что находился в отчаянном положении и очень испугался. Мне было негде жить, а Кингсленд обещал всякое.
— Что именно?
— Сказал, что освободит меня от долга и будет платить на десять процентов больше моей тогдашней зарплаты. Еще позволил жить в этой квартире, совершенно бесплатно.
— Так хата принадлежит Кингсленду? — вмешивается Клемент.
— Не напрямую. Он владеет несколькими компаниями, и одна из них формально является моим арендодателем.
— Ясно.
Великан над чем-то задумывается, и за расспросы снова принимаюсь я.
— И как складывается ваша новая карьера?
— Да какая карьера… Это настоящая тюрьма! Кингсленд дал понять, что произойдет, если я откажусь работать на него и дальше.
— Увы, мне это знакомо. Однако я не понимаю, зачем ему нужен специалист по электронике?
— Я… Я не могу вам сказать. Он убьет меня.
Клемент отрывается от раздумий и снова накидывается на Алекса, доходчиво разъясняя ему ситуацию.
— Кингсленда здесь нет, зато есть я, — рычит он. — Отвечай на вопросы!
— Данные, — вздыхает наконец парень. — Кингсленд хоть и динозавр, однако понимает, что благодаря информации можно быть на шаг впереди полиции и конкурентов.
— Вы и с мобильных телефонов умеете данные скачивать?
— Да, — вздыхает Алекс. — До этого я работал в фирме по электронной безопасности. Был ведущим разработчиком программы, способной обойти защиту большинства мобильных устройств.
— А Кингсленду какой прок с этого?
— Когда его бойцы ловят на районе толкача-конкурента, они отнимают его телефон и приносят мне, чтобы я считал с него данные.
— И что же можно найти на телефоне наркодилера?
— О, вы даже не представляете! Каналы поставок, контакты клиентов, координаты закладок и прочий компромат. Все это крайне полезная информация для Кингсленда.
Судя по всему, наш противник работает с размахом, вот только сомнительно, что добытые сведения помогут как-то улучшить мое положение.
— Так что вы должны были сделать с моим телефоном?
— Произвести поиск по ключевым словам, Кингсленд дал мне список. И если в каком-нибудь файле или папке эти слова найдутся, сразу же переслать их ему по электронной почте.
— Когда он ожидает результатов?
— Этим вечером.
— А в данный момент ему что-нибудь известно о телефоне?
— Что именно?
— Кому он принадлежит, например?
— Нет. Без доступа к операционной системе определить владельца телефона он никак не мог.
Похоже, решение взять такси оказалось верным. Еще десять — пятнадцать минут, и Алекс выяснил бы, кому на самом деле принадлежит мобильник. Впрочем, мы лишь отсрочили неизбежное.
Клемент поворачивается ко мне:
— Надо побазарить, с глазу на глаз.
Он велит Алексу встать, а затем выводит парня в прихожую.
— Вы что затеяли? — выбегаю я за ними.
Великан молча открывает другую дверь и заглядывает в помещение. После чего хватает Алекса за плечо и толкает внутрь.
— Мы еще решим, что с тобой делать, — предупреждает он. — Попытаешься удрать или издашь хоть звук — и ты покойник. Усек?
До меня доносится сдавленный всхлип, а затем грохот захлопываемой двери.
— В кладовку его затолкали, что ли? — спрашиваю я.
— Не, в ванную.
Клемент жестом приглашает меня обратно в гостиную, и мы останавливаемся недалеко от входа, откуда видна дверь в ванную.
— Наверное, это хорошая новость, что Кингсленд не знает, что телефон вовсе не Камерона, — шепчу я.
— Это наш шанс.
— Вот как? И каким же образом?
— Во все эти трюки я не врубаюсь, но где-то на другом конце города Кингсленд ждет от парня информацию, так ведь?
— Да, так.
— Вот и давай заставим чувака послать ему дезу.
— И что нам это даст?
— Выиграем время.
— Время для чего? Алекс понятия не имеет, где живет Кингсленд, так что в поисках нам это не поможет.
— А вот тут, док, ты не прав. Кингсленд владеет этой хатой, а значит, есть ниточка.
— Не вполне понимаю.
— У нас в стране каждый сарай состоит на учете, и эта хата тоже. И в документах обязательно указывается владелец.
 
— И что с того? Нам и так известно, что эта квартира в собственности Кингсленда.
— Не-не, пацан сказал, в собственности одной из его компаний. А компании обязаны указывать свой физический адрес.
— Вот как? Откуда вам это известно?
— Потому что последние четыре года я не просиживал задницу, жалея себя. В отличие от тебя, док, я разгребал свое дерьмо.
— Что это еще значит?
— Ты вправду хочешь перетирать это сейчас? Нам нужно проинструктировать парнишку о том, что сообщить Кингсленду.
— Нет, я хотел бы знать…
— Слушай. Окно еще открыто, не забыл?
Вообще-то, в людях я разбираюсь хорошо, однако в данный момент затрудняюсь определить, в шутку или всерьез прозвучала эта угроза. И желания выяснять у меня нет.
— Хорошо-хорошо, — сдаюсь я.
— Так что предлагаешь послать Кингсленду?
— Думаю, он надеется, что Камерон хранил на телефоне записи с формулой кимбо. Единственное логическое объяснение, зачем мобильник так ему нужен.
— Если ты не разбираешься в химии, нечего даже мутить здесь.
— Нет, я не разбираюсь в химии.
— Тогда следующий вариант — сам парень.
— Сам парень?
— Ну да. Пусть Кингсленд думает, будто у Камерона назначена встреча… Ну, там, с врачом или еще с кем-нибудь. И Кингсленду останется только послать за ним свою братву.
— О, неплохая идея. Заодно и от меня на какое-то время отвяжется.
— Именно! А мы тем временем покопаем.
— Вот только в плане есть одна неувязочка.
— Что еще за неувязочка?
— Что если Алекс предупредит Кингсленда о том, что это деза?
— Предоставь это мне.
С этим великан устремляется в прихожую и через пару секунд возвращается с парнем, которому за время нашего обсуждения так и не удалось взять себя в руки.
— У нас тут для тебя работенка, — говорит Клемент, волоча его к столу. — Присаживайся. — Затем поворачивается ко мне. — Скажи ему, что делать.
— Так, Алекс. Как вы обычно связываетесь с Кингслендом?
— Только по электронной почте. В плане безопасности он сущий параноик, у нас собственный сервер с шифровкой.
— А что он надеется обнаружить на телефоне, с которого вы скачивали данные?
— Все связанное со словом «кимбо» или информацию о том, где найти владельца мобильника — назначенные встречи, историю запросов в поисковике, его маршруты и тому подобное.
— Прекрасно. Напишете ему, будто обнаружили электронное письмо о назначенной встрече.
Алекс поднимает на меня глаза.
— Вы хотите, чтобы я обманул Кингсленда? Это же смертный приговор!
Клемент угрожающе подбирается, но я качаю головой. Сначала попробуем пряник.
— Послушайте, Алекс. Я в таком же положении, что и вы. Кингсленд угрожает мне и моей жене, не говоря уже про того парня, которого он ищет. Мне отчаянно не хватает времени, и если я не отделаюсь от него хотя бы на несколько дней, мне… Скажу лишь, что о последствиях мне и думать не хочется.
— Мне очень жаль, но если он поймает меня на лжи, я — покойник.
— Но откуда ему знать, что вы его обманули? Это же просто встреча, а люди то и дело пропускают встречи — вы-то здесь при чем?
— Мне хотелось бы вам помочь, но это слишком рискованно.
Клемент делает шаг вперед. Я опасаюсь худшего.
— А теперь меня послушай, солнышко, — неожиданно миролюбиво начинает он. — Тебе хочется работать на этого мудилу до конца жизни?
— Господи, нет, конечно же.
— Тогда помоги нам. Без риска не обойтись, но если мы отыщем Кингсленда и разберемся с ним, тебе больше не придется на него горбатиться.
— И как же, интересно, вы собираетесь с ним разобраться?
— Уж разберусь, не волнуйся. Тебе терять ничего.
Однако Алекс лишь молчит, опустив голову. Клемент склоняется над столом и продолжает.