Заклятый мой суженый

Я даже услышала тихий рык. Еще немного – и его выдержка лопнет как мыльный пузырь. А мы здесь втроем… Вряд ли Элеста сумеет остановить обезумевшего дракона.
Она неожиданно перестала метаться и, тяжело дыша, замерла напротив меня.
– Хорошо! – выкрикнула мне в лицо с нескрываемой злостью. – Пусть будет по-твоему, чтоб ты провалилась!
Я выразительно подняла брови и приготовилась к продолжению. Оно не заставило себя ждать.
  
– Аррион, любимый, это всего лишь на год. Я разрываю помолвку…
Перемежая слова со слезами, Элеста сорвала с запястья браслет – тонкий серебряный обруч с выбитыми на нем драконьими рунами. Я его давно заприметила.
– Но знай, мои чувства… останутся прежними, – ее голос дрожал, когда она протянула браслет жениху. – И я буду здесь, рядом с тобой…
Тот тяжело шагнул ей навстречу.
Однако я была быстрее. Рывок – и драгоценность оказалась в моей руке.
Браслет обжег пальцы будто раскаленный металл. Впрочем, таким он и был – драконья магия, запаянная в нем, обжигала. Я едва не выронила его, едва не швырнула прочь. И, чтобы не передумать, быстро надела себе на запястье.
– Ваше слово, генерал, – прошептала, глядя, как кожа вокруг браслета краснеет и покрывается ранами. – Всего одно слово – и проклятье исчезнет.
Или я просто сгорю. Помолвочный артефакт, надетый без разрешения, превратит меня в головешку.
 
Глава 9
 
Д’Рейтарр оторвался от Элесты и наконец-то посмотрел на меня. В его серебряном глазу не было ни чувств, ни эмоций.
А потом…
Он увидел браслет на моей руке, и его зрачок резко сузился. Превратился в вертикальную щель.
– Будь ты проклята, – прохрипел генерал, позволяя себя сломать.
Покачнулся, хватаясь одной рукой за грудь, будто его ударили в самое сердце. А второй оперся на стол.
Раздался чудовищный треск. Это когти пробили столешницу и разорвали ее, как бумагу. А в серебристом глазу д’Рейтарра читалось, что он представлял мое горло, когда кромсал стол.
– Перед лицом драконьих богов… – проскрежетал дарг, выталкивая каждое слово с таким усилием, словно отрывал от себя по куску, – выбираю тебя и называю… женой!
Гром не раздался. Стены не рухнули.
Но боги услышали!
Браслет на моей руке вспыхнул ослепительным светом. Металл растекся по коже, заставляя меня зашипеть от боли, и превратился в татуировку – замысловатый узор из крючков, точек и петель, будто вытравленных серебряной краской.
Элеста вскрикнула.
Я подняла глаза и увидела, как черный нимб над ее головой колеблется, превращается в дым и… летит в мою сторону.
– Вот и все, – констатировала, ощущая, как он входит в меня, усиливая боль в обожженном запястье. – Ты свободна.
– Я… я свободна? Проклятья больше нет? – Элеста недоверчиво прижала ладони к щекам.
– Оно исчезло, ведь ты добровольно отказалась от брака.
– Что?! – ее удивленный голос слился с рыком д’Рейтарра. – Что ты сказала?
– А что тут сказать? – я театрально развела руками, хотя мне хотелось упасть от боли и усталости.
Но больше не было смысла скрывать то, что я поняла в тот самый миг, когда увидела метку над Элестой:
– Мой дорогой супруг, кто-то сильно ненавидит тебя или наоборот, очень любит. Любая женщина, с которой ты захочешь связать судьбу, обречена. Это не Элесту прокляли, а тебя. И сделала это черная ведьма. Уж не знаю, чем ты ей так насолил…
– Уничтожу! – мои слова потонули в низком надсадном хрипе.
Тело дарга содрогнулось. Плечи резко раздались вширь, треснула ткань. Лицо тоже начало быстро меняться, а кожа – покрываться темной чешуей.
Элеста с визгом бросилась к выходу. А я осталась стоять. Сложила руки на груди и спокойно смотрела, как мой новообретенный супруг теряет человеческий облик. Он больше не мог мне навредить.
Ни он, ни другие драконы.
Признаться, я чувствовала угрызения совести. Все же мама не учила меня быть такой. Может, если бы я сразу объяснила им все…
Нет-нет! Я все сделала правильно. Он ведь именно этого и ждал от меня – подлости и обмана. Я лишь оправдала его ожидания. Я же ведьма, воплощенное Зло. И должна такой оставаться.
Несколько мгновений я наблюдала, как мой муж превращается в дракона. Но когда его размеры стали угрожать целостности кабинета, шагнула вперед и коснулась чудовищной пасти:
– Усни!
Он покорно свалился мне под ноги.
За дверью послышался топот.
Опять эти стражники! Ни минуты покоя.
Вздохнув, я накинула на дверь кабинета и стены запирающую сеть. Теперь это было легко, ведь, обручившись со мной, Аррион дал мне доступ к бесконечному источнику магии. Драконьей магии, которая во сто крат усилила мои способности! Оставалось лишь скрепить союз ритуалом, чтобы никто не мог подвергнуть наш брак сомнению.
– Провести вместе ночь до рассвета? – пробормотала я, устраиваясь на холодном полу рядом с застывшим в полутрансформации даргом. – Не самое худшее, что случалось со мной за последнее время…
Из коридора доносились громкие звуки: крики, глухие удары в дверь, вопли Элесты.
Зря стараются. Сюда никто не войдет, пока я не сниму запирающую сеть. Или пока Аррион не очнется.
А он не очнется, пока не ослабнут сонные чары.
Дым за окном давно рассеялся. Со своего места я видела синее небо и яркое солнце, знаменующее новый день. Мне предстояло просидеть здесь с полудраконом целые сутки, до завтрашнего рассвета.
Сутки без еды и воды, питаясь лишь магией. Она, конечно, давала силы, но не избавляла от бурчания пустого желудка…
На полу было холодно. А огромное тело дарга оказалось приятно горячим. Поколебавшись, я пересела к нему поближе. Это лучше, чем глупо мерзнуть. Тем более он ничего не узнает.
Прижалась спиной к его боку и блаженно сощурилась, когда драконье тепло начало меня обволакивать. А потом с досадой проворчала:
– Ты был прав, генерал. Ведьмам нельзя верить, мы очень коварные, но твоя мать, похоже, превзошла нас всех по коварству. Кто бы подумал, что главный гонитель ведьм – сам сын ведьмы?
Я покачала головой, не в силах осмыслить эти слова. Но теперь мне было понятно, что случилось со вторым глазом д’Рейтарра и откуда у него эти приступы бешенства.
Он полукровка! Смесок!
Только от человеческих женщин не рождаются смески, их кровь слишком слаба, чтобы хоть как-то разбавить драконью. Значит, он сын дарга и ведьмы. Черной ведьмы!
– Никто в мире не придумал бы для своего ребенка более жестокой пытки, чем твоя мать, – подытожила я, глядя на него с жалостью. – Бедняга. Вы с Элестой должны сказать мне спасибо…
Нет, это никуда не годится. Сбоку жар, снизу холод.
Я поерзала немного, пытаясь устроиться поудобнее, потом махнула рукой на приличия и забралась на полудракона. В конце концов, чего мне стесняться? Он же спит и ничего не почувствует.
Так в самом деле стало уютнее. Теперь жар шел снизу, я словно лежала на большой живой грелке. Даже немного расслабилась и почувствовала, как наваливается сонливость. Все же последние ночи спать мне не довелось…
Снаружи продолжался гвалт. Элеста что-то кричала, стражники колотили в дверь, но звуки доносились глухо, будто из-под воды.
Я сама не заметила, как расслабилась, распласталась звездочкой на груди дарга. Оплела его руками и ногами и сладко зевнула.
Под моей щекой билось большое драконье сердце. Стук был ровным, но учащенным, как у спящего зверя. Ребра поднимались и опускались, чешуя слегка царапала мою кожу.
Я осторожно провела по драконьей груди, чувствуя пальцами острые грани чешуек. От дарга шел жар, который окутывал меня будто пуховое одеяло.
  
Подняв голову, посмотрела ему в лицо.
Удивительно, но ни клыки, ни полузвериная морда, ни шрамы, ни лишенный века, незрячий сейчас алый глаз не вызвали у меня отторжения. Может, потому, что он весь был в моей власти?
Эта мысль заставила меня фыркнуть.