Жемчуг в золоте (СИ)

А, неважно! Вкусно!
Вместе с едой было предложено ещё и тонкое лёгкое вино, как раз на женский вкус. От него в теле и мыслях стало как-то легче и приятнее. Лалли всё это время ела неторопливо, чинно и донельзя прилично, в отличие от нас, так и не сумевших обуздать свои порывы. Наверное, именно так и следят за фигурой!
— Скажите, Ди-Ди, это всё наловили и доставили сюда ваши соплеменники, да? — спросила она, обратившись к шидро.
Раздался общий укоризненный вздох. Лалли и бровью не повела, как и Эби-Ши.
— Это плоды местных вод, — спокойно ответила Эби-Ши. — Шидро живут далеко на востоке. Если берётесь оскорблять, то делайте это хотя бы по делу, чтобы не выглядеть так глупо, как сейчас.
Я заметила, что она не притрагивалась к морепродуктам и налегала на мясо и яйца. Да, я бы на её месте тоже, скорее всего, воротила от них нос, если ничего больше в жизни не видела.
Лалли развела руками.
— Ну, у меня не было нужды разбираться, что и где ловят. Обо мне позаботились достаточно, чтобы ненужные знания не обременяли существование. Поэтому простите мне мою неосведомлённость. Буду знать. Я вовсе не хотела вас оскорбить.
От вина её красивое лицо разрумянилось, а язык исторгал такие речи, что и до ссоры недалеко.
— А давайте всё-таки познакомимся! — вновь выступила в качестве миротворца рыжая девушка. — Меня зовут...
— Аяри, — громко закончила за неё Лалли.
Рыжая осеклась, будто её головой окунули в ведро с водой.
— Аяри, Ди-Ди, Маури, Накки, Оринни, Мэрви…и Лалли, к вашим услугам. Скромно замечу, что у меня хорошая память на имена, и я вас всех запомнила, когда нашла время пройтись мимо дверей ваших комнат, хи-хи.
— Не запомнили, — равнодушно откликнулась шидро.
Лалли сморщила лоб в притворном сожалении.
— Вот на имена шидро у меня очень плохая память. Они все слишком странные, чтобы так легко их запомнить.
— Эби-Ши. Память лучше тренировать. Пригодится в состязаниях, — всё так же хладнокровно заметила сизоволосая.
— Хорошо, Ди-Ди, я учту. Спасибо за совет, — лязгнула зубами Лалли и, беспардонно перешагивая через чужие колени и наступая на ноги, вышла из-за стола, провожаемая недовольством и шипением.
— Ведите уже себя нормально, Лалли! — гневно крикнула ей вслед похожая на парня Накки.
Та лишь фыркнула, не оборачиваясь, и ушла в свою комнату.
— Не ведитесь. Это типичный провокатор, — помахала рукой Эби-Ши и кивнула на стол. — У нас вон сладости появились. Это куда приятнее Лалли!
Медовые пирожные таяли во рту.
Должно быть, Лалли из тех, чьи отцы совсем недавно добились высоких званий и связанных с ними привилегий. Таких отпрысков видно сразу. Они слишком заносчивы, высокомерны и не знают ещё, как правильно себя поставить, чтобы соответствовать новому, не ими добытому статусу.
А есть ещё такие, как я. Носители древнего имени, без денег, положения и влияния, но с парочкой тщательно оберегаемых фамильных реликвий.
Это нормально. Кто-то начинает сиять, когда приходит его час. Кто-то угасает и растворяется в потоке времени. Многие фамилии, знаменитые в древности, ныне остались лишь в хрониках.
А есть те, кто возрождается после многих лет забвения…
Лалли ушла, но настроение всем испортила знатно. Даже миндальные конфеты и засахаренные лепестки роз справлялись плохо, и все сидели хмурые и недовольные.
— Давайте говорим!
Гневно звякнула десертная вилка о блюдце. Рыжая Аяри глубоко вдохнула, резко выдохнула и широко улыбнулась.
— Пока эта… ушла, давайте всё же закончим наше знакомство! Меня зовут Аяри Утренняя Дымка, мне девятнадцать лет, и я с юга, с острова Поющих Скал. Моя семья торгует раковинами тану, и я умею из них мастерить поделки. Особенно красиво получаются птицы! У меня, кстати, есть для вас подарки, сама делала! Но они в комнате, подарю позже. Я не замужем. Меня хотели выдать замуж против воли, и когда пришло приглашение на отбор, я решила, что его высочество будет лучше той партии, что мне навязывали…
Аяри смущённо замолкла, а мы подавили смешки. Вот уж точно, его высочество будет лучше любого жениха на всей Миддуне.
 
— Да, я, наверное, некоторым из вас и в подмётки не гожусь по происхождению, но ведь отбор уравнивает, да? — нерешительно, но со скрытым вызовом сказала она.
Мы все перебросились быстрыми взглядами. И в самом деле, кто здесь кто?
— Не волнуйся, — ответила я. — Мне лично всё равно. Меня зовут Маури Звёздная Пыль. Мне двадцать четыре.
Когда я представилась, все как-то разом затихли.
— Громкое имя, не так ли? По крайней мере, когда-то оно таким было. Звучало по всей Миддуне, да и на других Уровнях его тоже слышали. Но сейчас оно ничего не значит — лишь отблеск былого. Моя семья бедна, незначительна, и манеры у нас так себе. Я успела побывать замужем. Недолго. Мне не понравилось. Я была рада, когда выпуталась из этого всего. Самое бесполезное мероприятие во всей моей жизни.
— И как же ты выпуталась? — раздался насмешливый голос Лалли, и мы дружно скрипнули зубами. И как только подкралась?! — Твой муж выгнал тебя взашей? Из-за чего? Измена? Холодность в постели? Может, постоянные скандалы?
— Мой муж умер, — сладко протянула я, с наслаждением наблюдая, как исказилось прекрасное лицо Лалли.
— Кху… кху… кхе… — Лалли прижала к губам рукав. — В таком случае прости… вдовушка.
— Великолепное слово! — осклабилась я. — Оно греет душу. Вдовушка пришла сюда, чтобы вернуть хотя бы часть того уважения, которое заслуживает мой род.
«Или хотя бы принести домой деньги», — подумала я, но не озвучила.
На самом деле ложь. Точнее, полуправда. Впрочем, тут у всех есть свои тайны, я уверена.
На мои слова девушки ухмыльнулись. Да-да, подружки, посмотрим, кто кого!
— Ди-Ди, а расскажите теперь о себе! — изящно взмахнула рукой Лалли. — Мне так интересно, сколько пудов креветок вы выловили, с удовольствием послушаю!
— Меня зовут Эби-Ши, мне двадцать три, — начала шидро. — Бывшая ныряльщица. Сколько пудов улова пришлось на мою душу, я не считала, извини, Лалли. Почти вышла замуж два года назад, но моего мужчину утащила под воду сирена. Он стал демоном пресных вод, но долго не протянул. Я же выследила ту сирену и расправилась с ней.
Она вытащила из-под ворота кожаный шнурок, на котором болтался кусок… чего-то заключённого в стекло вместе с цветком морского одуванчика.
— Да, я прирезала эту тварь! Прирезала и вырвала её голосовую мембрану, чтобы больше не отнимала ничьих любимых, — будничным тоном продолжила Эби-Ши и спрятала трофей обратно под одежду. — И после этого решила жить дальше и не убиваться по жениху. Поэтому я здесь.
Мы подавленно молчали. Эта история всех потрясла. Даже Лалли придержала едкие замечания. Уверена, она теперь трижды подумает, прежде чем назвать её Ди-Ди.
Я сразу поняла, что эта сизоволосая не так проста. Я, конечно, ни разу не сталкивалась с шидро лично до сегодняшнего дня, но о них все отзывались как об ограниченных хмурых дикарях, всю жизнь проводящих в тяжёлом труде и не видящих в своей жизни ничего, кроме ловли ракушек. Эби-Ши явно была образована и подобающе воспитана, и её образ никак не вязался с тем, что я когда-либо слышала о шидро. Но если так, то почему она продолжала нырять, если могла этого не делать? Были обстоятельства, которые вынуждали её этим заниматься?
Голосовая мембрана… С ума сойти.
Даже мне стало не по себе.
— Как меня зовут, Лалли? — спросила вдруг Эби-Ши, когда та остановилась за её спиной.
Лалли остолбенела, но всё же растянула губы в усмешке. Так просто признаваться в том, что история с сиреной произвела на неё впечатление, она не желала. Да и я бы на её месте изо всех сил старалась сохранить лицо.
— Что-то на «-ши». Правильно?
— Уже неплохо. Но всё же постарайтесь лучше в следующий раз, договорились?
Лалли не ответила и скривилась не то в отвращении, не то в страхе.
Эби-Ши потеряла к ней интерес, а мы потеряли интерес к продолжению знакомства.