Как устроить личную жизнь (СИ)

Хорошо, что я сидела в позе эмбриона и прятала губы в коленях. Так ярко представила себе испуганного олененка Луидоса беспощадно отдающего приказ жестоко закормить воришку фигами до смерти, что беззвучно захихикала.
Однако преступник юмора не понял. Приняв угрозу за чистую монету, парень сразу начал "колоться" как переспевший орех, сдавая подельников и не забывая выгораживать себя.
— Это не я! — поерзав по траве и передернув плечами в попытке освободиться, закричал воришка. — Это все Рубиленис придумал! Он нашел записи своего прапрадеда, который в свое время пытался изучать эльфов и сказал, что мы сделаем открытие, отправившись на границу. И озолотимся. Мол, должна быть волшебная река, воды которой заставляют все плодоносить круглый год. Вот мы и приехали в эту глушь. Тут стена непроходимая, а он маг земли и картограф! Раскинул свой дар и обнаружил начало этой реки под самым носом. И тоннель он прокопал, всё он! Я просто на подхвате был! Просто помощник! А на меня дракон как налетит!
Выслушав полное признание, и периодически кривя губы в брезгливой гримасе, лорд Беледер достал из сумки блокнот и приступил к допросу по всем правилам — записывая подробности.
— Имя. Адрес. Гражданство. Сколько вас? Сколько вас всего человек, спрашиваю?
— Пятеро. Рубиленис экспедицию собирал, но в эту глушь только мы четверо ехать согласились. За деньги. Оплату хорошую обещал, говорил безопасно, а тут дракон!
Деньги деньгам рознь. Думать надо было головой, какой может стать расплата за воровство. Даже если бы нашу Ниму в Момыше кто-то решил завернуть в другое русло растерзали бы за наглость. А тут магическая река, от которой зависит благосостояние целой расы. Дурак костлявый.
Дальше история пошла по второму кругу, судя по фильмам, служители правопорядка любят молоть воду в ступе, задавая одни и те же вопросы по пятнадцать раз. Это прием у них такой чтобы врунишки в показаниях путались и, в конце концов, выдавали правду. Я потрясла головой стряхивая чувство гадливости, появившееся от легкости с какой сдает дружков лупоглазый воришка, спасая свою шкуру. Ни разу не партизан. Муся бы высказалась по этому поводу.
Кстати! Где. Моя. Муся.
Вспомнила о подруге и заволновалась. Что-то долго не возвращается, не случилось ли чего. Краем глаза любуясь точеным профилем лорда Беледера, сплела заклинание сотворяя из влаги с листьев и воздуха тучку. Затем слепила из нее огромный вопросительный знак и отправила его за границу. В Калпанию. Муся увидит и сразу поймет без лишних слов, что о ней переживают, и пора бы вернуться.
Сделав дело, я задумалась, вспоминая в подробностях начало разговора с Майораном. Он ведь хотел мне что-то важное сказать, да? Появление преступника помешало, эх… А ведь "девушка, которая раньше на меня не смотрела"… Неужели это я? "Самая замечательная магесса"… Я? А кто же еще? Ох, неужели в любви хотел признаться? А что? Обстановка самая подходящая — граница двух государств, место, в котором мы больше никогда не окажемся. Очень романтично.
У, гадский ворюга, прилетел как не вовремя!
Мои размышления снова прервали крики. На этот раз Милкос притащил сразу двоих, держа в каждой лапе по человеку и не особо тревожась за целостность груза. Мужики испугано орали, цепляя ногами еловые лапы, и особенно громко завизжали в коротком полете, когда страшный ящер, резко снизившись, разжал когти. Дракон, избавившись от ноши, чиркнул крыльями по веткам, развернулся и умчался в обратном направлении. Скорей всего прочесывать лес дальше. И верно, ведь лупоглазый говорил, что преступников пятеро.
Майоран слегка присел, чтобы не задело пролетающей над головой тушей и без лишних слов запульнул в вновь прибывших фирменным сковывающим заклинанием. И, по-моему, даже кляпы намагичил, потому что преступники замычали, а герцог продолжил допрашивать первого легĸо сдающего подельниĸов парня. Ну и правильно. Зачем нервы трепать, если уже есть готовый информатор.
Я подумала, что на полянке сĸоро будет тесно от преступников. Значит, нечего печалиться — для признания в любви лучше найти более романтичное место и время. А то бы Майчик объяснился и на пиĸе душевного подъема, а может даже в момент поцелуя с неба посыпались бы негодяи. Ну, уж нет. Сначала выловим нехороших людей, а потом можно продолжить разговор. Ведь если Майоран хотел сĸазать что-то важное, то обязательно повторит попытĸу. Ведь так? Буду жить с надеждой в сердце. И где же Муся?
 
Через несколько минут Милĸос притащил ещё двоих и снова улетел за границу. В это раз я опешила — куда рванул? Их же пятеро всего. Сидят, мычат и только один заливается соловьем, выторговывая послабления.
— Γосподин начальниĸ, вы же учтёте, что я пошел на добровольное сотрудничество? Я все рассказал. Я не виноват! Вы же это учтёте?
— Я? — вздернув брови, наиграно удивился Беледер и продемонстрировал улыбку довольного ĸроĸодила. — О чем ты? Я здесь вообще ни при чем. Пострадали эльфы, а вашу судьбу решат драконы. Суд вершить будут они.
— Но вы же записывали… Протокол вели…
Лорд Беледер восхищенно поцокал языком.
— Какие слова знаешь. Видать знаком с правосудием не понаслышке, — герцог усмехнулся, пряча блокнот в сумку, и объяснил: — Записывал для себя. Чисто профессиональный интерес чтобы в курсе быть. Вдруг ты и в Тарию незаконно проникнешь, а у меня на тебя все ориентиры. Всё, тихо сиди, а то получишь кляп!
Рявкнул на парня от чего тот вжал голову в плечи и, довольно улыбаясь, видимо от хорошо проделанной любимой работы, направился ко мне.
— Скучаешь, Апрелия?
— Мусю жду. Что-то долго ее нет, — мне его работа не очень нравилась, но как бы мы еще узнали о мотивах воришек? Как говорится, мамы разные нужны, мамы всякие важны. Ой, это кажется, всплыл в памяти стишок о пользе профессий. Там ребятам делать было нечего, и они стали выяснять, чьи родители важней для общества. Сергей Михалков написал… кажется, лет восемьдесят назад. Вот это я до сих пор помню! Просто поражаюсь, как перекрутился мой мозг в момент перемещения. Даже портрет писателя пред глазами стоит, а собственное настоящее имя забылось напрочь.
— Не волнуйся. Ты же ей знак подала, — мужчина заговорщически подмигнул и присел рядом. — Скоро вернется.
Какой внимательный ничего не упустил, заметил мою тучку-вопрос. Качнула головой и со вздохом призналась:
— Всегда переживаю, когда она надолго отлучается. Мне кажется, она и дракона к своим птицам причислила. Смешно когда такая малявка опекает здоровяка.
— Ну, правильно — тоже крылатый и летает, — усмехнулся Майоран и указал подбородком на темно-зеленую кляксу, мелькающую вдали над верхушками деревьев. — Милкос возвращается, думаю и Муся с ним. Вернее, на нем. Я заметил, что она хоть и птица, но передвигаться любит на каком-нибудь транспорте. На плече, на коне, а тут целый дракон.
— Видел бы ты, как она на орле гоняла, — рассмеялась я. — Клёка мощный, гордый, неприступный, но все ее приказы охотно выполнял. Так и остался не в курсе, что он теперь не король гор, а всего лишь зам королевишны нашей.
Майоран от души расхохотался и размечтался вслух, как обязательно напросится к драконам в гости. Надо же посмотреть, что мы там настроили и познакомиться с замом синицы.
Клякса быстро приблизилась и действительно оказалась драконом. Ну а кем бы ей еще быть? Дракон опустился на траву и принял вторую ипостась. За секунду до превращения с него слетела пернатая подруга и помчалась ко мне, радостно вереща на лету:
— Всех догнали! Всех повязали!
— Почему так долго? — я спросила строго, но поймав свою крошку в ладонь, поцеловала в клювик. — Я же волновалась и облачко отправила.
— Видела! Думаю, Апри знаки подает… вопросительные. А мне некогда! Эти ж как тараканы разбежались, но разве в лесу спрячешься от птиц? Мои ребята вволю наигрались в пастухов с овечками. Такие загонялки устроили! Куда не беги везде догонят.
— А за кем он третий раз улетел? Неужели за тобой?