Диверсант Назад в СССР (СИ)

Посветив фонариком по сторонам, я увидел, что на старых деревянных полках лежат длинные ящики, сделанные из досок. Открыв один из них, я нашел там винтовку Мосина в масле, и, по всей видимости, масло было свежим, потому что за сорок лет после войны масло бы почти полностью высохло, а значит, полковник Зверев, когда проверял этот схрон, смазывал винтовку специальной смазкой для длительного хранения. Я снял винтовку с предохранителя и открыл затвор. Опаньки! А затвор-то совсем непростой, ручка затвора загнута вниз, так было сделано на снайперских винтовках, для того чтобы можно было устанавливать прицел. Классная штука, винтовка Мосина просто сливается с твоими руками, по своей простоте и совершенству она сродни автомату Калашникова. Я положил винтовку обратно в ящик, как бы мне ни было жалко, но винтовка слишком заметное оружие, и прятать мне его негде.
  
Посмотрим, что тут ещё есть полезного для меня. Открыв другой ящик, я нашел завернутый в бумагу и перемазанный смазкой пистолет «Наган». Обалдеть! Вот это находка! Я вытер с пистолета масло и повертел в руках. На пистолете стояла дата 1931 год. Раритет! Я обратил внимание на какие-то бороздки и небольшие странные выпирающие элементы на конце ствола и сразу понял, для чего они. Это специальные пазы для того, чтобы на ствол крепить глушитель! Я не мог поверить своим глазам и начал открывать небольшие ящички, которые стояли рядом. В одном я нашел два прицела от снайперской винтовки Мосина, а когда открыл еще один маленький ящик, я нашел там глушители советского образца «БраМит». Эти глушители так назывались в честь их изобретателей братьев Митиных, Ивана и Василия. Этот глушитель был лучшим в свое время и долго служил во время войны разведчикам и партизанам. Хотя его создателей, братьев Митиных, арестовали за контрреволюционную деятельность. Василия расстреляли, а Иван умер в тюрьме. Наша страна во все времена ценила своих изобретателей. Глушители, которые я нашел, тоже были в смазке, а значит, скорее всего, были в рабочем состоянии, ну или, по крайней мере, на десяток бесшумных выстрелов их должно хватить.
Открыв другие ящики, я нашел с десяток «Шмайсеров» тоже в масле и цинки с патронами к ним. В таких условиях патроны могут храниться минимум пятьдесят лет без потери качества, а значит, они еще абсолютно боеспособны. В самом низу на нижней полке стояли ящики с гранатами и запалами для них. Гранаты были советского производства, что неудивительно, немцам в начале войны иногда удавалось захватывать советские склады с оружием, которые не успели вывести или взорвать. Я нашел ящик с тротиловыми шашками. Бикфордовы шнуры, запаянные в цинковые банки.
И так, что я с собой возьму? Конечно, если бы я был на войне, я бы взял снайперскую винтовку в добавок к автомату СП-38, прозванному в народе «Шмайсер», и еще кучу всего. Но я сейчас нахожусь в мирное время, в конце восьмидесятых в СССР, и хотя уже скоро вспыхнет Нагорный Карабах и начнутся волнения в союзных республиках, но сейчас на большей территории СССР пока всё спокойно, и если кто-то заметит, что у меня боевое оружие, то на меня будут охотиться все спецслужбы Волгоградской области. Поэтому я возьму только «Наган» с парой глушителей и гранаты, подумав немного, я прихватил с собой ещё, четыре гранаты, пять двухсотграммовых тротиловых шашек и запалы к ним.
А куда мне это всё спрятать? Можно, конечно, просто засунуть это всё под сидение, места мой скромный арсенал займёт немного, но я всё-таки решил заморочиться, разобрал запасное колесо и аккуратно уложил внутрь всё оружие так, чтобы оно прилегало к диску, а потом ножным насосом накачал колесо. Колесо я положил в багажник. В принципе, если не знать, что находится внутри запаски, то содержимое багажника никаких подозрений у гаишника не вызовет. Я завел машину и поехал обратно, я без происшествий проехал мимо трех поселков, выехал на трасу и набрав скорость поехал в сторону Уфы.
На этот раз я добрался до Уфы без происшествий, слава богу, за мной никто не следил и не собирался на меня нападать, вот только что-то подсказывало, что проблемы-то меня ждут как раз по тому адресу, куда я должен пригнать машину. С одной стороны, я могу отогнать в эту чертову машину и забрать у них Олесю, по крайней мере, так мне обещали. И у меня будет еще время, чтобы подготовиться и предотвратить катастрофу, так как я окажусь рядом и взял с собой все для того, чтобы переночевать в лесу, теперь у меня имеется оружие, и я могу всё это спрятать в лесу, а потом вернуться за ним.
Вот что-то только мне подсказывает, что не так просто меня решили заманить в эту глушь. И тем более не спроста просили не говорить об этом Когану, а с другой стороны, если всё пройдёт гладко, я могу просто забрать Олесю, отправить её куда-нибудь подальше, например, просто посадив её на поезд. У меня ещё будут целые сутки на то, чтобы выполнить свое задание.
Дорогу я прекрасно помнил и старался объехать все посты ГАИ, от греха подальше. Объехав Уфу, я проехал дальше по трассе, и когда до городка Аши оставались километров пятнадцать, судя по карте, я свернул на проселочную дорогу, которую обнаружил, ещё когда был тут в первый раз. Заехав подальше в лес, вытащил из машины всё, что брал с собой, для того чтобы предотвратить теракт. Взяв свой тяжелый рюкзак и спальный мешок, я потащил его в лес, и взял с собой сапёрную лопату. Мне пришлось немало потрудиться, чтобы выкопать приличную яму, а потом ещё около часа потратить, чтобы аккуратно закопать свои вещи и хорошенько замаскировать это место. Вернувшись, я сел в машину и выехал на трассу. И поехал в сторону дачного поселка. Долго поплутав по дачному посёлку, я наконец-то нашел большой деревянный двухэтажный дом.
Дача была обнесена высоким деревянным забором высотой больше трех метров. Я подъехал к массивным воротам и посигналил. Минут через пять двери открылись, и ко мне вальяжно вышел здоровый мужик под два метра ростом. Узнать его было нетрудно, это был тот же самый амбал, который меня встречал в санатории. Видать, нравится мужику на воротах стоять. Он молча посмотрел на меня, потом не торопясь открыл ворота, показав рукой, чтобы я заезжал внутрь. Я заехал в просторный заасфальтированный двор, заглушил машину и вышел из неё. Амбал тем временем закрыл ворота и пошел рядом со мной по направлению к дому. Навстречу ко мне вышел сам Пётр Сергеевич.
— Привет, Серёжа! Как доехал? — он приветливо помахал мне рукой. Два парня в трико и спортивных майках вышли вместе с ним. Оба парня были довольно накачанными и, судя по их массивным шеям, скорее всего, были профессиональными борцами.
— Здравствуйте! А где Олеся? — спросил я, глядя на него.
— Позже увидитесь, а пока пошли с нами! — он махнул рукой и, повернувшись, направился по бетонной дорожке вдоль стены за дом. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. За домом я увидел импровизированное татами, на котором два здоровых парня с голым торсом дрались друг с другом в боксерских перчатках. Рядом стояли ещё семеро таких же накаченных молодых парней, и с интересом смотрели на меня. Некоторых из них я видел в санатории когда пригнал машину в прошлый раз.
— Слушай, Серёжа,ты пойми нас, времена сейчас непростые, — сказал Пётр Сергеевич,. — У тебя случайно нет оружия? Пусть мои ребята проверят. Это просто формальная процедура.
Два спортсмена подошли ко мне и быстро обыскали.
— Слушай, Серега, а ты не против показать мастер-класс моим парням на татами или у тебя ножки затекли по дороге? — спросил с сарказмом Петр Сергеевич, его подручные парни-качки заржали, и один, самый здоровый из них, толкнул меня в грудь, и я почти упал, еле успев среагировать и не потерять равновесие от неожиданности. Тело моё действительно не совсем хорошо слушалось, потому что долго пришлось ехать и я практически не спал сутки. Ещё один из этих амбалов, который стоял сбоку, начал атаковать меня ногой в голову. Я увернулся, а он пытался провести подсечку.
  
Дела мои были плохи, я попал в ловушку, как последний дурак. Увернувшись от ударов этого парня, я резко подскочил к нему и ударил его кулаком чуть ниже правой грудной мышцы. Парадоксально, но чем сильнее у мужика развита мускулатура, тем проще попасть кулаком в нужную точку, когда проводишь такой удар. Вот и этот амбал упал на задницу, как подкошенный.