Н 8 (СИ)

— Дуарх! — выкрикнул Никита и добавил еще парочку слов, звучащих для ушей Сребренки как настоящая абракадабра.
Девушке показалось, что она окунулась в зимнюю пургу. Холодный ветер взметнул пыль с пола, стен и потолков, постепенно материализуясь клубящейся фигурой. Ее голова уперлась в потолочное перекрытие, и гулкий голос сотряс помещение:
— Хозяин! Пора бы найти другое место! Мне нужно пространство!
— Ой! — пискнула Сребренка и неосознанно прижалась к Никите, словно увидела в нем защиту. Она даже не предполагала, насколько подавляюще действует инфернальная тварь на человеческую энергетику. Страх, неуверенность и жуткая, давящая на плечи сила магии, выпивающая жизненные токи.
Никита крепко сжал девушку в объятиях, чувствуя, как ее аура начинает тускнеть, а сама она судорожно стала глотать воздух.
— Шевелись, слуга! — рявкнул волхв, раздосадованный ненужной болтовней Дуарха. — Девушке плохо!
Он не ожидал, что Сребренка окажется настолько чувствительной к инфернальной магии. Ведь неодаренные не замечают водяных, леших, домовых и прочую энергетическую субстанцию, живущую бок о бок с человеком. Вернее, на них воздействие подобной энергетики весьма слабо. А тут непонятная реакция. Может, девушка неинициированная? Бывали такие случаи, что простолюдин, доживший до двадцати, а то и до тридцати, мог внезапно ощутить в себе необычную перемену. Он начинал видеть аурные потоки, создавать слабенькие плетения, воздействовать на организм — можно представить, какой шок испытывал человек, и что мог натворить.
— Доверься мне и ничего не делай! — успел сказать Никита обмякшей Сребренке, и в тот же миг невероятная сила увлекла его в бездонный колодец, наполненный ледяным воздухом. Всего лишь два удара сердца — и он стоит посредине какого-то двора, окруженного солидной кирпичной стеной, с хозяйственными постройками и испуганными людьми в простой рабочей одежде.
Кто-то ахнул, узнав в объятиях странного человека в кожаном плаще Сребренку, настолько бледную, словно потерявшую огромное количество крови. Никита осторожно разжал руки; девушка покачнулась, но тут же показала жестом, что не нужно ее излишне опекать.
— Господарика Сребренка! — кинулась к ней дородная баба.
— Стоять! — повысил голос Никита. Он с досадой сообразил, что эти люди не поймут русского языка. Но хотя бы эмоциональный посыл дойдет до них. — Кто здесь старший? Девушку напоить горячим сладким чаем и уложить под теплое одеяло!
— Я, — выступил вперед худой высокорослый мужчина почтенного возраста. — Знам руски! Учиню как треба!
Через полчаса Сребренка, укутанная в теплый плед, пришла в себя. Известие о том, что отец и братья так и не вернулись домой, потрясло девушку, и Никите пришлось воздействовать на ее взбунтовавшуюся ауру. С трудом успокоив Сребренку и оставив приглядывать за ней ту самую дородную тетку, он вышел на улицу. Андро, как звали пожилого работника, кое-что смог пояснить. После отъезда господина Станко с детьми в Яблоничи прошло полтора месяца. Некоторое время назад в Черно Място прибыло княжеское спецподразделение егерей, участвовавших в ликвидации наемнической банды. Говорили, что несколько горных деревень оказались уничтоженными, а жители их или погибли, или были уведены в полон остатками банды за кордон. Яблоничи сгорели наполовину, много людей побито.
Тела двух сыновей господина Станко Милича и его работника привезли в город и похоронили на местном кладбище. Что до самого Станко и его других детей — никто не знал, куда они пропали. Может, в заложниках сейчас. Может — погибли и гниют в каком-нибудь ущелье. Потому появление Сребренки вызвало шок. Ее ведь тоже считали погибшей. Никита попросил Андро пока ничего городским властям не сообщать. Иначе набегут сюда чиновники и полиция, а ему нужно кое-что сделать без их надзора. И поговорить со своими подчиненными, чтобы молчали.
— Разумею, господин, — кивнул Андро, жамкая в руках потертую кепку. — Надо будет, сам зашью рты болтунам.
Никита ободряюще похлопал работника по плечу и вернулся к Сребренке.
 
— Мне нужны вещи твоих братьев и отца, — сказал он, присаживаясь рядом с девушкой. — Постараюсь отыскать их следы по аурным слепкам.
— Они все погибли, — бесцветным голосом ответила девушка, еще больше кутаясь в плед. — Все… Я чувствую это. Мне Роман ничего не сказал, когда спускался до стоянки. Он видел их мертвыми, но не пустил меня к ним.
— Сребренка, — взял ее за плечи Никита. — Поищи, пожалуйста, вещи твоих родных. Пока я здесь, попробую отыскать их по аурам. Мне по силам, поверь. Дуарх проложил «тропу» до Яблоничей, и я наведаюсь туда сейчас же. Ну же, Сребренка! Сейчас не время скорбеть!
— Да, конечно, — девушка с трудом встала и вышла из гостиной. Пока она отыскивала необходимые вещи, Никита попросил тетку Росану — ту самую дородную женщину — сделать ему сладкий чай. А сам напряженно раздумывал, успеет ли он за сегодняшний день выяснить судьбу родственников девушки. Он, фактически, нарушал приказ Великого князя не вмешиваться в события, происходящие на приграничных территориях Далмации и Сербии. Нужно было разузнать о природе происхождения «искр демонов», и сразу же домой. Аналитики сами разберутся в исходном материале и вычислят приоритетные направления поисков. Но для Никиты, чья натура требовала движения к неизведанному, было бы обидно упустить шанс выйти на последователей «чаровняка». А то, что они существуют — мысль эта давно сидела в голове.
Вук? Нет, этот отшельник сам признался, что больше боевой маг, чем артефактор. Никита опустил руку в карман плаща и погладил фигурку медведя, ощущая покалывание в кончиках чутких пальцев. Магия давала о себе знать, предупреждала о последствиях необдуманных поступков.
«Если Семерецкий не сможет уломать своих старичков-секретарей, у меня есть личный артефакт, — удовлетворенно подумал Никита. — А не испытать ли мне действие «искры» здесь, на Балканах? В горах безлюдно, опасность минимальная. Еще бы понять, зачем Дуарху «питаться» энергией амулета?»
Сребренка, наконец, собрала необходимые для поиска вещи. Она сложила их в небольшую коробочку и передала ее Никите. Притихшая, села рядом с волхвом и сложила руки на коленях.
— Лучше бы я с ними осталась, — сказала она. — Была семья — а теперь одна. Может, ты мне скажешь, как дальше жить?
— Скажу, когда вернусь, — Никита решил, что время тянуть не стоит. Условия Великого князя были такие, что каждая минута казалась драгоценной каплей, падающей в сухой песок. Да и не хотелось говорить банальности. Привыкший действовать, Никита старался избегать слов утешений, когда требуется сильная встряска. — Все, мне пора. Как бы лучше улизнуть с подворья?
— Да выйди на улицу и вызови свою тварь, — шмыгнула носом Сребренка. — Все равно работники уже видели, как мы появились здесь. А я строго накажу им держать язык за зубами.
Тем не менее девушка вышла вместе с ним во двор и бесстрастно смотрела на манипуляции русского, когда тот вызывал демона. Со стороны это действие выглядело еще внушительнее. Широкая воронка с непроницаемой антрацитовой пеленой дыма заволокла Никиту, рассыпая вокруг себя блестящие кристаллики льда. Она могла поклясться, что видела мощные руки твари, обхватившие человека. А затем гулкий хлопок ударил по ушам, лицо опахнуло холодным воздухом, пахнущим серой и еще какой-то едкой гадостью.
Поежившись, Сребренка строго посмотрела на застывшего возле коровника работника с вилами, и раздраженным жестом показала ему, что нужно заниматься делом, а не таращить глаза туда, куда не следует. Ситуацию исправил Андро. Подойдя сзади, он наградил парня подзатыльником и сказал что-то резкое. Девушка улыбнулась, а Андро приложил руку к сердцу, едва заметно поклонившись.
 
[1] Сириус
[2] Кнез — Великий князь Сербии; властели, боляре (бояре) — высшая знать средневековой Сербии
  
Глава 9
 
Петербург