Н 8 (СИ)

— В таком случае действуйте, господин старший лейтенант, — дал добро Муромцев. — Я не отвечаю за передвижение гражданских лиц, не подчиняющихся мне. Пусть Белград сам думает. А пока он вязнет в бюрократическом болоте, вы доставите девушку домой. Только прошу об одном: не засветитесь перед хорватами. И не пытайтесь помочь больше положенного. Нам не нужны скандалы. У вас официально иной приказ.
— Так точно, господин полковник, — подтвердил Никита и вытянулся. — Разрешите навестить девушку?
— Да, конечно. Действуйте, господа офицеры….
****
Никита внимательно осмотрел маячок, что всегда делал перед прыжком, и не нашел каких-либо повреждений или проникновения чуждой магической техники в начинку цилиндра. Оржевский уверил его в надежности аппаратуры. Он самолично подбирал бойцов, не сующих нос, куда запрещено. И контролировал их с особых вниманием.
Теперь нужно «заякорить» портал, и в этом состояла вся сложность переноса. После разговора со Сребренкой Никита решил действовать в ином ключе. Ведь есть человек, который может дать дельный совет или помочь. Вот только остался ли он на своем старом месте после того, что натворил русский волхв в его симпатичной долине?
Усмехнувшись, Никита закончил прощупывать цилиндр и вызвал Дуарха. Пояснил, куда ему нужно. Демон завертел свою ледяную круговерть, от которой стены подвала покрылись изморозью. Инфернальная воронка схлопнулась, подняв тучи пыли.
Маг-отшельник сидел возле костра и подкладывал в него мелко наколотые чурбачки. Чувствительный хлопок, ударивший по барабанным перепонкам, заставил его поморщиться. Поворачиваться он не стал, и так догадываясь, кого принесло в гости.
— День добрый, — вежливо произнес Никита, подходя к костру. Ногой подкатил поближе к себе бревнышко и уселся на него, подоткнув плащ. — Хотел с вами поговорить.
— Долго шел, — поднял голову чародей. Говорил он по-русски неплохо; практика, видимо, у него была достаточной, чтобы общаться на бытовом уровне.
Взгляды мужчин встретились. С той встречи хозяин хижины нисколько не изменился. На нем все так же была куртка с меховой опушкой. На смугловатом худощавом лице короткая бородка и густые усы, за которыми чародей прятал истинный возраст.
С вершин близких гор подул прохладный ветер, уже напоенный ароматом весенних трав. Даже не поежившись, отшельник склонился над костром и подкормил его свежей порцией дров.
— Хочу извиниться за разрушения, — кивнул Никита на мешанину валунов, земли и обломков деревьев, заваливших часть озерка. — Не думал, что придется применить силу такого масштаба.
— Не страшно, — отмахнулся чародей. — Я уже начал наводить порядок. Потихоньку, чтобы воздух зря магией не сотрясать. Меня Вуком зовут.
— Никита, — откликнулся волхв.
Руку Вук не подал, продолжая неподвижно сидеть на колоде.
— Демон, которого ты вызвал, подчиняется тебе? — отшельник подкинул еще пару чурбачков в огонь, хотя вода в котелке уже начала закипать. — Очень сильная тварь. Где взял?
— Переманил к себе лучшими условиями, — усмехнулся Никита. — Давно служит.
— Он уничтожил тварь из артефакта Душана, — неожиданно произнес Вук. — Силен твой слуга.
— Кто такой Душан? — разговор стал забавлять Никиту.
— Наша балканская легенда, — в голосе мага проскользнули уважительные нотки, а вот губы почему-то скривились. — Жил триста лет назад. Умел вызывать демонов и прятать их в разные предметы.
— Я слышал об этом. Зачем он творил подобные вещи?
— Злость, ненависть, желание возвыситься над другими, абсолютная власть над магией нижнего мира, тщеславие, месть, — Вук пожал плечами. — Выбирай по вкусу. Не ошибешься. Неординарный был человек. Простолюдины его обожали, кнез, властели и боляре[2] опасались, как бы не подкинул к ним одну из своих демонических бомб.
— А мотив?
— Мотив? — Вук вытащил из кармана смятую бумажную пачку навроде махорочной и высыпал на заскорузлую ладонь горсть чая. Бросил ее в котелок, и выждав, когда взвар поднимется буро-коричневой пеной и прилипнет к краям посудины, снял с огня. Аккуратно поставил на землю недалеко от костра допревать. — Душан был одним из них, но пошел против кнеза-господаря по каким-то причинам. Не знаю, почему он отверг власть. Душан был уверен: за свои дела пострадает только он. А вышло все иначе. Кнез Боримир казнил всю его семью вместе с младшей ветвью. Душан владел огромной Силой. В этом и была, по моему разумению, истинная причина гонения на «чаровняка». Он здраво оценивал свои возможности. Перед ним был выбор: склонить голову перед властью или уничтожить в огне своих врагов. Ты должен понимать, Никита, что всемогущество застилает глаза пеленой вседозволенности. И Душан решил разобраться в своих чувствах и желаниях. Ушел в горы отшельником. А через несколько лет замки тех, кто был причастен к гибели его семьи, стали рушиться от непонятных взрывов. Демонические силы вершили суд по прихоти своего хозяина. Соблазны победили Душана.
 
Вук помолчал, уперев взгляд в пламя огня. Потом сказал совершенно иное:
— Сейчас в горах неспокойно. Ко мне в долину спускались какие-то люди, говорящие на иностранных языках. Даже русская разведка была. Все допытывались, знаю ли я что-то о древних горных монастырях.
— Зачем им монастыри?
— Думают, что в одном из них жил Душан и оставил после себя целый подвал, набитый артефактами, — отшельник вдруг улыбнулся и Никита увидел перед собой немолодого уже человека с уставшими глазами. — Глупцы. Бегают за призраком.
— А когда были русские? Я не про дипломатов…
— Незадолго перед тем, как ко мне пришел светлый князь со своими людьми. Тоже такие же безумцы. Искать надо не монастыри, а следы людей, разносивших предметы с «искрой» по всем Балканам.
Вук с некоторой долей хитринки поглядел на гостя.
— Но ты же не за этим сюда пришел?
— Помнишь девушку, которая пряталась у тебя с русским офицером? — Никита кивнул с благодарностью, принимая из рук коллеги горячую кружку с чаем, пахнувшим земляникой и смородиной.
— У него не хватало пальцев на левой руке, — кивнул Вук. — Девушка — хорватка. Я спас их обоих от турок и привел к себе. Ты ее ищешь? Русские увезли ее с собой на винтокрылах.
— Девушку я нашел, — сделав осторожный глоток, ответил волхв. — Я хочу отправить ее домой. Она потеряла братьев и отца. Ты знаешь Черно Място?
— Бывал там, — кивнул мужчина. — Давно. Может, и эту девочку видел. Я знаю историю, приключившуюся с ней.
— Мне нужна твоя помощь. Необходимо поставить маячок в Черно Място, чтобы он опознавался через астрал. Если ты там бывал, должна быть привязка. У меня есть кровь того офицера, но я не уверен, что она поможет. Есть также амулет отслеживания, который ему вживили в ногу.
Никита достал плоскую миниатюрную пластинку из природного кварца и подал Вуку. Маг повертел амулет, даже понюхал его, закрыв глаза. Неуверенно покачал головой.
— Я не хожу Вратами, русак. Только ногами, — он похлопал себя по бедрам. — Амулет тебе не поможет. Где его носитель? В Россию уехал? Вздумаешь наводить по нему — в России и окажешься. Нет смысла и в крови. Сейчас она слабый помощник. Сигнал будет «плавать» в астрале, ошибешься с наводкой.
Амулет полетел в сторону Никиты через костер. Волхв поймал его и спрятал в карман.
— Сами идите, ногами своими. Ты сильный чародей. Справишься в одиночку со всеми чужаками.
— У меня нет времени.
— Зачем тогда обещал помощь девушке? Используй своего демона, — усмехнулся Вук, — если желаешь сунуть руку в гнездо разозленных шершней.
— Не будешь помогать? — догадался Никита.
 
— Я не понимаю, зачем нужен тебе. Ты сам в силах исполнить долг. Дерзай. Я уже и так сказал много.
— О чем? — разочарованный нежеланием отшельника дать хоть какой-нибудь совет, как попасть в Черно Място, Никита встал. — Велика помощь: назвать имя древнего «чаровняка», давно ушедшего в Чертоги.
— Достаточно для того, чтобы отыскать след, по которому идут твои земляки, — нисколько не обидевшись, Вук с любопытством поглядел на гостя, отошедшего от костра и раскинувшего руки в стороны. — Ты же охотишься за «искрами», а девчонка для тебя всего лишь повод нащупать след. Что ты делаешь?