Рисуя твою душу (СИ)

— Прощу прощения за мою грубость, — ответил художник, — мое имя — Лань Сичэнь, все представленные на выставке картины — мои, за исключением этой, — он указал на красивый иероглиф в рамочке, — это нарисовал мой младший брат.
— Аааа, — протянул Усянь, — теперь все понятно! Вы хотели поддержать младшего брата, вселить в него уверенность, что в будущем, когда он вырастет, сможет стать художником, как вы. Это похвально. Честно. Поддержка от брата очень важна. Вот мой…
  
— Заткните его кто-нибудь, — пропищал из-за веера Хуайсан.
Лань Сичэнь улыбнулся, по-доброму глядя на Вэй Ина.
— Боюсь, мой брат никогда не станет художником.
— Ооо, — вновь протянул Усянь, — он не такой одаренный как вы! — заключил он, — ну что же, пусть он не расстраивается. Не всем дано рисовать. Пусть выберет другую профессию, возможно, он там преуспеет больше.
Лань Сичэнь смотрел на мужчину напротив. С каждым сказанным словом Усяня Лань Хуань улыбался шире, и в глазах его появлялось все больше умиления.
— Я обязательно передам ваши слова моему брату, господин…
— Вэй Усянь, — радостно сообщил он.
— Господин Вэй Усянь, — повторил Сичэнь.
— Господин Лань, если у вас возникнут трудности в разговоре с вашим братом, то я могу поговорить с ним. У меня с детьми особые отношения, — выпятив грудь вперед, произнес Вэй Ин, — они меня любят.
Трое парней позади его спины безнадежно выдохнули.
— У вас есть дети, господин Вэй?
— У меня еще нет, но у меня есть племянник.
— Господин Вэй, хотите я проведу для вас экскурсию? Вы весьма милый собеседник, — предложил Лань Хуань.
— Ооо, — не сдержал возглас Усянь, — персональная экскурсия! Конечно, хочу!
Усянь развернулся к своим друзьям.
— Друзья мои, видимо, я ошибся, когда говорил, что будет скучно. Я нашел замечательного собеседника, так что увидимся позже.
Вэй Ин вновь развернулся к Лань Хуаню.
— Ну! С чего начнем?
Лань Сичэнь указал направление, и они неспешным шагом направились в другой конец зала.
— Про веер не забудь… — тихо протянул Не Хуайсан.
— Похоже, ему тут понравилось, — сказал Вэнь Нин.
— Не говорите никому из присутствующих здесь, что этот недалекий — мой брат.
— Знаете, что самое смешное во всей этой ситуации? — убрав веер от лица, спросил Хуайсан, — младший брат Лань Сичэня — это Лань Ванцзи, меценат, основатель школы каллиграфии и частной школы искусств «ГуСу Лань».
— Может, сделаем вид, что мы не знаем его? — предложил Цзян Чэн.
— Я предлагаю пойти и посмотреть на лицо Вэй-сюна, когда он увидит младшего брата Лань Сичэня.
— Новое предложение, давай не дадим ему забыть этот день! — ехидно улыбнулся Цзян Чэн.
— Поддерживаю, — улыбнулся Не Хуайсан.
— Надеюсь, Вэй Ин не сильно облажается сегодня, — скромно улыбнулся Вэнь Нин.
— Значит, вы графический дизайнер, — остановился Лань Хуань, глядя на Усяня.
— Я создаю рекламу для компании «Пристань Лотоса», ею владеет дядя Цзян, под опекой которого я вырос. Графические рисунки это, конечно, не кистью писать, но в какой-то степени, я тоже являюсь художником. Так что можно нас считать коллегами, — радостно выпалил Усянь.
— Может быть, вы хотите попробовать написать картину? Не в компьютере, а кистью? Мне было бы приятно видеть вас на своих занятиях. Может, придете на пробное занятие во вторник?
— Мне, конечно, очень приятно, что вы заинтересовались мной, но не думаю, что мне будет это интересно. Простите меня.
— О, нет. Не стоит извиняться. Просто подумайте об этом.
Их беседу прервала приятная мелодия, которую издавал телефон Лань Хуаня. Он извинился и ответил на звонок.
— Господин Вэй, прошу меня извинить, но приехали мои дядя и брат, я должен их встретить. А вы можете еще раз осмотреться, выпить шампанского и, если вам понравится какая-то из моих работ, то мне приятно будет подарить ее вам в знак, надеюсь, зародившейся дружбы.
— Вы очень щедры, господин Лань, — Усянь склонил голову в поклоне и ушел.
— Ну что? Ты поговорил с Лань Сичэнем насчет моего веера, — спросил Хуайсан, когда Вэй Ин нашел их, стоящих в стороне.
— Не-сюн, у нас как-то не зашел разговор об этом. Но я обещаю, что спрошу. Мы с ним подружились.
— Подружились, — подняв глаза к потолку, повторил Цзян Чэн.
— А-Чэн, я не могу с тобой сегодня разговаривать нормально. Мне срочно надо выпить, — покачал головой Усянь.
— Выпить? — переспросил Хуайсан, — разве тут есть алкоголь?
— Лань Сичэнь сказал, что есть шампанское.
— Цзян Чэн, — хватая его за руку, сказал Хуайсан, — пойдем раздобудем алкоголь и принесем его нашим друзьям.
— Что? Вот еще! Да куда ты меня тащишь? — сквозь зубы цедил Цзян Чэн.
— Вэй-сюн, Вэнь-сюн, подождите нас здесь, мы скоро.
Не Хуайсан утащил Цзян Чэна.
— Почему за шампанским не пошел Вэй Усянь?
— А-Чэн, я, кажется, только что увидел, что пришел Лань Ванцзи. Мне нужно убедиться в этом. Ведь ты хочешь посмеяться над Вэй-сюном?
Пока двое друзей искали шампанское и выясняли, правда ли Лань Ванцзи присутствует здесь, Вэй Ин утянул Вэнь Нина в соседний зал, чтобы посмотреть работы Лань Сичэня.
Картины были на удивление яркими и красивыми. Усянь даже на полном серьезе решил присмотреть себе в квартиру одну из работ художника. Яркие закаты горели, распускались цветы, всеми цветами радуги переливалась водная гладь, отображая высокие горы и зеленые холмы. Даже хмурые, пасмурные дни на картинах Лань Хуаня выглядели завораживающе.
Друзья ходили от одной картины к другой, и Вэй Ин все никак не мог выбрать, что же ему нравится больше.
Когда они подошли к очередному произведению искусства, Вэй Ин резко остановился.
Вэнь Нин едва не врезался в него от неожиданной остановки.
— Почему ты резко так остановился, Вэй-сюн, — тихо спросил А-Нин.
Но его вопрос остался без ответа, и Вэнь Нин повернул голову в сторону стены, чтобы посмотреть, на что уставился Усянь.
На картине был изображен мужчина. Вэй Ин сразу оценил широкие плечи и крупные ладони. Мужчина стоял боком под цветущим деревом жасмина и касался ладонью изящных, мелких цветов, вдыхая их аромат.
Одежда на мужчине была белоснежная, под стать цветам жасмина. Под почти прозрачной рубашкой четко проглядывались мышцы рук. Черные волосы были собраны в высокий хвост, что спадал на спину. Черты лица были тонкими и идеальными, а под длинными ресницами скрывался ледяной взгляд цвета светлого янтаря.
Усянь смотрел внимательно, улавливая сходство с самим художником.
— Вэнь Нин, ты когда-нибудь видел столь идеальные черты лица? А это идеальное тело? И этот холодный, но одновременно столь мягкий взгляд? Если бы в жизни существовал этот человек, то я непременно бы в него влюбился.
Вэй Ин с трудом перевел взгляд с картины на друга.
— Картина красивая. Но мне понравилась с зелеными холмами и речкой.
Усянь смотрел на друга, словно тот говорил на неизвестном ему языке.
— Красивая и все? — переспросил Вэй Ин.
Вэнь Нин захлопал своими большими глазами и молча кивнул.
Усянь перевел разочарованный взгляд с друга на картину.
— Интересно, Лань Сичэнь рисовал себя, или это собирательный образ? Определенно, сходство есть, но Лань Сичэнь не столь мужественный, в размерах меньше, и цвет глаз у него ореховый, а этот почти желтый. Вэнь Нин, я, кажется, определился с выбором картины. Пойду найду Лань Сичэня и спрошу, может ли эта картина стать его подарком.
— Но ведь Не-сюн просил не уходить никуда.
— Так мы никуда и не уходим. Найдем Лань Сичэня и тут же вернемся.
Вэнь Нин выдохнул и пошел следом, зная, что Усянь, решивший сделать что-то, точно это сделает, кто бы что ему ни говорил. Войдя в большой зал, друзья увидели, что все гости выставки собрались плотным полукругом.
  
Вэнь Нин заметил Цзян Чэна с двумя бокалами шампанского. Он молча ухватил Вэй Ина за локоть, заставляя остановиться и посмотреть на него.