Жизнь в белых перчатках
— Договоренность? — сглотнула Грейс, чувствуя, как пересохло в горле. — Должна сказать, теперь я почувствовала себя чем-то вроде зарубки на столбике кровати. — Вот бы еще от этого ее перестало тянуть к Рэю!
Он наклонился к ней, и пряжка прижалась к коленной чашечке:
— Я люблю свою жену, Грейс. И наших детей, и жизнь, которую мы вместе создали. Так что я нечасто прибегаю к этой договоренности. Только когда чувствую, что оно того стоит.
Он был так близко! От него пахло табаком, мятой и каким-то пряным одеколоном, который она не могла распознать. Грейс не хотела никого так сильно со времен Африки, когда ее преследовал образ Гейбла. И, как и тогда, она понимала, что в этом случае возможен лишь кратковременный роман, который не приблизит ее к тому, что есть у Пегги. Она мечтала о семейной жизни все время, когда не мечтала о ролях на Бродвее. Но и театры, и кирпичный дом с широким газоном на миллион миль отстояли от «Формозы» и этого мужчины, физическая близость которого заставляла ее забыть себя от вожделения. Ей не было дела до всего этого, когда рядом стоял Рэй Милланд, и потому она отвела его в свой номер в «Шато Мармон», где, по счастью, им ничто не грозило.
То, что она делила постель с исполнителем главной роли, стало ее волшебной тайной, о которой хорошо было подумать в минуты покоя. Гладкие, нежные руки Милланда оказались откровением, уничтожившим застарелую ностальгию по грубым прикосновениям Джина. Она была совершенно уверена, что никто больше не знает об их свиданиях, но не сомневалась, что уж Хичу-то наверняка все известно. По счастью, он, кажется, тоже твердо намеревался хранить этот секрет.
— Бог мой, он был таким сексапильным! Мне хотелось, чтобы он хотя бы посмотрел в мою сторону, но он вечно был весь в делах, — сказала о Рэе Миллан-де Рита Гэм, когда они сидели в ее маленьком внутреннем дворике и ели тосты с помидорами.
Стоял воскресный день, и Рэй был дома, с женой и детьми. Грейс познакомилась с Ритой этом летом, на вечеринке, и они сразу нашли общий язык. Рита работала с Рэем в прошлом году на съемках фильма «Вор», и Грейс с облегчением поняла, что его «договоренность» не распространялась на Гэм, хотя и на экране, и вне его та была куда более пылкой и порывистой, чем Грейс Келли. И пусть Грейс знала, что Ритин брак с Сидни Люметом, молодым режиссером и знатоком сцены, получился не очень счастливым, она все же не думала, что приятельница изменяет мужу.
— Он и есть сексапильный, — согласилась Грейс, скрывая свою тайну даже от Риты.
Не годится кому-то ее выдавать. В конце концов, они с Ритой подружились совсем недавно, а ей, Грейс, всегда нужно время, чтобы понять, кому можно доверять, а кому нет.
— Ты что, покраснела? — широко раскрыв глаза, с игривым любопытством спросила Рита.
«Ох, нет!» Похоже, когда дело касается Рэя Мил-ланда, ей не стоит доверять собственному телу.
— Может быть, — признала Грейс, отпивая глоток воды, просто чтобы что-то делать.
— Ну, если кто-то и в состоянии о себе позаботиться, то это ты, — сказала Рита, вставая, чтобы налить себе еще стакан холодного белого вина. — Понимаешь? Ты даже почти не пьешь.
— Мне нравится полностью владеть собой, — ответила Грейс. — И просыпаться по утрам свеженькой.
Ей вспомнились времена Джина, когда она за компанию с ним пила больше, чем сейчас, и жалела об этом каждое утро. Даже когда у нее не бывало настоящего похмелья, она просто чувствовала себя туповатой и вялой.
— Вот видишь? Именно это я и имею в виду, — проговорила Рита. — Немногие девушки нашего возраста способны вывезти подобную связь. Посмотри хоть на бедную Мэрилин, а ведь она старше.
— Мне не показалось, что ее проблема именно в вине, — сказала Грейс.
Она встречалась со знаменитой блондинкой лишь дважды, на вечеринках, в частности у Джея и Джуди в Нью-Йорке, где было совсем немного народу. В Мэрилин проглядывало что-то бесконечно милое, словно в спасенном котенке, которого нужно то и дело гладить. Она в прямом смысле свернулась калачиком на диване рядом с Джуди, скинув обувь, и все мужчины в комнате жадно внимали ее рассказу о Бетт Дэвис и съемках фильма «Все для Евы». Но сильнее всего Грейс потрясло, что Мэрилин постоянно извинялась за все, начиная с того, что она устала, и кончая необходимостью воспользоваться туалетом. Мало того, она просила прощения за свою роль в фильме «Как выйти замуж за миллионера», который только должен был появиться в этом году, но уже вызвал феноменальный ажиотаж.
Грейс очень радовало, что в Академии ее заставили избавиться от привычки оправдываться. Ей было любопытно, учили ли Мэрилин тому же в «Актерской лаборатории», где та брала уроки. Возможно, учили, но побороть старую привычку она не смогла. Или — и Грейс казалось, что это предположение ближе к истине, — рассыпалась в извинениях для того, чтобы привлечь к себе как можно больше внимания: они были частью образа Мэрилин.
— Мне кажется, она какая-то потерянная, — добавила Грейс.
Рита пожала плечами. Она не была сплетницей и этим еще больше нравилась Грейс. Вероятно, ей и можно сказать про Рэя Милланда, но точно не сегодня. А приятельница сменила тему:
— Так что ты решила насчет вечеринки у Элизабет?
Грейс вздохнула. Вечеринка у Элизабет Тейлор. То, что ее пригласили, было важным событием. Но голливудские вечеринки усложняли Грейс жизнь, потому что их устраивали постоянно. Все время где-нибудь проходила вечеринка — или целых пять. А поскольку дома и отели, где их устраивали, были разбросаны по довольно большой территории, чтобы попасть туда, приходилось потрудиться: привести себя в порядок, все просчитать, вызвать такси… Во всяком случае, таким образом поступало большинство. Грейс пила так мало, что могла бы и сама сесть за руль, но тогда возникали проблемы на парковке, где ее машину постоянно запирали другие, недостаточно трезвые водители, и выехать было невозможно — она уже пару раз попадала в такую ловушку.
И вот наконец вы на месте. Даже если там царит невыносимая скука, вежливость требует остаться хотя бы на несколько часов. Если вся компания желала куда-то передислоцироваться, снова возникали проблемы с машиной и с перемещением на новое место, сопровождаемые страхом, что в конечной точке маршрута вас подкараулят жуткие газетчики, жаждущие узнать, с кем вы проводите время. Все это изматывало. А народ еще удивлялся, почему она больше не выбирается на такие мероприятия! Провести ночь с любовником куда соблазнительнее.
— Я даже не знаю, — вздохнула Грейс, взъерошивая пальцами свои тонкие волосы, чтобы подчеркнуть, сколько возни с ними будет перед вечеринкой. Довольно много, к сожалению. — А ты?
— Мне нужна работа, так что я пойду, — ответила Рита. — И Сидни тоже собирается.
«Значит, это правда». Грейс стало любопытно, придут ли Рэй с Мюриэль, и если да, то значит ли это что-нибудь. Должно быть, у Тейлор большой дом. Во многих особняках Лос-Анджелеса легко заблудиться.
— Наверное, пересижу тут, — сказала Грейс.
Рита пожала плечами:
— Как хочешь. — А потом вздохнула: — Вот бы Сидни не захотел пойти.
— Он может пойти один, — заметила Грейс.
Рита посмотрела на нее взглядом, который означал «ах, если бы!», закатила глаза к небу и проговорила:
— Погоди, вот выйдешь замуж, Грейс… И неожиданно обнаружишь, как состоявшийся мужчина, за которого ты вроде бы выходила, превратится в мальчишку, нуждающегося не только в жене, но и в матери.
Грейс вернулась в номер отеля, долго принимала ванну, а йотом уселась с книжкой на кровать. Вскоре время подошло к полуночи, и она, зевая, выключила свет. Окажись она на вечеринке с Ритой, наверняка решала бы сейчас, остаться или уйти, ведь где-то, вероятно, уже началось более блестящее гульбище. Голливуд прекрасно может обойтись без нее. Он будет и дальше буйствовать, эйфорически хохоча в ночи, и эхо окрестных золотых холмов станет до бесконечности преумножать этот смех.
* * *— Я надеялся увидеть тебя вчера у Лиз! — рыкнул утром ей на ухо Рэй Милландза столиком на съемочной площадке, где он пил кофе со слоеными язычками.