Первокурсники

Я доел тост и открыл первую главу «Современной романтической поэзии», чтобы подготовиться к завтрашнему семинару. Но через три абзаца сдался и, врубив Нетфликс, смотрел «Рика и Морти».
Когда примерно через час я вернулся на кухню, химики уже перекочевали в комнату Тома, а их место занял Артур. Он что-то разворачивал на столе.
— Что ты там притащил? — Я принюхался. — И чем это так воняет?
  
Артур обернулся, глаза его блестели восторгом.
— Чувак, я совершил сделку века. Серьезно, сделку века! В супермаркете «Святой Грааль». Всего пятьдесят фунтов… за это.
Он торжественно отступил, являя мне головку бри размером с автомобильную шину. Сыр был плотно упакован в целлофан, но вонь источал неимоверную.
— А съедобного у них ничего не нашлось? — пробубнил я, зажав нос.
Артур меня проигнорировал и гордо похлопал по головке:
— Ты только глянь, какой охрененно здоровый зверь! Да я теперь до конца семестра могу не тратить на еду ни пенса.
— Артур, ты не сможешь десять недель питаться одним бри.
Он изогнул бровь:
— Похоже на вызов, Люк.
— Это не вызов. Ты умрешь. Вероятно. К тому же он скоро испортится.
— Сыр не может испортиться, — фыркнул Артур. — Он уже испорчен, и это в сыре самое чудесное. Я могу оставить его хоть до две тысячи пятидесятого. Мои дети смогут его попробовать.
Я распахнул окна во всю ширь, а он попытался засунуть монстроголовку сыра в холодильник. Но она оказалась слишком большой. Тогда Артур разрезал ее на шесть вонючих кусков и на каждый прилепил стикер.
— Чтоб Барни не позарился, — пробормотал он. — Сыр точно не общий. — Затем выпрямился и отряхнул руки. — Ну вот и всё. Увидимся позже. Мы договорились тусануть с Дэном и Хассаном.
— О, ну ладно. — Я кивнул. — Круто.
Артур замер в дверном проеме:
— Если хочешь, пошли с нами.
Я покачал головой:
— Нет, не парься. Мне завтра рано вставать на инструктаж по технике безопасности.
— О да. Помню эту фигню. Дико скучно. Захвати с собой книжку или еще что. В общем, до встречи, чувак.
Я вновь вернулся на свою кровать и пялился в стену, слушая приглушенную болтовню, что доносилась из комнаты Тома.
Хотел было позвонить Рису, но не стал. Я вообще когда-нибудь звонил ему просто потрындеть? И вдруг поймал себя на том, что поднес палец к номеру Эбби. Почему-то безумно захотелось услышать ее голос. Хотелось поговорить с кем-то, кто на самом деле меня знает. Кто переживает обо мне.
Однако прежде, чем я решился, телефон сам ожил.
— Да? Уилл?
— Че по чем, мужик? — раздался голос Уилла. — Ты в общаге?
— Да, только поужинал. А что?
— Да я тут заскочил в кампус кое-что передать. Подумал, может, хочешь пива? В баре трансляция матча.
— Да. Отлично. Я не против.
Через несколько минут я сидел в баре, почти безлюдном по сравнению с прошедшей неделей. Уилл принес к нашему столику две бутылки пива и плюхнулся рядом.
— Черт, мужик. Писать эссе с похмелья совсем не весело. — Он сделал большой глоток и провел пальцами по волосам. — Я скучаю по первому курсу. Никакого напряга. Кроме того, что трахаешься каждую ночь.
Я указал на липкие спагетти на соседнем стуле:
— Они за тобой весь год будут убирать.
— Надо теперь постоянно таскать на голове пасту, — рассмеялся Уилл. — И тогда, как бы я ни нажрался, всегда смогу проследить свой путь.
— Значит, вечер прошел как надо? — спросил я.
Я видел, как около часа ночи он уходил в обнимку с Фиби.
Уилл поднял брови и ухмыльнулся:
— Да, вечерок удался, мужик. На славу. — Он аккуратно отодрал этикетку с бутылки и прилепил обратно. — Как тебе соседи?
— Нормальные. Если честно, у нас с ними мало общего.
— Перевожу: они скучные гики. — Уилл рассмеялся, и я вместе с ним.
— Да нет, они прикольные. Просто, думаю, мы слишком разные. Не знаю. То есть… заселение в общагу — это ведь как лотерея. Кому-то везет, кому-то нет.
Это самое близкое к «мне тут чертовски одиноко, и я не знаю, как быть», что я смог из себя выдавить.
Но, кажется, Уилл послание уловил. Он перестал улыбаться и опять начал ковырять этикетку.
— Ага, ну… теперь-то ты в команде, приятель, — сказал, не глядя на меня. — В смысле, теперь у тебя есть мы.
Я кивнул и улыбнулся, словно мне полегчало. А потом понял, что так и есть.
Телефон Уилла зажужжал, он проверил сообщение, хохотнул и, бросив мобильник на стол, поднялся:
— Пойду отолью.
Я глянул ему вслед и уставился на телефон, просто так оставленный на столе с разблокированным экраном. И за долю секунды до того, как он потемнел, я мельком увидел фотографию: что-то вроде спящей девушки на подушке.
Я потянулся к телефону, но включилась блокировка. Так что дальше я просто сидел, потягивал пиво и смотрел беззвучный матч на огромном телике.
  
Глава 8
 
 
ФИБИ
Одеяло, словно шлейф, тащилось за Фрэнки по газону, придавая ей вид средневекового монарха.
— Такая рань, — ныла она. — Я даже не знала, что такая рань существует.
Мы с Негин плелись рядом.
— А что, если там Уилл? — спросила я. — Ну вроде как с Джошем?
— Да прям, — буркнула Фрэнки. — Кто в восемь утра добровольно попрется на инструктаж по технике безопасности?
— Эм… ты, — ответила Негин. — Ты ведь даже не из Ютланда. Так что, по сути, идти не должна.
— Что? — Фрэнки замерла и уставилась на нее. — И ты говоришь мне только сейчас? — Затем повернулась и посмотрела на корпус Ди. — Когда я уже зашла слишком далеко, чтобы повернуть назад…
Она медленно побрела вслед за нами, периодически постанывая.
Встречаться с Уиллом я действительно не хотела. Думала, что просто не справлюсь. Прошло уже двадцать четыре часа и… ничего. Как верно заметила Фрэнки, никто в здравом уме не обидится на морскую свинку, танцующую макарену.
По мнению Негин, Уилл, вероятно, просто не знал, что на такое отвечать и, дескать, мне лучше расслабиться. Но я не рассказала им о неудачной попытке заняться сексом. Даже думать об этом было стыдно, не то что обсуждать с кем-то, а если б я и могла, то мы все равно недостаточно близки для такого уровня унизительной неловкости. Я все гадала, почему Уилл не ответил. Негин и Фрэнки я призналась, что заходила к нему ненадолго, но ничего не произошло. Чистая правда. Если не вдаваться в детали.
Занавесок в комнате Уилла не было, и я проснулась в семь, как всегда. Даже простыни на кровати не было. Лежа там и удивляясь, как можно спать на голом матраце, я чувствовала себя своей матерью. Очень хотелось в туалет, но я понятия не имела, где он. Я на цыпочках выбралась в коридор, однако увидела лишь закрытые двери и не рискнула дергать их и проверять. Уилл проснулся, когда я одевалась, и предложил чай без молока. На прощание мы обнялись и поцеловались, и это было так естественно, в духе парочек. Вернувшись в общагу, я забралась под одеяло к Фрэнки, которая уже практически поселилась в моей комнате, отправила Уиллу морскую свинку в праздничном колпаке, танцующую макарену, и уснула.
А он не ответил.
Мы прошли по мосту в сторону колледжа Гильдас. Отсюда уже был виден центральный зал — огромный, овальный и почти полностью стеклянный. Словно гигантская летающая тарелка. Фрэнки все еще стенала по поводу ранней побудки.
— Если честно, Фрэнки, — сказала я, — скорее всего, именно ты из всего универа свалишься в реку.
— Или устроишь пожар, — кивнула Негин. — Они наверняка прознали о твоем приезде и организовали экстренный инструктаж по технике безопасности. Все в твою честь.
  
Не обращая на нас внимания, Фрэнки влилась в толпу, что двигалась к главному залу.
— У Джоша что, в руках планшет?
Джош стоял у дверей и отмечал входивших на прижатых к планшету листках. Интересно, он в курсе, что я была в его доме? Так странно, если он спал в соседней комнате, даже не подозревая, что я там. А Уилл сказал ему что-нибудь обо мне?