Спаси меня, воин (СИ)

Не переставая целовать, Маркас подхватил Лилис под ягодицы, отрывая от пола. Она ухватилась за его шею. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что он отнесет ее на кровать, но то, что она почувствовала под собой, мало походило на мягкость соломенного тюфяка. Маркас отодвинулся от нее и, ухватившись за ее ноги, заставил развести их в стороны. От этого движения, Лилис изумленно ахнула. Ее взгляд метнулся к кровати, а потом к столу, на котором сидела. Неужели Маркас собирался взять ее прямо здесь? Но как же это возможно?
Маркас навис над ней. Взгляд его карих глаз стал еще темнее. Не отворачиваясь, он потянулся к ее лодыжкам. Медленными, почти тягучими прикосновениями, он погладил ее ноги до колен, а потом снова опускаясь вниз. Лилис прикусила губу, сдерживая стон. Ее дыхание участилось, а кровь застучала в висках, едва только она представил то, как выглядел, лежа на столе. Пальцы на ногах поджались, когда Маркас подхватив ее под колени, подтянул ее ноги вверх, шире разводя в стороны. Лилис зажмурилась, а потом резко выдохнула.
— Не отпускай их.
Дыхание Маркаса обожгло ее живот, заставляя инстинктивно втянуть его. Вздрогнув, Лилис распахнула глаза и, приподняв голову, ошарашенно уставилась на темную макушку Маркаса, пока он прокладывал влажную дорожку из поцелуев по ее животу, перемешивая их с едва заметными острыми укусами. Как она могла оставаться спокойной, когда он делал с ней нечто подобное? Чувства внутри нее обострились до предела, борясь между здравым желанием спрыгнуть со стола и с безумным желанием развести ноги еще шире, позволяя Маркасу делать все, что он пожелает.
Лилис задрожала, сжимая и разжимая кулаки от странного беспокойства. Она не могла поверить, что Маркас опускается все ниже и ниже. Настолько низко, что она взметнулась всем телом, когда мужское дыхание остановилось на вершине ее лона. Словно ожидая этого, Маркас обхватил ее колени руками, не позволяя дергаться. Наклонив голову, он провел языком по ее плоти, двигаясь вверх и вниз в порочном и обжигающем ритме.
Лилис выгнулась и застонала. Если бы не Маркас, она бы точно свалилась со стола из-за тех ощущений, что накатили на нее одной всепоглощающей волной. Дрожь прошла по плечам, скользя по отвердевшим соскам и опускаясь ниже к тому месту, которое облизывал Маркас. Он делал то, о чем она и помыслить не смела. Он касался ее так, как никто и никогда прежде. Его язык все настойчивее кружил вокруг чувствительной точки ее тела, облизывая и тут же посасывая.
Наслаждение, острое и почти безумное, выбило из Лилис остатки равновесия. Задрожав, она запрокинула голову назад, подаваясь к Маркасу всем телом, а почти сразу же отступая назад от невыносимого удовольствия, которое было для нее чрезмерным.
— Маркас, — выдохнула Лилис, отбросив в сторону всякое проявление разума. Сейчас она в нем не нуждалась. Вместо этого она сделала то, чего отчаянно захотела чем-то инстинктивным и примитивно диким внутри себя. Вытянув руку, она прикоснулась к голове Маркаса, собирая его длинные влажные волосы в кулак. Ей не хотелось оставаться безучастной, особенно теперь. Ей нужно было прикоснуться к нему.
Маркас остановился. Приподняв голову, он посмотрел на Лилис странным, совсем не человеческим взглядом. Его дыхание было тяжелым, и он молчал, просто рассматривая ее. Он повел головой, потираясь о руку Лилис в одобрительном жесте. Он показал ей, что она все сделала правильно, решив прикоснуться к нему. Она несмело улыбнулась.
Взгляд Маркаса потемнел. Лилис сжала и разжала пальцы, поглаживая его волосы. Понимая, что он больше не будет против этого, она медленно привстала. Маркас последовал за ней, молча и не спуская с ней взгляд.
Тяжело дыша, Лилис провела ладонью по его груди, все еще скрытой под мокрой рубашкой.
— Я могу снять ее? — прошептала Лилис. Ее дыхание все еще срывалось на хрипы, но она смогла совладать с голосом, чтобы задать этот вопрос.
— Действуй, — распорядился Маркас, немного отступая назад, чтобы Лилис было проще заниматься его одеждой.
 
Лилис хорошо помнила, как это делал сам Маркас. Пусть у нее не получалось это так же ловко и быстро как у него, а ее пальцы дрожали от волнения, она все же справилась с ремнем на его килте и расстегнула его. Выпростав рубашку, она потянула ее вверх. Маркас послушно поднял руки, позволяя девушке избавить его от одежды.
Лилис резко втянула в себя воздух. Она не могла привыкнуть к тому, как различались их тела. Очень сильно отличались. Облизав губы, она снова провела ладонью по его груди, на сей раз, наслаждаясь прикосновением к его обнаженной коже, а не к влажной ткани. Маркас шагнул вперед и Лилис развела ноги, позволяя ему встать на прежнее место.
Но Маркас снова сделал то, чего она от него совсем не ожидала. Ухватив ее за руку, он осторожно сдернул ее со стола и развернул к себе спиной.
— Наклонись и ляг на стол, — повелительно бросил Маркас. Его ладони изучающе прошлись по ее спине, не настаивая на выполнение приказа. Но Лилис и сама не стала сопротивляться. Она сделала это, прижимаясь щекой к гладкой деревянной столешнице. Волнение, теперь смешанное с предвкушением еще одного наслаждения, пронеслось по телу, заставляя податься бедрами назад, туда, где как ей казалось, стоял Маркас.
Маркас не стал сдерживаться. Обхватив Лилис за бедра, он вошел в нее, резко и быстро. Лилис громко ахнула от этого вторжения. Теперь она знала, что должна делать. Раз за разом, она двигалась Маркасу на встречу, целиком и полностью подчиняясь его движениям. Любые мысли вылетели из головы, и она крепко зажмурилась, чувствуя приближение своего освобождения. Маркас тоже был близок к этому. Она слышала ярость в его дыхание и чувствовала, как сильно он впивался пальцами в ее бедра. Он входил в нее все быстрее, прикасаясь изнутри к чему-то, что заставляло ее тело холодеть.
— Да, — выдохнула Лилис, затевая свой темп, который Маркас тут же подхватил. Его руки уперлись в ее плечи, приподнимая ее над столом. Развернув Лилис к себе, он поцеловал ее. Их губы встречались в такой же страсти, какая заставляла их двигаться в едином ритме.
Лилис вскрикнула и задрожала. Не прошло и мгновения как Маркас, откинув голову, зарычал, кончая. Его ноги дрогнули от экстаза немыслимой силы, но он не позволил повалиться вперед на Лилис. Вытянув руку, он оперся ею на стол. Ему нужно было, как следует отдышаться, но только после того, как Лилис оправится на кровать.
Лилис вздрогнула, когда Маркас вышел из нее. Тепло его тела исчезло, и она снова почувствовала себя одиноко. Встряхнув головой, она попыталась привстать, но ноги отказывались слушаться.
— Не двигайся, — сурово приказал Маркас, а потом просто подхватил ее на руки и понес к кровати, — Не хватало еще, чтобы ты упала.
Уложив ее на мягкий тюфяк, он отошел в сторону. Лилис, хмурясь, наблюдала за ним, не понимая, для чего он набирает воду из котелка в неглубокий таз. Взяв тряпку, которую она использовала для мытья, он вернулся к кровати. Удивленная, Лилис попыталась отодвинуться от него, но он посмотрел на нее взглядом, отбивающим всякую охоту сопротивляться.
— Ляг и раздвинь ноги, — приказал Маркас.
Сейчас, когда между ними не были не малейшего намека на страсть, Лилис стало жутко стыдно. Она не могла представить, что делает это прямо на глазах Маркаса. Он не собирался отворачиваться. Густая краска смущения окутала ее с ног до головы.
Маркас не мог насмотреться на то, что видел перед собой. Удивительно, но направляясь к Лилис, он намеревался забрать ее в главный дом на ужин. Теперь же он знал, что никуда не выйдет в этот вечер. Его взгляд скользнул по телу Лилис, поражаясь тому, что она так и не перестала краснеть. Сколько раз он видел ее обнаженной? Неужели этого было мало для нее? Но, так же, он понял, что ему нравится это невинное смущение. И это было довольно любопытное открытие. Все его прошлые любовницы были опытными женщинами, которые позабыли что такое смущение уже много лет назад. Его это полностью устраивало, ведь они не создавали ему никаких хлопот.