Спаси меня, воин (СИ)

Маркас удивленно вскинул брови.
— О ком ты говоришь?
Лукан откинулся на спинку стула и взял у Морран свою кружку с элем. Его горло порядком пересохло, пока он ехал сюда. Поэтому, прохладный эль хорошо освежил и взбодрил его. Конечно же, он не собирался испытывать терпение Маркаса таким промедлением. Но не было ничего веселее видеть эти хмурые брови, пока он ожидал ответ.
— Думаю, я был удивлен не меньше твоего сейчас, когда прошлой ночью отыскал твою женщину на своих землях. Тебе стоит лучше приглядывать за девчонкой, если она, конечно, тебе нужна.
— О какой женщине, ты, черт побери, говоришь, Лукан? — уточнил Маркас.
Лукан поставил кружку на стол и внимательно посмотрел на друга. Неужели девчонка соврала им? Это было бы слишком печально. Дед не умел прощать и значит, ей придется расстаться с жизнью.
— У тебя так много женщин, что тебе приходится путаться в них? — уточнил Лукан, подаваясь вперед.
— Довольно этих игр, — резко отрубил Маркас, — У меня нет той женщины, имя которой я хотел бы запомнить. Так что, кого бы ты вчера не отыскал, меня она никак не касается. Похоже, тебя Макгроу провели.
Лукан вздохнул. Проклятье.
— Жаль, — пробормотал он, делая еще один глоток эля, — Лилис придется не сладко.
Теперь, Лукан привлек внимание Маркаса. Женское имя резануло по его ушам.
— Как ты ее назвал? — хрипло спросил Маркас.
— Лилис. Красивая девчонка с голубыми глазами. И она утверждает, что принадлежит тебе, мой друг, — прямо ответил Лукан.
  
Глава 17
 
Свернувшись у стены, Лилис еще крепче прижала к себе колени и зажмурилась. Она лишь совсем недавно поняла, что потеряла платок. Наверное, это случилось еще в лесу, когда она пыталась убежать от Кайла. Всхлипнув, Лилис уткнулась лбом в колени. Она чувствовала себя ужасно. Как можно было потерять единственную вещь, которая осталась от Фэррис? Это была не просто вещь. Обыкновенный платок, толком не согревающий тело, грел душу. Теперь у нее не осталось и этого.
— Проклятье, — выдохнула Лилис, дрожа.
В животе болезненно тянуло от пустоты. Она и не помнила когда ела в последний раз. Утром ее тошнило так сильно, что она и смотреть не могла на кашу. Больше ей ничего не предлагали. За все то время что она просидела за деревянными решетками, никто к ней так и не пришел. Судя по тому, как солнце перестало освещать своими лучами длинный коридор, Лилис поняла, что день сменился вечером.
Сколько нужно времени, чтобы Маркас пришел за ней? И случится ли это вообще? Вдруг он уже отказался от нее? Она могла бы понять его, прежде. Но сейчас, нося под сердцем ребенка, она всей душей хотела, чтобы прямо сейчас он появился перед ней. Пусть он будет злым, грубым и беспощадным. Пусть он будет любым, но рядом. Так, чтобы мог защитить своего ребенка. И для этого она могла бы выдержать все, что он приготовил для нее.
Поморщившись, Лилис вытянула затекшие ноги. В комнатке становилась все холоднее. Голая земля, не устланная досками или камнями, неприятно с наступлением вечера промерзла, и теперь сидеть здесь было просто невыносимо. Опираясь ладонью о стену, Лилис поднялась на ноги. Нужно немного походить, чтобы согреться.
Обхватив себя руками за плечи, Лилис зашагала по комнате. Хватило несколько шаг назад и вперед, чтобы обойти все свободное пространство. И, к сожалению, это не помогло. Все тело неприятно ныло и знобило. Застонав, она остановилась и прижалась лбом к стене. Как много всего ужасного на нее навалилось. Как ей выдержать и справиться с этим?
Ее ноги снова обессилено подкосились. Сама того не желая, Лилис опустилась на землю. Стуча зубами от холода, она закрыла глаза и легла на бок. Отчаянно сильно захотелось спать и Лилис не нашла в себе силы бороться дальше. Может быть, завтра она сможет сделать хоть что-то. Но не сегодня.
Лилис не уловила тот момент, когда уснула. Кажется, хватило лишь одного короткого мгновения, чтобы дремота охватила ее, погружая все глубже в сновидения. Поэтому, когда деревянные решетки открылись, и в комнату прошел мужчина, девушка не вздрогнула и не проснулась. Она лишь поежилась от холода, сильнее утыкаясь в собственные ладони.
 
Маркас вышел из темноты и, подойдя к Лилис, присел на корточки, чтобы лучше рассмотреть ее. Лукан не ошибся. Лилис из клана Дафф действительно спала в тюрьме клана Макгроу. Он не стал использовать фонарь, чтобы как следует разглядеть ее лицо, он не хотел будить девчонку. Лишь только убедиться. Пусть его присутствие окажется для нее неожиданностью. А потом он решит что с ней делать.
Встав на ноги, Маркас направился к выходу. Сегодня он сохранит ее тайну от Лахлана Макгроу. Но только сегодня, потому что ему было очень интересно, какого черта она наплела Лукану и Лахлану. Она не принадлежала ему и никогда в будущем не будет.
— Что ты скажешь? — Лукан шагнул вперед, заглядывая Маркасу через плечо на спящую Лилис, — Она действительно принадлежит тебе?
Маркас усмехнулся, даже не пытаясь скрыть свою злость. Лукан ошибался, очень сильно ошибался.
— Нет. Но это не значит, что я с ней незнаком. Завтра утром, я хочу поговорить с ней. Эту ночь она проведет в вашей тюрьме.
Рядом кто-то стучал. Глухо и размеренно. Может, этот звук был в ее голове? Она бы этому не удивилась. Прошлая ночь была ужасной.
Лилис с трудом разлепила глаза и тут же со стоном закрыла их. Все верно. Вчерашнее состояние лишь усугубилось. Озноб перешел в головную боль и сильную дрожь. Болели даже глаза. Стиснув зубы, Лилис перекатилась на спину и со вздохом, открыла глаза. Теперь ее взгляд устремился в темный потолок, что не причиняло такой ужасной боли. Пусть еще немного в этой комнатке будет так же темно, как и ночью. В ином случае, она просто не сможет открыть глаза. Дневной свет это не то в чем она нуждалась прямо сейчас.
Но стук не прекратился. Наоборот, он стал навязчивее и настойчивее.
Хмурясь, Лилис повернула голову, туда, откуда доносился этот звук. Первое, что она увидела, были мужские ноги. Затаив дыхание, Лилис заставила себя скользнуть взглядом выше по уже знакомому цвету пледа. И только после этого она встретилась взглядом с Маркасом. Он сидел на стуле, прямо посреди комнаты. Дверь позади него была распахнута настежь, а он поигрывал связкой ключей, крутя их на указательном пальце.
— Сядь.
Лилис вздрогнула от этого резкого грубого приказа, но не посмела ослушаться. Не сводя с мужчины настороженного взгляда, она выпрямилась, опираясь спиной о холодную стену. Боль или отступила в сторону, или погасла перед Маркасом. Кажется, даже в этом он был гораздо сильнее, чем она.
— Говори.
Лилис открыла рот и тут же закрыла. Она всю ночь думала о том, что скажет ему при встрече, а теперь не могла выдавить ни одного разумного слова. Наверное, ей нужно было встать. Сделать хоть что-то. Но она сомневалась что сможет.
— Забери меня, Маркас, — прошептала Лилис, вздрагивая от звука своего голоса или от тех безумных слов, которые все же смогла выдавить из себя.
Маркас рассмеялся, а Лилис задрожала от страха. Ничем хорошим это для нее не закончится. Но сейчас на кону стояла жизнь их ребенка. Вот что было самым главным. — Забери меня отсюда. Мне больше некуда идти.
— Зачем ты мне? — усмехнулся Маркас, оглядывая ее взглядом, от которого ей стало по-настоящему дурно, — Я уже получил от тебя, все чего может хотеть мужчина от такой женщины как ты.
Лилис бездумно кивнула. Он уже бросал ей эти слова. Наверное, она действительно ничего не могла ему предложить. Но это было тогда. Теперь, у нее хранилось то, что принадлежало Маркасу, и он должен узнать об этом прямо сейчас. Потом он точно ей не поверит. Сейчас есть хоть какой-то шанс доказать что других мужчин не было. И не будет.
— Нет, — она покачала головой, протестуя против слов, которые когда-то сама бросила Маркасу в лицо. — У меня есть кое-что. У меня твой ребенок.
Лилис зажмурилась и сделала это как раз вовремя, чтобы не видеть разгневанного лица Маркаса. А потом, ее просто вздернули на ноги, грубо припечатывая к стене.