Сердце Льда для королевы (СИ)

Альрик провел ее взглядом и обернулся к брату, выплюнув с ненавистью:
- Ты всегда был подонком, Регин. И если Ис все же решит тебя убить, я поддержу его.
Сказав это, мужчина сорвался с места и кинулся следом за женой.
- Это ты убил отца? - голос Исварда был холоден. Казалось, он даже не заметил отсутствия брата и невестки. Но так лишь казалось.
- Ты не понимаешь! - вдруг эмоционально воскликнул Регин. - Он хотел передать трон какому-то сопляку, вычеркнув из своей жизни всех нас! Из-за каких-то грязнокровок! Посмотри, он выбрал своей женщиной ларки!
- Она была его айристи! - повысил тон в ответ шестой принц. - Истинной. Какой у тебя никогда не было, и ты не смог бы его понять!
Регин вздрогнул, будто эти слова ударили его больнее, чем до этого ранили кулаки. В глазах мелькнула тоска, но мужчина упрямо сжал челюсти и мотнул головой.
- Я спасал наше право на трон, брат. Хотел защитить Шархам от чужеземцев и врагов. А ты сам привёл в наш дом рамми, будто решил повторить ошибку отца.
- Это не было ошибкой, - прошептал Исвард с той болью, которую может испытать любой, чей мир в одночасье рушится и превращается в руины, которые еще долго придется разгребать и отстраивать. А затем спросил: - Смерть королевы Инге на твоей совести?
- Ооо, нет, это вы на меня не повесите. Я боготворил ее, Ис, ты прекрасно знаешь. Даже подумать бы не смог о том, чтобы причинить ей вред. А вот кто виновен в ее гибели пусть лучше расскажет Вихо.
Регин поморщился от боли в рассеченной губе и обернулся к старейшине. 
Пожилой гарай был задумчивым, но спокойным. Какая-то глухая тоскливая решимость читалась в его позе. Молчание не продлилось долго. Вихо поднял голову и вымолвил:
- Я обещал королю Освальду, что унесу этот секрет в могилу, но я ощущаю, что мой час уже близок, а Шархаму сейчас больше нужна правда, чем секреты.
***
Освальд Тирио все же решил признаться своей супруге в том, что Первый Барс избрал для него другую. Он сообщил это, когда они были в отъезде, ведь в глубине души король знал, что Инге просто так не примет эту новость, не спустит мужу с рук измену. Освальд не хотел втягивать в скандал сыновей, потому их разговор состоялся в Файорге. Он был тяжелым, но недолгим. Инге вышла из себя. Супруг ни разу не видел ее в таком гневе. Она кричала как ненормальная, требовала убить поганую ларки и ее детей, не желала слушать о метке, убеждала мужа, что это все злые чары.
Вихо ждал за дверью их комнат и понял, что произошло нечто страшное, когда королева вдруг замолчала. Старейшина затаил дыхание. Один удар сердца, два, три. За дверью больше ничего не происходило. Буря мгновенно сменилась до ужаса тихим штилем.
Освальд окликнул своего доверенного. Голос его показался неживым. Вихо вошёл внутрь и утратил дар речи. Но все же смог плотно прикрыть за собой дверь и перевести взгляд с бездыханного тела королевы на сидящего рядом с ней короля. Красивый статный мужчина словно постарел и угас за эту ссору, изменился до неузнаваемости. Его плечи поникли, голова была опущена, а руки тряслись. Монарх не стал объяснять как именно это случилось. Вихо никогда больше не спрашивал.
- Это произошло в запале ссоры, - мужчина пытался оправдать своего давнего друга. - Тогда Освальд решил утаить причину гибели своей супруги. Он сам отделил ее голову от тела и забрал с собой, а само тело мы оставили недалеко от Файорга, где вскоре его нашли.
Вихо замолчал. Я почти наяву услышала как с грохотом упали на пол колодки, все это время висевшие на его шее. Он лишился груза и готов был к наказанию.
В моей голове, наконец, сложился воедино пазл.
Регин узнал о том, что сотворил отец, затем понял что именно послужило причиной и решил отомстить королю, одновременно стараясь сохранить за официальными наследниками право на ледяной трон.
- Возвращайся в наши покои, - глухо произнес Исвард, даже не глянув в мою сторону. Я смогла лишь подавленно кивнуть, обнять Абигейл за плечи и направиться к выходу из зала. За нами последовали телохранители, а в моих мыслях звучала одна единственная фраза, произнесенная Майрис: «нашей истории известны случаи, когда короли убивали собственных жен, а сыновья отцов».
 
  
47
 
- Регин в карцере, - произнесла Изольда, тихо подходя ко мне.
Небо над Офраем сегодня было ясным, и со смотровой площадки открывался красивый вид на горы. Солнце перевалило за середину неба. Здесь, над снежным краем, оно являло собой далекий и холодный светящийся круг, который дарил много света, но лишь крохи тепла.
- Знаю, - ответила хрипло, пряча руки в муфту. Я не могла согреться со вчерашнего вечера. Ночью получилось забыться сном лишь на пару часов, когда вернулся Исвард и заключил меня в крепкие объятия. Мы даже не смогли нормально поговорить. Сил после произошедшего не осталось.
- Ис имел полное право убить его, - задумчиво обронила принцесса, положив руки на поручни и всматриваясь вниз, туда, где копошились гараи, снаряжая сани и выводя лошадей. Лаяли аули, фыркали породистые жеребцы, переговаривались мужчины.
- Я рада, что он этого не сделал.
- Но Регин убил бы тебя не задумываясь.
- И это я знаю, - вздохнула и, наконец, повернулась к Изольде. Под ее глазами залегли тени, капилляры полопались, окрасив глазные яблока в розоватый цвет. Наверное, она тоже плохо спала этой ночью, если вообще сумела уснуть. Почувствовав укол стыда, пояснила: - Я не хочу, чтобы Исвард стал таким же как его брат. Альрик был прав, говоря, что не все вопросы стоит решать силой. Семья Тирио и так натерпелась горя.
Из грота вышла женщина в серой изящной шубке, полы которой касались снега. Она прошла мимо гараев к своему коню, за ней спешила служанка с небольшой сумкой. Я поджала губы, наблюдая как женщина проверяет снаряжение своего скакуна. К ней подбежали две маленькие девочки, начали что-то наперебой доказывать, тыкая маме какие-то черные фигурки.
- Почему они решили покинуть Офрай?
Изольда вздохнула, так же грустно рассматривая Майрис. Помолчала, подбирая слова, затем произнесла:
- В наших уставах есть много законов, написанных так давно, что они стали не актуальными и не нужными, но пока они записаны в главных книгах королевства мы не можем идти против них. Пока один из королей не отменит эти глупые законы. Королевой не может стать гарайя, которая не дождалась своего избранника. Раньше с этим было настолько строго, что даже уличенная в целомудренном поцелуе, девушка считалась опороченной, сейчас же остались лишь формальности. Даже на прошлый брак, если такой вдруг был, могут закрыть глаза, но ребенок… Мне жаль, что так получилось, но теперь она хоть сможет увидеть сына.
- Мне тоже жаль, - шепнула я.
Майрис вдруг обернулась и подняла голову. Наши взгляды встретились, и я не смогла отвернуться. Хотелось извиниться за то, что я сделала, но я не нашла в себе сегодня сил, чтобы встретиться и поговорить с принцессой.
Гарайя несколько секунд просто смотрела на меня, а затем неожиданно улыбнулась. Открыто и спокойно. Едва заметно кивнула и вновь обернулась к дочкам, усаживая их в сани.
- Суд старейшин, на котором решится судьба ледяного трона, состоится уже через полторы недели, - решила отвлечь меня Изольда. Я обратила на нее растерянный взгляд, сосредотачиваясь на голосе: - Альрик и Регин больше не имеют права на престол.
- А Исвард? В ваших законах есть что-то про то, что королевой не может быть чужестранка?
- К удивлению, нет, - понимающе улыбнулась Изольда. - Некоторые лорды снег носом роют лишь бы найти хоть что-то в этом роде, но ничего подобного нет. Наверное, раньше не возникало прецедентов. Вихо признал, что очень рад тому, что Первый Барс привел тебя в Шархам. Сам он сложил свои полномочия. Он уже стар и болен, потому лорды не стали выносить ему приговор.
Ещё несколько минут мы молчали, наблюдая за тем как наружу вышел Альрик. Проводить его явились братья. Они почти не говорили, лишь пожали руки и обменялись долгими взглядами. Затем Альрик направился к жене, поцеловал ее и подсадил в седло. Запрыгнул на коня сам, и небольшой отряд выдвинулся вперед. Меня накрыло необъяснимой тоской от этой картины.