Сердце Льда для королевы (СИ)
- Ты не ранена? - Изольда встревоженно всматривалась мне в лицо. Сглотнув, я отрицательно помотала головой.
- А она?
- Ужасно напугана.
- Понимаю, - гарайя с жалостью посмотрела на спрятавшуюся за мной девчонку. Протянула руку, словно хотела погладить ее по спине, но замерла, бледные пальцы дрогнули, и принцесса так и не решилась коснуться полукровки.
- Мы все испугались за тебя, Тень, - сказала Изольда, будто хотела подчеркнуть свою непричастность к произошедшему. Но она последняя в Офрае, кого я могла бы заподозрить. А после этого поджала губы, стиснула пальцами мое плечо и спросила: - Ты сможешь еще немного побыть в зале, пока Регину зададут несколько вопросов? Если нет, мы не будем настаивать…
- Могу, - кивнула, даже не раздумывая. Сердце уже билось в груди спокойнее, мысли быстро приходили в порядок. - Я не собиралась оставлять дело на половине пути. Только нужно отвести Абигейл…
- Нет! - воскликнула девочка, подняла заплаканное лицо и вцепилась в мое платье, будто ее могли начать отдирать от меня силой. - Я не пойду никуда без тебя!
- Хорошо, тогда держись рядом со мной. Никто тебя не тронет.
По ее бледным щекам катились крупные слезы. И я вновь почувствовала ужасную вину перед девчонкой, которая не так давно потеряла брата, а теперь сама едва не лишилась жизни, от того, что я эгоистично решила пригласить ее на заседание.
Изольда вдруг отпрянула и отошла. Я обернулась, чтобы спросить куда она, и тут же попала в руки Исварда.
- Ты цела? Как ты себя чувствуешь? - он обхватил ладонями мое лицо и пристально вгляделся в глаза. Наверное, если бы я не закрылась от чужих чувств, то сейчас захлебнулась бы его ужасом, который невозможно было не заметить.
Постаралась скорее успокоить шестого принца, заверить, что со мной все в порядке и в этот раз никто, к счастью, не пострадал. Заметила на его подбородке медленно наливающийся синяк и досадливо поджала губы, но заострять внимание не стала.
- Ты уверена, что хочешь остаться? - в последний раз переспросил Исвард. Я кивнула и, наконец, повернулась к совету.
На Регина больно было смотреть. Кажется, Ис сломал ему нос, скулу украшал внушительный синяк, а из разбитых губ по подбородку струилась кровь. Почему-то эта картина выглядела ужасно гротескной, ведь гараи, а особенно снежные принцы создавали впечатление неких рыцарей с особым кодексом и стилем, но оказалось, что и они могут вот так просто кулаками разукрасить друг друга, не утруждая себя вызовом на дуэль.
Руки первого принца были связаны за спиной. Хмурый Бранд стоял рядом со старшим братом, которого держали два воина, предостерегающие его не то от побега, не то от падения.
Члены совета, взъерошенные и не пришедшие до конца в себя, заняли свои места. Хмурый Петтер и Альрик стояли в нескольких шагах от Регина и сверлили его взглядами. Гутфрид пытался успокоить и привести в чувство Грету, впавшую в истерику.
- Ты даже не взглянул на завещание, - мой голос прозвучал четко и уверенно. Отец мог бы гордиться тем, как быстро я смогла взять под контроль страх. Он всегда учил меня, что в охоте на опасного зверя невероятно важно обуздать свои эмоции. Решившись, я даже вновь призвала силу, продолжая говорить: - Значит, знал заранее, что в нем говорится и об Абигейл тоже. Второй экземпляр завещания у тебя?
Врать было бесполезно. Регин это знал. Уже знал. Его глаза горели синим пламенем, какое бывает, стоит поджечь очень крепкий алкоголь, а на разбитых губах вдруг появилась злая ухмылка:
- А как вы проверите, что правду говорит рамми? - он кинул взгляд в сторону Альрика и Петтера. - Что стоит горной рыси соврать, стремясь оклеветать меня?
Исвард успел лишь дернуться вперед, как перед ним угрожающе взметнулся вверх снежный вихрь. Последний моментально опал и исчез, стоило шестому принцу замереть.
- Не стоит, Ис, - произнёс Альрик. - Мы не дикари, чтобы все решать силой. - Затем он взглянул на старшего брата: - Если бы ты не попробовал ее убить, мы бы, наверное, вняли этим словам, Регин. Но сейчас мы будем верить Тэниль и фактам. Ответь на вопрос: второй экземпляр завещания у тебя?
Несколько минут тишины, за которые в глазах первого принца сменилось несколько эмоций. Гнев, отчаяние, решимость. Он не стал падать на колени и вымаливать прощение, вскинул голову в твердой уверенности, что все в своей жизни сделал правильно и выдохнул:
- Да, он в моих покоях, - а после прожег меня ненавидящим самоуверенным взглядом и добавил практически без эмоций, как сухую констатацию факта: - Надо было прирезать тебя лично еще в тот раз, а не доверять все глупой служанке.
- Убью, - прошипел Исвард, но сумел сдержать себя в руках и остаться на месте. Лишь сжал кулаки, низко склонил голову, а дыхание стало более поверхностным. Я продолжала смотреть на опасного зверя, который уже был загнан в угол клетки, и понимала, что мне нужно закончить все это сегодня.
- Это ты перехватил письмо от дочери Освальда, которое она отправила без королевской печати, - произнесла скорее утверждая, нежели спрашивая, ведь в этом была практически уверена. - Из него узнал о завещании и то, что Варг направится в столицу? Попытался найти и Абигейл, но часть письма с ее местонахождением была утеряна?
- Нет, - вздохнул Регин, как мог вздохнуть гарай, осознавший, что препираться и скрываться больше нет смысла. Он расслабился и заговорил: - О завещании я узнал случайно. От отца. Подслушал его разговор с Вихо. Когда пришел поговорить с королем лично, он заявил, что сейчас его айристи и дети в Карои, и приедут лишь через год, когда Варг станет совершеннолетним. Хотел их спрятать, старый идиот. Но я даже поверил. Не стал искать… Из письма я узнал, что на самом деле грязнокровки в Шархаме, и вскоре мальчишка явится в Офрай, несмотря на то, что его отец мертв. Смелость граничащая с глупостью.
- Смерть отца на твоих руках? - прорычал Петтер, глядя на брата из-под густых бровей. Но Регин не ответил ему. Наши взгляды сцепились так надежно, словно их завязали морским узлом.
- Откуда ты знаешь об утраченной части письма? - спросил первый принц так вкрадчиво и ядовито, что мне показалось, будто мы в один миг поменялись местами, и теперь я тот самый зверек, которого загнали в угол клетки. Я не шевельнулась, не зная, что сказать, а взгляд Регина метнулся в сторону и снежной лавиной упал на невестку. Принц поцокал языком: - Майрис, - он протянул ее имя так, что у меня задрожали пальцы. - Мы ведь договаривались хранить секреты друг друга.
Цвет кожи принцессы в один миг сравнялся с цветом ее серебристых волос, но лицо не выразило ни единой эмоции.
- О чем ты, Регин? - угроза в голосе Альрика была такой явной, что ее заметил бы глухой, но первый принц продолжал ухмыляться и качать головой:
- Ты ведь знаешь, что король может быть женат лишь на сире, которая не осквернила свою репутацию, - он замолчал всего на мгновение, но для меня оно длилось целые сутки. По щеке Майрис скользнула одна единственная слезинка, показавшаяся алмазом, что скатился со снежной вершины. Регин обернулся к Альрику: - Ты знал, что твоя жена родила ребенка в своем родном городе? Она отказывала тебе полгода, потому что вы встретились в момент, когда она носила под сердцем чужое дитя. Она бросила его на попечение родителей и теперь ежеквартально отправляет на содержание деньги. А тебе она так и не сподобилась родить сына.
Я едва не задохнулась от той горечи, что внезапно показалась из-под покрывала, которым Майрис укрыла все свои чувства. Принцесса поднялась с места и едва смогла протолкнуть сквозь перехваченное спазмом горло:
- Я бы не решилась рассказать сама, но рада, что тайное стало явным, - вторая слеза сорвалась со светлых ресниц, и Майрис перевела взгляд на ошарашенного Альрика, выдохнув одно единственное слово: - Прости…
Затем она развернулась и почти бегом покинула зал.
Я вскинула руку к лицу, понимая, что за этот день подставила еще и принцессу. Ведь могла промолчать об утерянной части…