Развод. Научусь жить без тебя (СИ)

Серьёзно?
Дуры, блин….
Кипя от ярости, я приехал в знакомый двор, нашёл взглядом окна Смирновых и, убедившись в том, что те дома, вышел из машины.
Мне повезло — прежде чем я успел позвонить в домофон, дверь открылась и на улицу вышла бабушка с собачкой.
Так даже лучше: меньше шансов, что меня пошлют. А меня точно пошлют… Причем — не единожды.
Поднявшись на нужный этаж, я нажал кнопку звонка на двери и стал ждать. Внутри все ходуном ходило от волнения. Мне нужно просто увидеть Лану, нужно ей всё объяснить.
  
Однако когда дверь открылась, я понял, что просто не будет.
Ко мне вышел Кирилл и, судя по волчьему взгляду, мне тут были не рады.
— Зачем пришёл?
— Лана у вас? — вопросом на вопрос, вместо приветствия, ответил я.
— Даже если и так, — он нагло вскинул брови, — тебе то что?
— Я хочу ее увидеть.
— Зато она тебя видеть не хочет.
— Позови её!
— Нет.
— Кир! Ну, твою мать! Давай ты не будешь проблем подкидывать?! У нас и так всё сложно.
— А кто в этом виноват? — он лениво пожал плечами.
— Да, блин, я в этом виноват! Я! Ты можешь просто отойти и не мешать? Нам исправлять надо….
— Хватит, уже наисправлялся. Уходи.
Кто бы знал, как он меня в этот момент бесил!
— Я никуда не уйду, пока не увижу свою жену, — сквозь зубы процедил я, готовый если потребуется, пробиваться с боем внутрь квартиры.
— Надо же, кто-то вспомнил слово “жена”....
— Не нарывайся.…
— А то что? — ухмыльнулся Кирилл, — закидаешь меня своими внебрачными детьми?
  
19.
 
— Она рассказала? — глухо спросил я, чувствуя себя уязвленным.
— Про то, как ты настрогал ребёнка её племяннице? Да, рассказала.
Ещё пару дней назад я наивно мечтал о том, чтобы эта пошлая, уродливая тайна никогда не стала достоянием общественности, а теперь меня макают в нее носом как в зловонную кучу говна.
— Мы сами разберемся.
— А вот это вряд ли.
До тряски хотелось надавать по роже этому наглецу. Плевать, что партнер, плевать что дружим уже сто лет. На все плевать, потому что в этот самый момент, я почувствовал, как его интерес к моей жене разгорелся с новой силой. Он, словно охотничий пес, учуял добычу и тут же встал в стойку.
— Просто свали с дороги и не мешай, — я дернул его за рукав, пытаясь откинуть с дороги, но он отбил мою руку.
— Ээ, нет, дружище. Это — мой дом. И без моего разрешения ты туда не войдешь.
— Мне надо поговорить с женой.
— А ей не надо. Больше — не надо, — повторил с нажимом Кирилл.
У меня перед глазами танцевали кровавые черти:
— Ты опять за старое?
— Просто уходи, Руслан. Оставь её в покое. Она не хочет тебя видеть.
— Ты ещё скажи, что тебя хочет, — прорычал я, с трудом удерживаясь от рукоприкладства.
Кир ничего не ответил, только плечом как-то неопределённо дернул, и этот жест выбесил меня окончательно. Потому что в нём не было отказа, наоборот, прямым текстом звучало «ещё посмотрим».
— Только посмей сунуться к моей жене, — процедил я по слогам, голосом больше похожим на звериное рычание.
— Твоя ли? Вали к той девке, которую обрюхатил. Уверен, она с радостью станет твоей новой женой.
Мля-я-я-я-я.…
Они все сговорились, что ли?
Мне эта сучка нахрен не сдалась, ни в одном месте. Это просто тупая ошибка, за которую теперь придется дорого расплачиваться.
— У меня есть жена. И я никуда не уйду, пока её не увижу.
— Это ненадолго, — нагло усмехнувшись Кирилл развел руками, — Лана тебя не простит. Никогда. Она не из тех, кто будет глотать дерьмо за нечистоплотным супругом. И ты это прекрасно знаешь.
Знаю, черт возьми!
Знаю!
И от этого знания кишки сводило так, что шевельнуть больно.
Лана не из тех женщин, что будет всеми силами цепляться за мужика, опасаясь остаться в одиночестве.
Она — самодостаточная!
Ей плевать кто и что подумает, плевать на причины по которым произошло предательство. Она не станет переступать через себя и свою гордость, как бы сильно не любила.
Вместо этого расправит плечи и пойдет дальше, не оглядываясь и не сожалея.
Пойдёт в новую жизнь. Она научится жить без меня.…
Я не мог этого допустить. Я уверен, что она поймет, услышит меня. Мы преодолеем эту задницу, в которой случайно оказались. Ведь мы же любим друг друга. А любовь может преодолевать любые преграды. Так ведь? Мать вашу, кто-нибудь, скажите, что это так!
— Не заставляй меня переходить черту, Кир. Позови её!
— Катись к черту!
— Я сказал, позови её! — меня разрывало. Она была так близко, а я не мог увидеть её не мог прикоснуться к ней, не мог ничего ей объяснить!
— Уходи!
— Лана, — гаркнул я во весь голос, — Лана! Выйди! Нам надо поговорить.
— Ты идиот?! — Кирилл толкнул меня в грудь, — хочешь, чтобы весь подъезд тебя услышал?
— Мне плевать! Пусть слушают. Лана! — я отшвырнул его в сторону с такой силой, что Кирилл отскочил словно резиновый мяч от стены.
  
20.
 
Однако до двери добраться мне не удалось, я даже за ручку двери не успел схватиться, как Кирилл налетел на меня сзади:
— Оставь ее в покое!
— Отвали! — я пытался его стряхнуть с себя, да только ни черта не выходило.
Смирнов не уступал мне ни по росту, ни по комплекции, и в спортивном зале зависал не меньше моего. В итоге мы сцепились не на шутку. Трепали друг друга, впечатывали в стены, в двери, едва не проломили створки лифта.
Пару раз мне знатно прилетело по морде, но я даже не почувствовал боли. Разве подбитый глаз мог сравнится с тем, что творилось внутри меня? Синяки и ссадины – фигня, заживут. А вот если Лана уйдет – то я просто сдохну.…
Сквозь гвалт потасовки донесся скрип двери, а потом яростное, звенящее от негодования:
— А ну-ка, прекратили! Оба! Немедленно.
Мы замерли и словно по команде обернулись.
Перед нами стояла Лана. Тяжело дыша и сжимая кулаки, она переводила взгляд то на меня, то на Кирилла:
— Что вы здесь устроили?
— Лан.…— просипел я, но она отмахнулась от меня, как от пустого места.
Тем временем Кир вытер тыльной стороной ладони разбитую губу и сказал:
— Я хотел его прогнать. Прости, не успел.
Лана поджала губы и шумно выдохнула. С виду она казалась почти спокойной, но я-то знал, какой ураган бушевал внутри моей девочки!
Она была на грани.
Из-за меня.
— Кир, оставь нас, пожалуйста, — её голос звенел от напряжения.
Лана смотрела на меня.
— Но.… — он бросил на меня хмурый взгляд исподлобья, — ты уверена, что вам надо оставаться наедине?
— Да. Я хочу поговорить с ним.
С ним.…
Не с мужем, не с Русланом, а просто — с ним.
Я кожей чувствовал, как вокруг нее ширилась и крепла колючая стена, но всё ещё верил, что смогу её преодолеть.
— Как скажешь, — недовольно ответил Кир, — если что – зови. Я буду рядом.
Проходя мимо, с размаху задел меня плечом, но я даже не обратил на это внимания. Смотрел на жену и не знал с чего начать разговор. Все слова, которые до этого крутились на языке, внезапно рассыпались и показались до тупого примитивными. Я не знал, как оправдаться, и под разочарованным взглядом жены, чувствовал, как иду ко дну.
— Что же ты молчишь, милый? — невесело усмехнулась она, — ты же так хотел поговорить! Хотел увидеть Лану. Вот она я. Говори.
***
МЕЛАНИЯ
Руслан топтался с ноги на ногу и выглядел, как побитый пес. И дело вовсе не в рассеченной брови, а во взгляде, которым он меня буравил. Там столько всего было намешано, что и не разобрать сходу. Да я и не собиралась этого делать. Меня то, что творилось в его душе, отныне больше не касалось.
  
— Послушай…. — он двинулся в мою сторону с явным намерением прикоснуться.
Я тут же отступила на шаг назад, выставив перед собой ладонь в предупреждающем жесте:
— Не вздумай, Адашев. Слышишь? Никогда больше не тяни ко мне свои клешни. Табу! Понял?!