Развод. Научусь жить без тебя (СИ)

Затаив дыхание, я слушала его. В голове полный сумбур. Сложно перестроиться и в одно мгновение перекроить свое отношение к ситуации, но я чувствовала, как кусок за куском разваливает та защитная стена, которую я выстроила вокруг себя после развода, как трещит моя оборона, при взгляде на этого уставшего мужчину.
Мы оба устали. От одиночества, непонимания, чужих завистливых козней, из-за которых было потеряно столько лет счастливой жизни. 
  
Я поймала себя на мысли, что хочу махнуть рукой и оставить все прошлое в прошлом. Хватит с меня этой вражды, и за свою застаревшую боль я больше не хотела цепляться. Хватит.
— Я согласна на твое предложение по фирме, — глухо произнесла, теребя в руках бумажную салфетку. — я продам тебе свою долю. За Кира ручаться не могу – он скорее всего до самого конца будет держаться за свое зубами.
— Конец гораздо ближе, чем он думает, — спокойно ответил Адашев. — мне нужно сделать буквально пару звонков, чтобы запустить последнюю волну, после которой продавать уже будет нечего. Если он этого не понимает – это его проблемы. Меня удовлетворит любой результат.
— Тогда зачем тебе надо покупать мою долю, если ты можешь получить всё и за бесценок?
— Потому что я так хочу.
— Очередной акт благотворительности? — невесело усмехнулась я.
— Ничего подобного. Коварный расчет. Я не просто хочу присоединить твою часть, но и заполучить тебя в качестве работника.
Я растерянно уставилась на него:
— Что?
— А чего ты так удивилась? Раньше мы прекрасно работали вместе. Один начал, второй подхватил. Помнишь? 
Конечно, я помнила. Бизнес мы строили вместе, и я была не просто красивой девочкой, перекладывающей бумажки с одной стороны стола на другую. Я была полноценным партнером, знала каждую деталь нашего механизма, каждый винтик. Генерировала идеи развития и принимала непосредственное участие в их реализации.
— Столько лет прошло.…
— Твои рабочие качества – это не единственная причина, — он перебил меня, — Это попытка тебя удержать. Я боюсь, что ты заберешь дочь и уедешь из города. 
Я отвела взгляд в сторону. Признаться, именно такие мысли у меня и были. Продать все и рвануть обратно, спрятаться в той тихой, безопасной норе, в которой я провела последние годы. Все эти события выбили у меня почву из-под ног, покачнули сложившуюся некрасивую картину мира, содрали защитное покрывало, и мне отчаянно хотелось укрыться.
Я будто оказалась голая на перепутье дорог и не знала, куда двигаться. Было страшно снова ошибиться. Я не выдержу очередной виток боли и отчаяния, и не могу себе позволить рисковать своей душой, потому что не одна – мне нужно растить Даринку. Она прекрасная, добрая девочка, которая заслуживает быть счастливой. Заслуживает того, чтобы рядом с ней был любящий отец.
Я уверена, что он будет любить её, что он уже полюбил ее и сделает все, лишь бы она была рядом.
Но готова ли я сама к таким переменам?
Очень страшно….
— Мне нужно подумать, Руслан, — хрипло произнесла я, едва справляясь с накатившими эмоциями, — это всё слишком…. просто слишком. Дай мне время. Не дави.
Он кивнул, соглашаясь с моими условиями. Только об одном попросил:
— Я хочу в эти выходные пригласить вас с Дариной в парк. Без шокирующих новостей и признаний. Просто погуляем. Что скажешь?
Я понятия не имела, что будет дальше, поэтому прикрыла глаза и тихо выдохнула:
— Я согласна.
  
85.
 
После разговора с Русланом я была в разбитом состоянии. Сдулась, как проткнутый иглой воздушный шарик, и теперь болталась вялой тряпочкой на ветру.
Все эти новости…. Слова Адашева про Юлю и то, что они не вместе, истерика завистливой сестры, подтверждающая его правоту. Моё признание в том, что Дарина дочь Руса.
Всё это навалилось на меня, как снежный ком, лишая возможности двигаться и дышать.
Возвращаясь в этот город, я не догадывалась, как всё обернется, а выходя сегодня утром из дома, не предполагала, чем закончится этот день.
Было страшно. Но в то же время на удивление легко. Будто огромная плита свалилась с моих плеч, и теперь я могла расправить их и поднять лицо навстречу солнечным лучам.
Это было так странно и неожиданно, что у меня никак не получалось сконцентрироваться на работе, поэтому с сотрудниками здоровалась невпопад, а когда в мой кабинет пожаловал Кирилл и вовсе сделала страшное.
Перепутала имена:
— Руслан, я занята.
Сморщившись от досады, я понадеялась, что Кир не расслышал моих слов. Однако, проскочить не удалось. К моему огромному сожалению, он все услышал.
— Руслан? — моментально подобрался мужчина. Уставился на меня с хищным прищуром и холодно спросил: — опять грезишь о бывшем муже?
— Нет, — сказала я, не отрываясь от бумаг.
Почему-то было стыдно смотреть Кириллу в глаза. Казалось, что стоит только взглянуть, и он прочитает обо мне всё. Выудит каждую подробность моей странной жизни, в которой в последнее время все кувырком, да через одно место. Поэтому продолжала строить из себя крайне занятую бизнесвумен, а на самом деле никак не могла продвинуться дальше первого абзаца. Мысли разбегались и дурацкое «а, что, если.…» все громче звенело в голове.
Простила ли я измену? Честно? Не знаю.
Обида все ещё жила в душе, а отголоски боли мучали по ночам несмотря на то, что с развода прошло уже пять лет. Да и факт, оставался фактом – у моей племянницы ребёнок от Адашева. Но на деле все оказалось совсем не так, как мне преподносили. Не было между ними той всепоглощающей любви, которой хвасталась Юленька. Не было долгих лет сладкой жизни душа в душу, и вместо сына от Юльки, Руслан предпочел растить своего племянника. И если верить самому Адашеву – та роковая близость, приведшая к беременности, была ошибкой, произошедшей из-за дурацкого стечения обстоятельств. 
Я была склонна поверить ему, но…
Ох уж это «но». Сколько судеб оно поломало? Скольких людей утопило в мучительных размышлениях и сомнениях?
Меня вот точно топило.
Я хотела простить, хотела, чтобы у Даринки был настоящий отец, и в то же время боялась обжечься снова. Тянулась к этому мужчине, но стоило только вспомнить, как Юлька завалилась ко мне в квартиру и с наглой мордой сказала о том, кто автор ее беременности, как меня снова накрывало обидой. И так по кругу.
Обиженной быть просто, но быть счастливой мне хотелось больше. И тут же возникал вопрос, а могу я быть счастливой без Руслана? Могу ли встретить и полюбить другого мужчину? Навряд ли….
— Лана! — грозно рявкнуло прямо передо мной.
Я аж подскочила. Бестолково хлопнула глазами и уставилась на Кира, который сидел, облокотившись на стол и сверлил меня мрачным взглядом:
— Ты ещё здесь?
— Я вообще-то с тобой разговаривал.
Черт.
— Прости, — закрыв папку с бумагами, я отложила ее в сторону и устало потерла лицо, — не выспалась.
Следующий же вопрос поверг меня в шок:
— Из-за Адашева?
— Что?! Нет!! 
В очередной раз предоставился шанс убедиться в том, что актриса из меня никудышная. Потому что стоило только сказать «нет», как взгляд Кира стал на десяток градусов холоднее:
— У тебя есть, что сказать мне?
— Нет, — я покачала головой, а потом подумала: да какого хрена? Я ведь уже решила, что продам свою долю. Какая разница, когда и от кого Кир об этом узнает? Сейчас от меня, или по факту и от Руслана? — Хотя, вру. Есть. Я продаю свою долю Адашеву.
— Не вздумай! — тут же подскочил он.
— Поздно. Мы уже обговорили условия сделки. Я свою часть продаю, относительно своей думай сам. Но мой тебе совет – избавляйся, пока она хоть чего-то стоит, потому что Руслан поблажек не сделает.
  
Он выругался грубо и зло, потом в сердцах ударил кулаком по столу:
— Так я и знал! Стоило ему только помахать хреном у тебя перед глазами и все, растеклась. Мозги потеряла.
— Попрошу без оскорблений.
— Думаешь, я не знаю, чем вы занимались в пентхаусе?!