Иной (СИ)

Нет уж, я работаю на результат.
Приняв оборонительную позу, я был готов атаковать, когда хищник рассеялся. К счастью, в этом не было нужды — за пару минут зверюга устроила настоящий пир, и работы для меня уже и не осталось.
Разве что найти Амелию и валить из этой дыры. Сначала помои, затем кровь — не могу представить, как я избавлюсь от этого запаха!
  
Глава 20
 
Я огляделся, не утруждая себя обхождением кровавого месива. Гадость редкостная, да только после канализации мне уже ничего не страшно. Нет, это даже приятнее — от этих алых луж хотя бы не тошнит. За поворотом был ещё один маленький коридор. Пройдя по нему, я обнаружил тяжёлую дверь, которая вела к помещению с рядом камер. Ну вылитая темница — разве что, слегка нелегальная.
Смутные силуэты нескольких человек, затихших от ужаса, виднелись внутри. Впрочем, уже через секунду кто-то подскочил к железной решётке и взвыл:
— Наконец-то! Вытащи меня отсюда! Ты знаешь, сколько ты за это получишь? Двадцать! Пятьдесят, нет, сто!
Хорошее предложение, но нет. Здорово быть графским сынком; насколько я знаю, эта сумма для меня — не деньги.
— Ш-ш-ш, — я поднёс палец к губам, заставляя мужчину замолчать; тот подчинился, очевидно, от шока. Он не знал кто я, и чего от меня ждать. Смешно — быстро же понял, что я здесь не его вытаскивать. — Амелия-я, ты где? Если мы не уйдём сейчас, я буду вонять до конца жизни.
И действительно. Я много где побывал — карьера у меня была красочная. Но никогда не любил канализации — и уж тем более, не испытывал желания в ней поплавать. Вот же дурной неудачник.
В темноте что-то зашелестело. Я разглядел край белого передника, прежде чем броситься к камере и взломать замок.
Магией. Я ведь даже не взял с собой отмычки.
Магия, впрочем, и сама неплохо справлялась — правда, не быстро. Ужасно медленно, больше чем за десять секунд. Невероятная скорость для человека, но острый магический ус..? Ну нет.
Я распахнул дверь и вошёл в камеру. Как и ожидалось, там была горничная. Она лежала ничком, и всем, что смягчало неудобное пребывание взаперти, была куча подъюбников — так и знал, что от них есть неочевидная польза. Амелия была связана по рукам и ногам. Дышала она шумно, но ровно; взглянула на меня разок и закрыла глаза от напряжения. Да, будь я хрупкой горничной, тоже свалился бы в обморок. А почему бы и нет?
Я разрезал верёвки и подхватил Амелию, чтобы выбежать из помещения под пару разочарованных окликов других заключённых. Там, где я столкнулся с людьми «Когтя», было светло: наконец-то я смог разглядеть синяки и кровоподтёки на бледной кожи девушки.
Я покачал головой. Ну, повезло, что она вообще жива. А ведь я мог бы наткнуться на её холодный труп. Не то чтобы это могло сильно меня огорчить — я уже терял подчинённых и напарников, и это было вполне привычным делом.
Но почему я вообще отправился за Амелией? Вот это действительно загадка. Ведь мог бы спокойно достать новую горничную — а где и вообще берут-то? — и жить себе спокойно, ан-нет. Захотелось мягкому месту приключений и героического спасения дамы в беде.
Странно-то как.
Выбирался из-под земли я дольше, чем сюда спускался. Наверное, забыл учесть поездку на чужом плече. Да и Амелия не Дюймовочка. Вообще не знаю, откуда взялся этот миф, что в таскании женщин на руках нет ничего сложного, и вообще это проще простого. И в подземных проходах, и в бою, и когда надо в чём-то держать фонарь.
А рук у меня не десять, всего две, и те хлипкие, того гляди переломятся. Вот тебе и героическое спасение. Ну если не могли меня закинуть в сильное тело, хоть бы подобрали чуть более близкое к оригиналу по параметрам. А, боги, ну что это такое, я вас спрашиваю? За недельку особой массы не накачаешь!
Оказавшись на улице, я наконец-то глубоко вдохнул и чуть не столкнулся с кем-то нос к носу.
Вивьен оглядел меня с интересом и выдавил:
— А ты действительно оттуда вышел?
— Ты что, ждал тут всё это время?
— Нет, — мотнул головой он; мы стояли в подворотне возле люка, скрывавшего лестницу к подземным ходам. Мужчина вытащил из-за пазухи промасленный бумажный пакет и потряс им. — Я уходил купить поздний ужин. Но было интересно, выползешь ли ты живым.
 
Я скривился.
— Ну здорово.
— Вообще-то, я должен получить свои деньги, — пожал плечами Вивьен. — Конечно, я должен был тебя дождаться. Мешочек золота — не шуточные деньги.
Пф-ф, если ты так думаешь.
Впрочем, Вивьен очень помог. Кажется, всё что он делал, он делал из чистого интереса и желания завладеть желанными деньгами; было не сложно уговорить его помочь мне доползти до Типрихса.
Правда, когда он снова пробурчал что-то вроде «ну и школьники в наше время», я всерьёз подумал о том, чтобы его придушить.
Я-то думал, что просто пробраться в Типрихс легко. Но ещё проще пролезть туда с посторонним человеком — а ведь даже не ночь. У наёмника, конечно, должен быть опыт, но системы безопасности в который раз подкачали. Зачем нужны ворота, которые открывает только студенческая карточка, если забор рядом может перелезть любой человек с улицы?
Моя комната, ну… Для обычной студенческой комнатушки она многое пережила. Сейчас Амелия, которую я наскоро подлатал, лежала на кровати. Я же собирал плату для Вивьена под голодное вяканье Уродца.
Боже мой, эту хрень ещё и нужно кормить. Ни одной свободной минуты!
Я бросил Вивьену обещанный мешочек золота. Тот порылся внутри, рассматривая монеты, и прикусил одну.
— Сойдёт, — кивнул он. Сойдёт? Что он хотел увидеть, сотню слитков? Золото ему недостаточно блестящее? — Тогда я откланяюсь. Если твои расценки будут так же хороши, свистни — с радостью на тебя поработаю.
— И где я тебя найду? — я фыркнул и тихо пробурчал: — Мобильников нынче нет.
Вивьен пожал плечами.
— Там же, где и всю нашу братию. Разминёмся — скажешь, что ищешь меня, и всё как-нибудь решится.
Затем он подобрался к окну, сел на подоконник и выскользнул наружу. Этаж не первый — что уж говорить, даже не второй. Знать не знаю, как он там свои акробатические трюки исполняет, но бежать смотреть я не собираюсь.
Все делают эти штучки, чтобы покрасоваться. Даже я.
Кажется, Вивьен ожидал, что я знаю, как в этом мире связываются с наёмниками. Жаль его разочаровывать: понятия не имею, и искренне надеюсь не узнать. Думаю, наши пути больше не пересекутся.
Может, стоило его убить? Да, недочёт вышел; я покачал головой и закрыл окно. Чёрт с ней, с этой осторожностью. Альберих, ну зачем ты оставил мне кучу проблем, в которых я должен копаться? Ладно, когда на мою шкуру охотились, но с тобой-то, младший графский сын и общепризнанно бесполезный член общества, что не так?
И, Мапель Эльдалиэва, иди-ка ты знаешь куда?!
Я вздохнул. Ну и чего я разнервничался из-за каких-то глупостей? Вот она, эмоциональная нестабильность. Впрочем, меня можно понять: попал в тело бесполезного богатого отпрыска, снова молод и свеж. Казалось бы, долгожданный отпуск после вечной борьбы за жизнь. Наконец-то можно расслабиться!
И опять судьба показывает фигу.
Наконец-то отмылся. Хорошо пахнуть по-человечески. Я и забыл, каково это — быть тем, кто сидит в грязи и падает в нечистоты. Очень отражает социальный статус. А ведь я думал, что уже перешагнул эту стадию, и произошло это давным давно.
Около часа я приглядывал за Амелией. Все оказалось не так уж и плохо — избили, с кем не бывает, но явно со знанием дела. Покалечить не пытались; в их планах было оставить её способной ходить и двигаться. Возможно, очень активно.
 
Я с сомнением глянул на Амелию.
Убить её после этой неприятной ночки было бы обидно. Зря что ли горбатился?
Я почувствовал слабый укол вины. Да, не так уж сильно я ей дорожу. А хорошая девчушка; впрочем, я и от людей, которых знал годами, избавлялся. Что мне эти полторы недели знакомства?
Очередной вздох. Эх, Алекс, какой же ты мудак. Ну разве есть у тебя повод так к ней относиться — особенно в совершенно новой жизни?