Г.Р.О.М. (СИ)

— Не спорю.
— Я вот что хотел обсудить…
Чекист ненадолго замолчал, пропал в собственных мыслях. Может, о детях задумался, вспомнил, что и второй пацан есть, о котором он уже подзабыл из-за трагедии первого. А то и второго сына ждёт не лучшая судьба, слишком похожая на судьбу первенца. Может, отец и займётся им, и в этот раз со вторым ничего подобного не случится.
Ну или хитрый комитетчик сейчас попробует сбить меня с толку. Ну или всё разом.
  
Так и вышло.
— Кто Зиновьева грохнул? — спокойно и буднично спросил он, но всё равно, пытаясь сбить меня с толку.
— Ну, спросите у того, кто замочил Беляша, — парировал я спокойным голосом, даже не растерялся. — У них там вчера месиво было, по новостям говорили. Но вообще… Зиновьев же ведь не только барыг крышевал, да? И друзья у него были, так что закрыть его официально не вышло бы никак… если за эту цепочку потянуть.
— Друзей у него нет и быть не могло, у таких как он друзей не бывает, — Иванов снова крепко задумался, но говорить он стал спокойнее. — Зато у него всякие знакомые были. Но не на работе, своим ближайшим коллегам он не верил, зато тем, кто подальше, в других близких структурах… Но вообще, может… хм-м…
— А у него самого была крыша? — спросил я. — А то везучий он больно… был.
— Был? — он сощурил глаза.
— Ну да. Вы же сами сказали, что его грохнули, — заметил я. — Вдруг крыша собственная есть. Как он так долго на плаву держался? Должны же были знать, чем он занимается в свободное время.
— Ну, знаете, Алексей Матвеич, на крышу лезть опасно, упасть можно, — предупредил Иванов. — Но с крыши вроде и видно дальше, да вот всё равно хрен разглядишь, что внизу происходят.
Кажется, мы увлеклись намёками и полунамёками. Он явно понимает, что я знаю больше, но его это будто устраивает. Будто устраивает само решение вопроса таким образом… будто не мог он добраться до него иначе. И сам даёт намёки в ответ, а не пытается выбивать из меня показания.
И про крышу сказал, что есть и опасная. Но слишком они высоко, чтобы смогли разглядеть меня. Пусть пока так и остаётся, а потом они крепко удивятся.
— Знаете что, Коршунов? — всё ещё вежливо произнёс комитетчик. — Ваш номер у меня есть, а вот мой, прямой, если понадобится.
Он полез за визиткой во внутренний карман, а под пиджаком стала видна кобура с пистолетом. Старый добрый ПМ, только рукоятка чёрная и шире обычной. ПММ это, модернизированный Макар. Не знал, что у ФСБ такие на вооружении. И почему полковник носит оружие? Он кабинетный начальник, такие обычно не вооружаются, им пушки без надобности.
— А то мало ли, как вы говорите, вдруг цепочку выйдет потянуть… — проговорил чекист, глядя перед собой. — Особенно если эта цепочка — от бачка в туалете, потянешь — всё и выпадет, вода польётся. Но если будет какая-то конкретика — звоните.
— Обсудим.
— И кстати? — Иванов будто только что вспомнил что-то важное. — Что за Г. Р. О. М. на вашей визитке? Почему про него никто не знает?
— Скоро открытие, узнаете. Даже приглашу. Может, коньяк будет.
— Не забуду.
Машина всё это время ехала дальше вдоль трамвайных путей. Вскоре высадили меня там, где я хотел, как раз напротив РОВД, рядом с пивнушкой.
И там как раз сидел капитан Епифанов из разрешительной системы, его видно через окно. Ну, время я себе экономлю. Капитан посмотрел на нас с тревогой, особенно на Иванова. Знает он его и побаивается, как-то доводилось им пересечься, и опыт для Епифанова был неудачный.
Тогда используем это, чего время терять?
Я крепко пожал Иванову руку на прощание, чтобы Епифанов это увидел. Полковник немного удивился, но ничего не сказал. А я вышел из машины и сразу направился в пивнушку.
Епифанов пил пиво. Усатый мужик с большой лысиной в ментовской рубашке, которая сильно натянулась на объёмном пузе, меня пока не заметил, да и не знал он меня ещё лично. Но в машине Иванова должен быть видеть.
— Товарищ капитан, — я подошёл к Епифанову, и тот вздрогнул, немного расплескав пива из полной кружки. — Ко мне тут обратились знакомые, у них, якобы, нарушения выявлены, и лицензию на работу отбирают. Вот, пошёл по друзьям, чтобы решить вопрос, и… — я показал в окно, где девятка с Ивановым ещё не уехала, а полковник говорил с кем-то по мобиле. — Так вот, давайте обсудим, зачем сразу отзывать лицензию? Дайте им время устранить замечания, он же только за, сами хотят по закону работать. И всё оперативно исправят.
— Это насчёт конторы Чернова? — тут же вспомнил он и с опаской посмотрел в окно. — Да там, по сути, и немного пунктов найдено. Надо просто устранения нарушить… кхм-кхм, нарушения устранить, и всё. А речи об отзыве лицензии и не идёт, вы что?
— Тогда обрадую друзей, — с намёком сказал я.
— Я акт осмотра им пришлю сегодня, пусть всё проверят по нему, — Епифанов вытер вдруг вспотевший лоб. — Ну и всё… и ствол верну, само собой. Там просто замок сменить на второй двери в комнату, которая из решётки, хлипкий он. И сейф с оружием к стене приделать, а то он на болтах ржавых держится. Там решётка же есть, к стене намертво приделанная, приварить к ней сейф и готово, вопросов больше нет. Приду тогда и акт подпишу новый.
— Ну вот и славно, — я взял солёную фисташку из чашки, стоявшей перед ним, разломил скорлупу зубами и съел на ходу.
Иванов всё ещё не уехал, ждал меня у двери. Вид у него стал недовольный.
— Это ты меня сюда привёз, чтобы свои проблемы решать? — возмутился он.
— Да я твою фамилию даже не упомянул, — вполне честно сказал я. — Мало ли кто там сидит снаружи, может, дела там у тебя. А тебе и делать ничего не пришлось, сидел себе в машине, а я вопрос важный порешал.
— Ну, Коршунов, ну ты даёшь.
Он усмехнулся, сел в машину, и водитель тронулся с места.
* * *
До назначенного часа встречи с Юлькой у меня дома ещё оставалось время, и я решил закрыть ещё пару вопросов.
Жаль, что пока в фирме Чернова ещё нет своих частных детективов, так бы отправили поработать, узнать про владельца вчерашнего Мерседеса.
Можно обратиться к кому-нибудь из частников, по пока никто не знает, кто владелец, лучше не светиться самому лишний раз. А то вдруг кто влиятельный, сдадут меня, скажут, мол, кто-то вашей машиной интересуется…
Я поехал на Остров. Там, за овощебазой была небольшая мастерская. В ней делали мебель на заказ, достаточно дорогую по местным меркам, но заказы были всегда. Иногда там подрабатывал мой дядя. Хотел с ним поздороваться, а то когда снова оказался в этом времени, видел его всего разок.
Ну и другая причина — там по соседству было СТО, и там работал Валерка, которого я сегодня видел на рынке. Но подходить к нему не стал, ведь он же меня ещё не знает. Странное ощущение: ты сам про человека знаешь всё, общались, в передрягах бывали, выпивали, видел его смерть, думал об этом годами, смирился… а сейчас его видишь живым и здоровым, но ты сам для него никто, какой-то непонятный парень, которого он видит впервые в жизни. Да, очень странное.
Сначала зашёл в мебельную мастерскую. Едва открыл дверь, как сразу запахло свежими опилками, ими был завален пол. Ревела циркулярка, толстый рыжий мужик, чем-то похожий на Карлсона, вырезал детали из широкой доски. Мизинца у него не было, и я, видя его манеру опасно держать руку у пилы, совсем не удивился.
Я кивнул ему в знак приветствия и прошёл дальше, в подсобку. Там сидели мастер, сборщик и водитель, ну и дядя Юра тут как тут. Но собрались они там не просто так: на столе перед ними стояла сковородка с жареной картошкой, сбоку примостилась открытая банка с сайрой, рядом тарелка с крупно порезанным чёрным хлебом, ещё были варёные яйца, лук, солонка, ну и водка, которую только что закончили разливать.
  
— Приятного аппетита, — сказал я. — Во всю трудитесь, я смотрю. Здорово, дядя Юра!
— Вот те на, ядрёный корень, — дядя поставил стакан на место. — Какими судьбами, племяш?
— Да тут в контору новую устраиваюсь, а у них мебель — дешёвый хлам. Может, чего сообразить можно? Что у вас есть подходящего?