Г.Р.О.М. (СИ)

— Вот это? — Чернов всё никак не мог перестать удивляться. — Почему ОББ? Почему «Г. Р. О. М.»? В честь Громова? А точки зачем?
— Придумаем потом расшифровку. И форму. И шевроны даже нашьём, и на тачки эмблемы сделаем. Слушай, — я наклонился и поманил его к себе. — Думаешь, я прикалываюсь? Или молодой парень бабками разжился и бизнес решил открыть, потому что все так делают?
  
— Если честно, — он с хрустом почесал бритый затылок. — Ну…
— Так вот… в ближайшие месяцы ожидается крупный контракт от одного московского богатея. А то его братва клюёт, и ему понадобится охрана на его точки, и анализ тех, кто на него наезжает. Куш — приличный, на миллионы. И если к тому времени всё подготовим и специфику рабочую под него сделаем как надо — дело выгорит. Потому что никто в области такое не обеспечит в короткий срок, а вести спецов оттуда — дорого очень, невыгодно, проще на месте искать. Причём сделаем по совести, чтобы не развод голимый, а всё по чесноку, надёжно, чтобы прям и дальше хотел с нами работать.
Вот это ему понравилось, и всё ему сразу стало понятно. Ну, про контракт я пока не уверен, что будет, но подходящего богатея с фамилией Александров знаю, он как раз был третьим, с кем я тогда хотел познакомиться, когда только начинал планировать, что делать дальше.
С Ивановым и Некрасовым, двумя людьми из этой тройки, я повстречался, остался только этот промышленник Александров, которому и правда портит кровь местная братва по наводке от конкурентов.
Но это всё постепенно, чтобы не спугнуть. Надо ещё сил накопить для такого крупного дела. И подзачистить самых наглых бандюков.
— Ну это интересно, — проговорил Чернов. — А то у нас вся работа — дальнобоев сопровождать, если груз дорогой. Так прикинь, что сейчас говорят? Мол, раз банду разбили, то грабить фуры больше некому и нужды в ваших услугах нет. И нахрена мы ментам помогали? — он развёл руки в стороны. — Сами себе всё испортили. Как в анекдоте про адвоката, слыхал? Папа, я в суде за один день дело выиграл, которое ты тридцать лет выиграть не мог?
— Слыхал, да. Мол, тупой ты, сына, мы тридцать лет этим делом жили, кормились, кто теперь нас кормить будет?
— Вот-вот, — он заулыбался.
— А ты честный человек, кстати, — я посмотрел ему в глаза. — Другой бы на твоём месте на своих ребят напялил бы маски, и сам бы наехал на фуру, типа, платите за проезд. А потом бы ещё пришёл к коммерсанту, мол, опять бандиты лезут? Так помогу, расценки знаете.
Чернов потупил взгляд, подумал, а потом захохотал.
— Вот же блин, даже в голову не пришло.
— Теперь уже не надо, оставь на крайний случай, — мы снова посмеялись. — Будет нормальная работа. Короче, звони, а я скоро приду с адвокатом. А это, — я пододвинул к нему две пачки денег. — Мой первый вклад в общее дело, аванс. А второй вклад — пошёл я, короче, вашу разрешительную систему душить. Кажется, знаю я, кто там сейчас рулит.
— Пистолет они забрали, — напомнил он. — Не то чтобы нужен сильно, но он у нас один. Мало ли, пригодится.
— Вернут, — пообещал я.
* * *
Теперь надо отправляться в местную разрешительную систему — они же выдавали лицензии частным охранным фирмам и охранникам, и сами же их гоняли за любое нарушение. С начальниками разрешительного отдела предпочитали дружить директора любых ЧОП, иначе работа станет совсем невыносимой.
Я знал и старого начальника отдела, и его зама Епифанова, который со временем сам станет руководителем, но ненадолго. И да, он правда взятку тянул с Чернова, намекал именно на это, а пока прессовал, чтобы запросить побольше.
Он такой и есть. Потом уедет в Нижний Тагил, но не работать, а пожить на несколько лет, там как раз есть подходящее место для таких, как он — «красная» зона.
Но обойдётся этот любитель пива и без взятки, найду к нему подход. И по пути увидел возможный шанс, как на него повлиять.
Хотел вызвать такси на выходе из конторы, но увидел вишнёвую девятку, которая торчала у остановки трамвая. Водитель в костюмчике вылез и помахал мне рукой. Хм… этого мужика не знал, но зато знал того, кто сидел на заднем сиденье.
Угу, решили обсудить нюансы вчерашнего дела? Ну, почему бы и нет. Так что подошёл без лишних сомнений.
Водитель открыл мне заднюю дверь, садись, мол. Но я сначала заглянул в салон.
— Доброе утро, Алексей Матвеич, — произнёс сидящий там полковник ФСБ Иванов. — Как ваша жизнь молодая?
Трезвый как стёклышко, выбритый, будто вообще не пил. И на «вы» снова, хотя когда напьётся, снова будет говорить по-простому, на «ты», иногда срываясь на угрозы.
— Не жалуюсь, Валентин Сергеич, — я оглядел машину. — А вам разве девятка положена? Думал, полковникам ФСБ тачку покруче дают.
— Моя тридцать первая в ремонте, — пробурчал он. — Езжу на том, что дают.
— О тридцать первая! «Волга» особая, «догонялка»? А я думал, вы все на Мерседесах гоняете, — я усмехнулся и сел на сиденье.
— А почему именно Мерседесы? — тут же спросил Иванов, хитро глядя на меня. — Видели где-то, Алексей Матвеич?
— По ящику, — я пожал плечами. — И в журнале листал, видел там, бронированный кабанчик. Вот бы такой завести. А у вас что, кто-то из коллег ездит на таком?
Он чуть помотал головой и поцокал языком.
— Не положено, хотя бывшим сотрудникам это никто не запретит. Но вы много спрашиваете, — Иванов наклонился ко мне. — А в городе Мерсов не так много, да вот иногда приезжают из соседней области. Видели, может?
— Не-а. Так бы сразу заметил, в городе один шестисотый, но он старый совсем. Новый бы сразу на глаза попал.
Так-так-так, не без причины он это говорит и спрашивает. Хочет понять, не видел ли я тех людей, которые приезжали к оперу на Мерседесе? Хотя я не сказал «нет», но тонкие намёки ему сделал, он понял их, и в ответ тоже кое-что сказал.
Упомянул про то, что это бывший сотрудник Комитета, и что машина из соседней области. Но номера я не видел, темно было.
Нравится эта конспирация Иванову, его хлебом не корми, дай что-нибудь такое сказануть, особенно когда трезвый. Он же раньше в контрразведке вроде бы работал.
Но работаем с тем, кто есть. Я вот тоже намёки делать умею.
— А где Наум? — продолжал напирать он.
— А откуда я знаю, — я развёл руками. — Он мне не друг, чтобы я им интересовался. Может, он вообще свалил в Китай. В Маньчжурию, допустим, уехал.
— Угу, уехал, — чекист хмыкнул. — А брат что говорит?
— А насчёт брата у нас договорено было, что его никто не трогает. Вот он и отдыхает от городской суеты. Как только пойму, что ему ничего не угрожает — вернётся, поработаем. Знаете, он тут решил сменить деятельность, надоел ему бандитский беспредел, хочет честно работать.
— Вот как? — Иванов всё сверлил меня взглядом. — Ну, мы его и не трогаем, пускай отдыхает, — он махнул рукой водителю. — Езжайте, Виктор. Вперёд куда-нибудь.
— А добросьте меня до РОВД, — предложил я. — Надо по работе всё решать, а тут вы как на удачу. Вот и поговорим по дороге.
Чекист кивнул, водитель поехал вперёд. Солнце светило в глаза, он опустил козырёк.
— Так вот, я новости смотрел, — сказал я, садясь поудобнее. — Вроде бы операция успешная выдалась.
— Очень, — пробурчал полковник и замолчал на пару секунд… и вдруг спросил с напором: — А где Зиновьев?
— Ну, с ним-то я тем более не общался, — абсолютно честно произнёс я.
А что, это чистая правда, я ему ни слова вчера не сказал. Сразу пальнул.
— Вот вы, Коршунов, вчера покладистее были, на контакт шли, — Иванов хмыкнул. — Но смотрите сами. Если что…
— Если что, мой номер у вас есть. Мне-то главное — что брата пока не трогают… некому больше. И от друга с его младшим братом тоже отстали, а то подсадить его хотели на дурь.
  
Я сделал короткую паузу, глядя в окно на город.
— Родные и друзья всегда важны, — продолжил я. — У меня детей нет, а у вас сын же ещё младший.
— Хм, — он посмотрел на меня и задумался. — Ну, моя семья — моё дело. Ну а ваша — ваше.