Мать и Колыбель (СИ)

— Хельс, замолкни! — рявкнул на него Гаральд и строго бросил Акме: — Не отвлекаться!
— Отставить! — весело воскликнул принц Арнил. — Мы пришли с обедом.
Из-за деревьев с добычей вышли принц, Элай с четырьмя крупными кроликами и Торкьель с тремя утками.
— Ай да обед! — обрадовался Хельс. — Ай да охотники!
— До ужина ещё настреляем! — пообещал Элай, с горделиво выпяченной грудью поглядывая на принцессу, любезно ему улыбнувшуюся.
— На сегодня достаточно, — тихо произнёс Гаральд, внимательно разглядывая Акме, потиравшую оставленный им крупный синяк на рёбрах. — Я сильно задел вас?
— Нет, — мягко отозвалась девушка. — Это просто было неожиданно. Но более я не посмею считать ворон.
Путники, соблазнённые ароматом готовящегося супа, постепенно собирались у костра. Элай, тщетно пытавшийся заинтересовать Плио подробностями охоты, хмуро взирал на то, как принцесса слишком часто отвлекается на эрсавийского барона, которого к костру вела улыбающаяся Акме.
После сытного обеда целительница, наметив любопытные большие камни, которые чертой пересекали стремительную беспокойную реку, избавила ноги от башмаков и босиком отправилась на середину реки, ловко прыгая со скользкого камня на камень, не боясь ни страшных волн, ни высоты.
— Вернись, безумная! — крикнул ей брат, поднимаясь. — Где твоя голова?
— Не тревожься, целитель, — улыбнулся Хельс. — Искупается в холодной воде и ладно. Более туда не полезет.
Акме лишь сделала брату ручкой, села на камень посреди реки спиной к спутникам, закатала штаны по колено и опустила стройные ножки в воду. Волны приятно ласкали кожу и массировали гудящие ступни.
— Не холодно тебе? — крикнула ей Плио с берега.
— Нисколько, — улыбнулась та.
— Мне туда лезть не хочется: я ужасно неуклюжая.
Акме болтала ногами в воде, будто ребёнок. Подняв голову к небу, подставила лицо сильному ветру и в наслаждении закрыла глаза. И вдруг на противоположном берегу услышала шорох. Меж густыми кустами узрела глаза — большие и янтарные, непохожие на глаза какого-либо лесного зверя. Они в упор пристально глядели прямо на неё.
Застыв от ужаса, она побоялась двинуться. Перед ней встала картина их с Гаральдом поездки за Кеос, где на них напал кунабульский демон.
«Они преследуют нас?.. — в ужасе подумала она. — Они идут за нами по пятам, поскольку чувствуют нас!.. Сколько их?».
Акме обернулась к своим спутникам, намереваясь незаметно от врагов дать им знак, что они в опасности, но путники более не смотрели на неё и были заняты беседой. Лишь Гаральд заметил её волнение. Молодой человек медленно поднялся и сделал несколько шагов по направлению к ней.
Жёлтые глаза оставались на месте. И вскоре помимо глаз появилась и тень — туловище, крупное и косматое.
— Боже!.. — выдохнула она, намереваясь встать, но ужас сковал её и сделал ноги деревянными.
И, поскользнувшись, она взвизгнула, дёрнулась, потеряла равновесие и полетела в воду. Холодная вода сомкнулась над ней и сильными потоками обхватила её руки и ноги, потянула ко дну, не позволяя вынырнуть. Девушка не могла понять, где дно, а где поверхность. Её уносило дальше, а воздуха не хватало. Акме схватилась за дно руками, но ни сучка не попалось ей, ни коряги, лишь мелкие острые камни.
В глазах начало темнеть, когда чья-то крепкая рука схватила её и потянула к свету. Воздух вытолкнул из её лёгких воду, и Акме закашлялась, отплёвываясь и высвобождая дыхательные пути. Когда прошли первые волны паники, она увидела, что к берегу её тянул Гаральд Алистер, а поток оказался слишком стремительным, и он не справлялся. Река уносила их всё дальше и дальше от лагеря.
Тогда Акме начала работать ногами, а потом помогать руками, чтобы не потянуть их обоих ко дну.
— Ещё немного! — воскликнул он, перекрикивая рёв волн.
Несколько пар рук нагнали их и вытянули туда, где они могли не только достать до дна, но и уверенно встать на него. Гаральд обхватил девушку, вытащил на берег и, рухнув рядом с ней на колени, выдохнул, будучи не в силах отдышаться:
 
— Жива?..
— Да, — почти выкрикнула она откашливаясь.
— Я же говорил тебе! — восклицал Лорен, оглядывая сестру и обнимая её.
— Демон! — выдохнула она. — Там был демон!.. На том берегу!.. Я видела его! — она дрожащей рукой указала в сторону камней, на которых сидела.
Авдий и Хельс направилась туда. Прибежала принцесса с покрывалом и накрыла Акме, растирая её.
— Вы простудитесь, переоденьтесь, — выдохнула сестра целителя, обращаясь к Гаральду.
Прерывая тяжёлое дыхание, Гаральд расхохотался и воскликнул:
— Она едва не погибла, но заботится о других. Вы только поглядите на неё!
— Едва не погибла по собственной глупости! — негодующе воскликнул Лорен, помогая сестре подняться. — До чего глупая девица!..
Авдий Веррес почти сразу же распорядился о немедленном снятии с места и отъезде. Они не нашли демона, но обнаружили его следы. Пострадавшая и её спаситель быстро переоделись и не заставили отряд ждать ни минуты.
До вечера они искали подходящее место и лишь ближе к сумеркам нашли его. Разбили лагерь подальше от воды и лишь благодаря настояниям Лорена разожгли костёр. И Гаральду, и Акме было необходимо приготовить горячее лекарство.
— Ты вновь спас мне жизнь, Гаральд… — прошептала Акме, стоя, завернувшись в одеяло, неподалёку от лагеря. — Прости, я подвергла тебя опасности!..
— Ты обязана мне лишь тем, что более не станешь так рисковать, — тихо ответил он, приближаясь к ней. — Мне не за что тебя прощать.
Акме, стоявшая к нему спиной, обернулась. Он был одет в колет, довольно лёгкий для столь прохладного вечера.
— Признаться, я перепугался, когда ты упала в воду, а потом не вынырнула. Мне показалось, что мир мой рушится.
Целительница чувствовала, что чем дольше смотрит в его глаза, тем безнадёжнее попадает в его ловко расставленные сети.
— Пока ты в безопасности и стоишь рядом со мной так, как сейчас, мой мир будет непоколебим.
Акме знала, пока его руки были заложены за его спину, её мир будет непоколебим.
— Все отходят ко сну, — сказал Гаральд. — Я вынужден с тобой расстаться.
— Но лишь на одну ночь, — брякнула она, смутилась, покраснела, буркнула: «Сладких снов, сударь!» и поторопилась покинуть его.
На следующий день на очередном привале мужчины затеяли ещё более плотный обед. С шутками да прибаутками Хельс разливал суп, распространяющий по всему лесу изумительный аромат. Вдохнув запах супа из кролика, Лорен улыбнулся и весьма щедро похвалил стряпню друга и Руфина.
Акме была весьма предупредительна, и ещё до того, как Гаральд, вместе с Авдием обследовавший другой берег, вернулся, накрыла для герцогского сына рядом с собой.
— Я не съем всё это… — шепнул ей мужчина. — А если и съем, то не заберусь на коня.
— Заберёшься, — обронила Акме, порозовев от его улыбки и удивлённого взгляда.
— Здесь слишком много людей… — сам себе шикнул Гаральд, но девушка услышала его, и ей захотелось прижаться к нему.
— Ах, как полезно для желудка! — всё нахваливал Хельс, отправляя в рот первую ложку. — Веррес, ты будешь есть или нет? Чего расселся?..
Авдий Веррес напряжённо смотрел на лошадей, и взгляд этот не понравился никому. Животные прядали ушами, фыркали и всхрапывали, беспокойно дёргались, переминались с ноги на ногу и настороженно поглядывали в лес.
— Волки?.. — предположил Буливид, но в голосе его послышалась тревога.
— Это ещё полбеды, если серые… — тихо проговорил Авдий Веррес, стараясь не отрывать взгляда от сплошной стены леса.
Пообедали без приключений, наевшись до отвала.
— Пора собираться в дорогу, — напомнил Авдий, хмуро переглянувшись с Гаральдом, который направился поближе к лесной стене.
— Несколько минут отсрочки, полагаю, погоды не сделают, — заметил Хельс, поглаживая живот. — Мы так наелись, что сразу взваливаться на коней вредно…
— Хитёр! — усмехнулся Кицвилан, собирая вещи. — Тебе лишь бы вино глушить да брюхо набивать…