Мать и Колыбель (СИ)

— Но герцог, если Селим… господин Гаральд смог убить его своим мечом, то остальных тоже можно… — в панике воскликнул Бейн.
— Можно, — прервал его Аберфойл, подходя к целителю. — Но их много больше, чем нас. Быть может, им нет конца. С вашего позволения, мне нужно вернуться в гостиницу, а Его Милости Лорену и сударыне Акме следует начать собираться. Мы вернёмся на рассвете.
— Нет! — вопль целителя вспорол неестественную звенящую тишь ночи. — Аберфойл, дай им хотя бы месяц! Пусть здесь, в Кибельмиде, они дождутся окончательного решения карнеоласского государя!
— Они вернутся, если не смогут помочь нам в войне.
Бейн Фронкс молча ушёл в дом.
Акме внимательно осматривала зверя из другого мира, медленно прохаживаясь вокруг него и холодея от ужаса при мысли, что подобных ему так много, что они могут уничтожить весь Архей.
Она протянула руку, чтобы коснуться его.
— Не трогайте! — резко воскликнул Гаральд. — Их кровь ядовита!
Девушка внимательно поглядела на мрачного Гаральда, обманувшего её дважды, но и дважды спасшего её, и молча вошла в дом следом за дядей, позабыв о приличиях и не пожелав никому из присутствующих спокойной ночи.
Она нашла Бейна Фронкса в библиотеке. Он сидел за столом, запустив длинные пальцы в седоватые волосы. Девушка медленно подошла к нему и положила ладонь на голову. Дядя поднял к ней бледное, залитое слезами лицо и прижал к себе. Потрясённая этим мученическим горестным взором, Акме затряслась и зажмурилась. В кабинет вошёл Лорен.
— Я не отпущу вас! — воскликнул он срывающимся голосом. — Ближе вас у меня никого нет. Я одинок без вас. Более всего на свете я боялся этого дня. Не верил, что герцог вернётся. Я не поверил ни единому его слову, которыми он потрясал меня в ту ночь, когда вас привезли. Как же вы теперь?.. Поеду с вами!.. — он вскочил со стула, а взгляд его затуманился.
— Нет! — хором в испуге воскликнули брат и сестра, усадив его на место.
— На кого ты оставишь свою больницу? — пробормотал Лорен. — Мы вернёмся и продолжим наше с тобой дело, дядя.
— Хотя бы до Кеоса, — отсутствующе пробормотал Бейн.
— Нет, — возразила Акме. — Путь долог. Мы будем писать тебе.
В глазах Бейнардия Фронкса не было ничего, кроме горя и ужаса.
— Вы — целители. Вы спасёте всех, ибо таково ваше предназначение, которое я по своей ошибке повесил на вас, отправив в Орн учиться столь неблагодарному ремеслу. Но никто не потрудится спасти ваши жизни.
— Дядя, — прошептала Акме, улыбаясь сквозь слёзы, алмазной змейкой заструившиеся по её лицу. — Я доведу Лорена до конца, он станет героем, как наш великий предок, и слава его загремит в веках.
— Лорен, ты хотел стать целителем. Моя больница — твоя больница. Акме, будь целителем, я не стану мешать тебе. Герои смертны! Помимо глухой и ржавой славы их останки осыпаются песком в их могилах и усыпальницах, — мрачно пробормотал Бейн. — Атариатис Рианор тоже был героем. Но что с ним стало?! Не такой судьбы я хотел для вас…
Бейн Фронкс обнял обоих своих племянников и тихо всхлипнул. Почему-то он не сомневался, что королю Карнеоласа всё-таки понадобятся их услуги.
На сон не осталось ни времени, ни желания. Бейнардий Фронкс наставлял племянников, давал им те или иные полезные снадобья.
Акме искупалась перед дорогой, собрала оставшиеся вещи и вышла на улицу, где уже их ждали пятеро всадников, завернутых в чёрное, среди которых были и герцог Атийский, и Гаральд.
Солнце ещё пряталось за цепями нескончаемых гор, но уже касалось воздуха, окутанного промозглым туманом, бледным золотом своих разлапистых лучей. Труп демона убрали, а потом сожгли, а ядовитую чёрную кровь впитала земля, слегка почерневшая от боли.
— Вы бы позавтракали хотя бы, — ворчал Бейн, обращаясь к герцогу и его спутникам.
— Благодарю, но нам нужно выбраться из Кибельмиды до рассвета, — сказал Аберфойл Алистер.
— Чудное вино у вас, господин Бейнардий, — добродушно заметил один из спутников герцога, однако пряча глаза. — Дьявол не в состоянии найти такого…
Едва он сказал это, Дорин вышла к нему с двумя внушительных размеров бутылками.
 
— Куда ж столько!.. Ох, благодарствую! — тот остался доволен.
— Акме, — Лорен поймал сестру за руку и отвёл в кухню, чтобы их разговор не услышали на улице. — Пока не поздно, откажись! Из Кунабулы ещё никто не выбирался живым. Герин Дальн… Хельс говорил, что ты не обязана ехать.
Акме состроила нежную улыбку и прошептала:
— Чёрт бы тебя побрал. Разумеется, я поеду! Кунабула, демоны, Рианор — всё это вздор. Мы с тобой оба знаем, что король Трен ошибается на наш счёт. Мы приедем в Кеос, он поглядит на нас и отошлёт прочь. Не отправит нас в Кунабулу, мы просто неспособны противостоять ей. Мы не Рианоры, братец. А если и Рианоры, у нас нет никакой рианорской Силы. Но если мы пойдём в Кунабулу, я буду идти, даже если сил у меня не останется. И не говори мне, что сможешь без меня.
— Акме, нет… послушай!..
— Хватит! — сквозь стиснутые зубы отчеканила Акме, оттолкнув его. — Мне будет лучше и спокойнее с тобой рядом даже на смертном одре. А теперь пойдём. Нас заждались.
Лорен заглянул ей в глаза и подозрительно прищурился:
— Не за Селимом ли ты идёшь?..
Глаза Акме вспыхнули гневом, лицо побледнело, она стиснула зубы.
— Я всего лишь хотел проверить!.. — поспешно воскликнул Лорен.
Акме Рин сидела на вороном жеребце Карне, который нетерпеливо мотал головой и бил копытами о заледенелую землю. У девушки было тяжело на сердце, слёзы щекотали горло, но ей понадобилось немного усилий, чтобы сдержать их.
Лорен был спокоен и мрачен. Несомненно, он радовался, что ему представилась возможность сбежать от того позора, которым грозила ему обманутая Илана. Но на его лице читалось и что-то другое. Тревога тонула в заинтересованности и ребяческом любопытстве, ибо молодая кровь его кипела, чувствуя приближение чего-то опасного, необычного и захватывающего…
«Разве не о подобном мечтали мы украдкой друг от друга?» — с тоской подумала Акме и краем глаза заметила, что Гаральд внимательно смотрит на неё своими пронзительными изумрудными глазами. Так порой глядел на неё Селим.
Густые волосы девушки завязаны в высокий хвост на затылке, она была одета в чёрную кожаную куртку, чёрные штаны и высокие сапоги для верховой езды. Под курткой ярким огнём блестела красная шёлковая туника. Под кожаным ремнём она спрятала парные кинжалы матери, а в сапоге охотничий нож. Акме обучалась фехтовать с раннего детства, но меч не был её стихией.
Когда всё было упаковано, и небольшой отряд был готов уехать, Акме и Лорен расцеловали разрыдавшуюся Дорин и подошли к дяде Бейну.
— Даже если вы не сможете более видеть выхода, не сдавайтесь, — сдерживая голос и не сводя глаз с племянников, тихо произнёс целитель. — Страх и отчаяние — это лишь пыль, игра вашего воображения. Не теряйте себя. Думайте лишь о том, что необходимо предпринять для благополучного возвращения ко мне. Всегда держитесь вместе! Смотри за Акме, Лорен, — Бейн поцеловал его щёки и обнял. — И ты, Акме, будь мужественной ради брата. — Он взял её лицо в свои ладони, вгляделся в чёрные глаза, пальцами стёр с лица дорожки внезапных слёз, поцеловал, на мгновение сжал в объятиях и отступил на шаг.
— Помолись за нас, — ответила девушка и вместе с братом направилась к коню.
— На твоего короля и на тебя оставляю их, герцог! — грозно, с нажимом воскликнул Бейн Фронкс. — С тебя и с твоего короля спрашивать буду.
— Сделаю всё, что будет в моих силах, — безразлично ответил герцог.
Путники резким окриком пустили лошадей галопом, и все они исчезли за поворотом, растворились во всепоглощающей серебряной дымке печального тумана.
  
Глава 6. Восточная столица
 
Отряд из восьми человек гнал неутомимых коней на север, в Карнеолас, в один из самых древних городов Архея — сказочный Кеос, пристанище героев и старых легенд.