Измена. Вернуть любовь (СИ)
— Да! Большая семья! — выкрикивает Лю.
— Ты-то понятно готов, — шепчу ему на ухо. — сунул, высунул — и готов, хоть с десяток мелких ртов. Не тебе же девять месяцев черепашкой ходить.
— Ну всё, всё, чё ты занервничала сразу, иди лучше сюда, пока мелкие лягушата отвлеклись.
Глеб притягивает меня ещё ближе к себе и запускает свои руки под краешек купальника. К счастью, мы в воде и дети не заметят наши заигрывания. Он сминает мою “булочку”, начинает рвано и натяжно дышать.
— Точно третьего не хочешь?
— Через пару годиков можно будет подумать.
— Ты как хочешь, но когда мы вернёмся домой, я тебя трахну, — выдаёт тихой хрипотцой.
Звучит как угроза, — посмеиваюсь, а сама пропускаю между нами руку и ныряю под резинку его купальных плавок, обхватываю каменный ствол и мысленно ловлю дикий кайф оттого, что мой муж так легко заводится от меня. Сразу плюс пять баллов к своей самооценке. — Но я не против и даже “за”.
— Ещё б ты была против Миронова, — склоняет голову набок, сверкает глазами, полными похоти, но всё же сдерживает свою дикость, ныряет и исчезает на некоторое время под водой. Мой муж находится там меньше минуты, и я знаю, что он отлично плавает, но всё равно ловлю лёгкую панику, оттого что его нет рядом. Оглядываюсь по сторонам и смотрю, с какой стороны он появится.
— Ну же, где ты? — тихо бормочу себе под нос.
Глеб выныривает в метре от меня, и я тут же брызгаю в него водой.
— Дурак! знаешь ведь, что я не люблю, когда ты так делаешь. Не надо исчезать.
Он смахивает с лица капли и с улыбкой выдаёт:
— Никогда не исчезну, даже если умолять будешь.
***
Проводим на пляже ещё пару часов, пока мой будильник не срабатывает.
— Так, банда! — кричу, чтобы все меня услышали. — Нам пора собираться домой. Я надеюсь, никто не забыл, что сегодня в гости прилетает деда Коля?
Да-да, Шмелев действительно стал не только неофициальным отцом для Глеба, но и дедушкой для наших детей.
— Ага, интересно, с какой “бабушкой” он прикатит в этот раз, — прыскает злорадным смехом мой муж. — Прикинь, если она окажется младше нас. Я вот вообще не удивлюсь. Этот старый плутишка ещё ого-го.
— Глеб, почему из твоих уст это звучит так пошло и противно, — морщусь я.
— Да потому что это так и есть, — продолжает ржать он, затем переводит внимание на детей. — Люба, Яр, хватит Рэя мучить, он не лошадь, чтобы на нём кататься. Всё, давайте собираться, — затем Миронов подходит ко мне вплотную и у самого уха шепчет. — Но в спальню мы всё-таки успеем до приезда старика.
— А дети?
— А няня на что?
Алина Сергеевна — работает у нас няней и моей помощницей по дому с момента, как я родила Любу. Моя малышка была очень плаксивой и часто страдала от колик, поэтому я проводила с ней почти всё время. И как следствие, в нашем доме начал образовываться бардак, потому что я ничего не успевала. И тогда Глеб предложил, найти для меня помощницу. Изначально та идея не пришлась мне по вкусу. Как так, я хозяйка в доме! Хотелось всё делать самой. Видимо, во мне ещё плавали отголоски прошлого. Но потом я всё же поняла, что есть некоторые дела и задачи, которые лучше делегировать кому-то, дабы элементарно не выгореть. И не превратиться в ту самую, вечно недовольную домохозяйку в засаленном халате с дырками.
С приходом в нашу семью милейшей Алины Сергеевны жизнь стала играть новыми красками. Наконец-то я начала высыпаться, а настроение уже не было как у кусачей собаки. И если изначально она помогала именно только по хозяйству, то потом сама всё больше и больше стала участвовать в помощи с Любой, а уж когда на свет появился наш энерджайзер Ярослав, то и вовсе плавно влилась в роль няни, и сейчас я даже не представляю себе наш дом без неё.
Алина — наша феечка, без которой я уже не представляю наш дом.
***
— Ура, дедушка! — кричит Ярик.
— Дедуля приехал! — поддерживает Люба.
— Привет, мои маленькие чертята-котята! — с порога излучает счастье Николай Антонович, обнимает и целует детей. — Смотрите, что вам дед привёз! — передаёт каждому по два просто гигантских пакета с подарками.
— Бать, а где? — Глеб вздёргивает вверх бровь и кивает в сторону выхода из дома.
— Чего?
— Ну, очередная “бабуля”, — выдаёт с лёгкой усмешкой.
Шмелев быстро заливается краской и стоит бордовый, словно помидор сорта “Бычье сердце”. Тут же бросает красноречивый взгляд на Алину Сергеевну, а затем тупит глазки в пол.
Чего-о-о? А вот это что-то новенькое! Глеб тоже замечает, эту неловкую сцену и прикусывает язык.
— Один я, — бухтит Николай Антонович, затем берёт один из пакетов, подходит к Алине Сергеевне и передаёт ей со словами:
— Алиночка, здравствуй! Я тут и тебе небольшой подарочек привёз.
— Ой, Николай Антонович, ну мне то, за что? — всплёскивает она руками. — Спасибо вам большое, но не стоило.
— Ну как же! Вы ведь практически наша семья, — мурлычет он, как кот, объевшийся сметаной, косится на нас и краснеет ещё больше. Даже уши горят.
Кажется, кое-кто решил сменить свои ориентиры и переключиться с молоденьких цветочков, на зрелую ягодку. И я даже не знаю, радоваться этому или нет.
Эх, испортит нам няню…
Глеб
После семейного ужина мы с Антонычем удалились на второй этаж на тет-а-тет.
— Слушай, сынок… — задумчиво начинает старик, стоя с роксом, в котором плещется янтарная жидкость, у окна моего кабинета. — Я тут подумал, скучно мне там одному, да и стар я, мне бы уже к морю поближе и свежему воздуху…
Напрягаюсь всем телом, понимая, к чему он клонит. Ну, в принципе я ожидал, что когда-нибудь так и случится.
— Да и по вам с внуками скучаю… — смотрит на меня, стоя полубоком.
— Ага, ты развивай мысль дальше, — усмехаюсь, беру с тарелки виноградину, кубик сыра и закидываю в рот.
— В общем, продал я свой дом и купил здесь, неподалёку от вас участок.
— Дети будут в восторге, — говорю я спокойно.
Не на ту реакцию он рассчитывал. Чувствую, сейчас рванет.
— А ты не рад, что ли, сучонок такой? — хмурится он.
— О-о-о, я-то? На седьмом небе от счастья. Ты же как понос, всё равно где-нибудь да настигнешь, — выдаю с сарказмом, чисто подразнить старика. На самом деле, конечно, я счастлив. Будь моя воля, всех бы сюда перетащил: маму, Аву с её Беловым, родителей Яны, семьи Мишани, Дамира и Артура.
— Ты мне тут не ёрничай, — грозится он пальцем.
— Кстати, что там за романтические флюиды ты распускал на нашу Алину? — делаю глоток чая, алкоголь уже несколько лет не пью и смотрю на Антоныча в ожидании ответа.
— А что Алина?
— Она женщина взрослая, серьёзная, ей твои потрахушки на месяцок точно никуда не упёрлись.
— А я что несерьёзный? — Шмелев явно возмутился, его грудь широко раздулась, а сам он, кажется, даже в росте увеличился.
— В работе да, в отношениях с женщинами нет, — пожимаю плечами.
Он задумчиво вращает бокал с коньяком вокруг своей оси. А я поверить не могу, что сейчас передо мной мой старик. С этой стороны вижу его впервые. Никак и правда любовью накрыло.
— Влип, да?
— Похоже, что так. Месяц назад от вас вернулся, так ни дня спокойно не провёл. Каждый день думал о ней. У Яны чуть ли не ежедневно проверял соцсети в надежде, что Алина мелькнёт на фотографиях.
— Охуеть… — воспроизвожу вслух свою первую реакцию. — П-ф-ф, ну, даже не знаю, что и сказать. Она клёвая и наша любимица. Но Яна за неё тебя, как Тузик грелку порвёт, если обидеть вздумаешь.
— Да я… — начинает он и осекается, подходит к кожаному дивану и падает на него. Вздергивает бровь, поднимает руку и рассматривает на ней морщинки с задумчивым видом. — Всё я понимаю, сынок. Алина уже стала вам частью семьи, а тут я, ненадёжный и ветреный. Боитесь, что из-за меня могут испортиться отношения и она сбежит…
— Типа того. И вместе с тем, вы оба взрослые люди, решать вам. Надеюсь, Алин Сергевна тебя хорошенько помучает, перед тем как сдастся, — снова перехожу на шутливый тон. — А если серьёзно, я заметил, что и она смутилась сегодня, так что дерзай!