Виктория - значит Победа. Каждому по делам его (СИ)

Поднимаюсь на ноги, ощущаю, что слаба, но — стою. Вот и славно, значит, пойдём в столовую, там всех и увидим.
Но мой прекрасный защитник Эмиль появляется из теней передо мной как раз, когда я уже собираюсь идти.
— Виктория, — выдыхает он и обнимает меня.
И я обнимаю его, и мне наконец-то хорошо и спокойно. Мы вместе, мы справимся. Что там, я сомневалась, нужно ли мне быть с ним? Нужно ли мне за него замуж? Глупая была, вот. Потому что если не с ним, то с кем вообще?
  
Мари и Жанна вытирают слёзы — одна передником, другая платком. А я улыбаюсь Эмилю.
— Говорят, там обед. Пойдём, что ли? А поговорим потом.
— Верно, поесть нужно. А поговорим потом.
И рука в руке мы спускаемся в столовую.
  
28. Теперь некромант
 
За столом из гостей обнаружился только герцог Саваж, господин граф в моём доме давно уже не гость. Господин Фабиан излучал довольство и уверенность, Тереза хлюпала носом. Взглянула на меня, будто хотела что-то сказать… не сказала ничего. Правильно, мне тоже сейчас пока сказать нечего. Сначала разобраться откровенно, что она делала по дурости, а что по злому умыслу.
Господин Валеран встревоженно оглядел меня сразу, как увидел.
— Отчего не позвали, госпожа Викторьенн?
— Я в порядке… кажется, — улыбаюсь ему. — Благодарю за беспокойство и за помощь. Всех благодарю за беспокойство обо мне и за помощь.
— Пустое, Викторьенн, — кивает мне господин граф. — Главное — вы живы.
Я кивнула — чтобы подавали. Поняла, что очень хочу пить, выпила два стакана воды, прежде чем смогла съесть хоть крошку хлеба и ложку жаркого. К счастью, это была вода, просто вода.
Пока мы ели, герцог Саваж рассказал мне о допросе кучера Люшё — оказалось, это он стоял если не за всеми покушениями на меня, то за частью — точно. Я совершенно не поняла, с чего вдруг, и воспоминания Викторьенн мне тоже ничем не помогли — потому что до убийства Гаспара он возил его и только его, они с Викторьенн никак не пересекались. А после он остался в доме, ходил за конями, командовал парой мальчишек, помогавших с чисткой и кормлением, и исправно возил меня, куда было нужно. Значит, приглядывался, куда я езжу и с кем?
В поместье он со мной не поехал, меня вёз другой кучер, Валлю. Люшё накануне простудился, господин Валеран лечил его и говорил пить какие-то отвары, и запретил поездку, а то я бы и туда его взяла. И теперь мне было интересно, он остался специально, чтобы тут что-то проворачивать без меня, или так вышло случайно, и он проклинал судьбу, не позволившую рассчитаться со мной где-нибудь там, быстро и без потерь?
— Господин Валеран, вы помните, Люшё не поехал в Ор-Сен-Мишель? Как думаете, он вправду был болен или только изображал болезнь?
— Куда там изображал, — откликнулся целитель, — у него жар был такой, что я думал — сердце не выдержит. Но он живуч, выкарабкался. И сожалел ещё, что не смог с вами поехать.
— Ещё бы не сожалел, — кивнула я. — Там бы и осталась тогда, чует моё сердце.
— Но вас ведь и там пытались убить, — напомнил господин Фабиан.
— Ничего себе, это ещё что? — тут же заинтересовался герцог Саваж, и пришлось всё ему рассказать.
Об увольнении управляющего Мелена, и о том, что его сын попытался сдуру отомстить. Или не сдуру, или не отомстить…
— Знаете, он так глупо всё сделал, что я не усомнилась — сдуру, — сказала я герцогу.
— Думаю, придётся допросить ещё раз, — покачал он головой.
И Эмиль с ним согласился.
— Думаю, нам нужно… обменяться мнениями о случившемся, — он внимательно посмотрел на меня и на прочих. А молодёжь отправится по домам, так?
Вся наша компания молодёжи чинно поднимается из-за стола, кланяются вразнобой и отправляются — кто тенями, кто ногами.
— Идёмте в кабинет, — пожимаю плечами. — Тереза, ступай к себе. Я пришлю Жанну, она поможет тебе приготовиться ко сну. Поговорим завтра.
А когда она молча кивнула и ушла, я взглянула на мужчин.
— Не доверяете? — усмехнулся Саваж.
— Нет. Может быть, мы её магически запрём в её спальне? Всё, что нужно, там у неё есть. Но сбежать, если что, не выйдет. И похитить её оттуда тоже не выйдет. Если за ней не придёт маг, конечно же. Но вроде магов нам пока не встретилось, только артефакты и магические яды, — вздыхаю.
— Хорошая идея, — кивает Эмиль. — Доверите мне установку запоров?
— Доверю. Запоры некроманта просто так не взять, и простым артефактом не взять.
И в итоге мы перемещаемся в кабинет, я прошу принести туда вина и закуски, и арро, и пирогов, и чай… и мы все треснем непременно. Кажется, это последнее я тоже произнесла вслух.
— О нет, не треснем, — смеётся Саваж. — Госпожа де ла Шуэтт, могу я прислать к вам кого-нибудь из своих поваров? Или, может быть, вы подумаете, на каких условиях вы готовы уступить некоторые рецепты? Ваша кухня великолепна.
А я всего лишь за разнообразие, и адаптировала под здешние условия некоторые домашние рецепты. И я обещала герцогу подумать.
Эмиль появился тихо и неожиданно… но кажется, я уловила некое движение за мгновение до того, как он шагнул к нам.
— Госпожа Тереза заперта, и она не знает об этом. Но если ночью попробует выбраться — ей не поздоровится.
— Но откачаем? — уточняю. — Она нам ещё не рассказала о своей роли во всей этой истории.
— Откачаем, — кивает Эмиль.
— Расскажите же, что известно в целом. Чем меня травили, например?
— Вас травили порошком святой Эдиты, так это называется, — пояснил господин Валеран. — Средство давнее, известное, очень опасное. Можно задорого купить в любом большом городе. Обычно используется для травли мышей и крыс, но нет-нет, да и людям достаётся. Намного интереснее содержимое свечи — потому что добавка к воску, раздражающая горло, действовала только на магов. Я ещё не успел рассмотреть детально, что это, могу только сказать, что ранее я такого дива не встречал.
— Я тоже хочу рассмотреть детально, — закивал господин граф.
— С удовольствием сделаю это вместе с вами, — кивнул Валеран. — Завтра поутру?
— Годится. Приходите, я отопру лабораторию.
Дальше оба учёных человека договаривались о частностях, а потом господин граф внимательно глянул на меня и спросил:
— И как же вам, Викторьенн, ваша новая сила?
Ещё б я точно знала, что и как с этой силой!
— Господин граф, что вы видите? — спрашиваю в ответ.
— Расскажите, господин профессор, очень интересно, — кивает Саваж.
Наверное, тоже у господина графа в Академии учился.
А господин граф улыбается.
— Викторьенн, можете вы зажечь обычный осветительный шарик?
— Могу, — кивнула я и зажгла.
Серебряный. Да ладно, с чего серебряный-то? Непорядок. Убрала в ладонь, сосредоточилась… и выдала нормальный золотой.
— Любопытно, — Саваж смотрел с изумлением.
— Всё со мной в порядке, что тут любопытного, — пожимаю плечами.
— О нет, Викторьенн, никто не сомневается, что с вами всё в порядке, нисколько не сомневается, — улыбается граф. — Просто очень и очень интересная коллизия, более того, до знакомства с вами я бы первым сказал, что так не бывает, и студентов отругал и отправил учить, если бы они заявили мне что-то подобное. Но господь сподобил увидеть такое чудо, и я благодарен за это. Мог бы и не увидеть, а вижу.
— Так расскажите, что вы видите, — повторяю.
— Извольте, — кивает граф. — Когда-то давно я увидел вас впервые, и мне сразу бросилась в глаза странность — у мага-универсала не может быть даже малой доли некромантии. Однако же, она у вас была, и когда вашей жизни угрожали — вы, не задумываясь, отвечали. Сколько раз?
  
— Два, — ответила я, не задумавшись. — И после господин маркиз де Риньи учил меня черпать эту силу — не хаотически, но под контролем.
— И правильно делал, — кивает господин граф. — Полагаю, ему удалось, и вам тоже удалось.
— Дети рассказали, что пробовали пробить защиту Викторьенн, и у них не вышло, — улыбнулся Эмиль.