Виктория - значит Победа. Каждому по делам его (СИ)

Вообще, конечно, расспрашивать кого-то, кто сильно выше тебя на социальной лестнице — дело такое себе, может выглядеть невежеством, наглостью или вот попыткой построить глазки. Я вчера отчаянно пыталась не транслировать ничего из этого списка — говорить уважительно, смотреть с лёгкой улыбкой, благодарить везде, где это было возможно и уместно. Надеюсь, получилось.
— И что же, ты хочешь позвать и расспрашивать ещё кого-нибудь? — ухватила главное Тереза.
  
— Думаю, да.
— О-о-о! — выдала она. — Думаю, госпожа де Конти и прочие никогда тебе этого не простят!
— Почему это? — усмехаюсь.
— Потому что ни к кому из них герцог Саваж не приходил и никогда не придёт. За тебя попросил виконт, он и согласился.
— Не вполне так. Виконт дружен с Саважем, верно, но я сама описала ему идею и предложила поучаствовать. Я его заинтересовала. И что же им мешает заинтересовать господина герцога?
— Где же они его увидят? Это тебе повезло, что уроки господина графа популярны среди родителей, у которых есть дети-маги, вот герцог и привёл сюда к нам свою дочь. Кстати, она освоилась и командует всеми нашими, представляешь? А она маленькая, младше неё только Алоизий, остальные старше!
— Видимо, если ты Саваж, то не важно, сколько тебе лет, будешь командовать. Её отец командует войсками, ты думаешь, его дочь будет девочкой-припевочкой?
Я думаю, когда Жанетта вырастет, будет сводить с ума мужчин именно своей активной жизненной позицией. Пока же мы видели её добротное, но скромное платье, туго заплетённые косички и странные глаза, такие же, как у её отца. А года три-четыре пройдёт — и мы увидим красивую девушку. Яркую, дерзкую, сильного мага. Интересно, где герцог будет искать ей жениха? Среди древних магических родов?
Ладно, это всё пустое.
— Тереза, и госпожа де Конти, и её приятельницы встречались с герцогом Саважем у Сегюров позавчера. Может быть, даже танцевали с ним, а если не совсем с ним в паре — то могли пересекаться в контрдансах. И отчего бы им не привлечь его интересной идеей? Не сплетнями, не местными какими-нибудь склоками, а чем-то, что может заинтересовать и его тоже? Знаешь, я ведь не раз рассказала, чего я хочу, для чего это мне и почему именно он. И он тоже дал мне согласие не в первую минуту. У любой из них была эта возможность, и отчего они её проспали? Так и скажи им, если вдруг зайдёт разговор. Или кому-нибудь другому скажи, кто непременно разнесёт по городу. Твой Орвиль-то что сказал?
— Что никогда не видел ничего подобного. Ну, чтобы могучий вельможа вот так сидел и с улыбкой отвечал красивой даме. И просто отвечал, не строил глазки, не пытался ухаживать.
— Мне интересно, хоть кто-нибудь слушал, о чём мы вообще говорили? Или всем было интересно, спим мы вместе или как?
— Ну конечно, спите вы или как! Никто же не знает, что у нас здесь бывает виконт Гвискар, — хохочет Тереза.
— Вот и не нужно об этом знать, — киваю преувеличенно серьёзно. — Пусть лучше сплетничают про Саважа, он услышит, догонит и даст по голове. И язык с мылом вымоет.
— Что-что сделает? — Тереза только что пополам от хохота не складывается.
— Язык с мылом вымоет сплетникам. Чтобы не говорили ерунды и не таскали её по городу.
— Он может, да! Он так посмотрит своими глазами нечеловеческими, и они сами мыться побегут!
Я тоже посмеялась и представила — герцог Саваж во всём своём блеске гонит толпу местных тётушек мыть языки с мылом. Карикатура такая. Так, стоп, Вика, это тебя не касается, тебя касаются твои дела.
— В любом случае, мы пригласим кого-то ещё. И пускай болтают, сколько хотят.
— Викторьенн, я тебя обожаю! Ты такая сильная, и столько всего можешь!
Восхищение Терезы приятно, хоть оно и недорого стоит, наверное. Ладно, поглядим.
А позже мы обсуждали происшедшее с Эмилем. Накануне он сначала отправился с Саважем и всеми детьми к себе домой — Саваж, оказывается, остановился у него — вместе с камердинером, Жанеттой и гувернанткой Жанетты. И пришёл ко мне сильно не скоро — я уже успела пронаблюдать за уборкой всего, вымыться и отправиться в спальню, и едва не уснуть. Поэтому до разговоров дело не дошло — ну, до словесных разговоров, ясное дело, ограничились телесными, и ещё поспали немного. Сегодня же он появился вместе с детьми, и время на разговоры нашлось.
— Виктория, я верно понял, что вы намерены продолжать это своё удивительно дело?
— Верно, намерена. Мне это интересно, понимаете? Правда, пока не совсем похоже на то, что я делала дома. Впрочем, дома тоже гости были разными. И такие вот важные тоже, хоть и без титулов и непременного этикета. И конечно, таким важным людям я и дома не задавала вопросов с подковырками, там была другая цель — побудить их рассказать о важном и нужном. Больше информация, сведения, чем попытки расковырять какие-то их тайны. А с кем-то и о тайнах можно поговорить. Вот например, что вы сами скажете в ответ на предложение поговорить о магах-некромантах, их месте и предназначении и том, чем они отличаются от прочих? Мне кажется, это важно, чтобы люди, ну, понимали.
— Вы думаете, кто-то согласится слушать о некромантах? — не поверил он.
— Думаю, согласится. Во-первых, о вас, блистательном и прекрасном. А во-вторых, уже пришьём и смертную силу, и для чего она вообще, и что нужно о ней знать, и как пользоваться, чтобы правильно. Плюс тут же ваши прекрасные дети и воспитанники, и ещё что-нибудь придумать и продумать.
— Подумайте хорошенько, Виктория. Всё же это не вполне та тема, которая привлечёт гостей, и я не тот человек, которого нужно помещать в центр вашего внимания.
— Моё внимание отдано вам в изрядном количестве, — не соглашаюсь.
— Вот пусть так и будет. Ваше внимание — это мой свет, а до всех прочих нет дела.
— А Тереза говорит, что теперь меня будут связывать с герцогом Саважем.
— Пускай болтают. Если вас это не задевает — то его и подавно, его то и дело с кем-то связывают.
— Послушайте, а может быть мне рискнуть поговорить с маркизом де Риньи? Позадавать вопросы ему?
Эмиль рассмеялся.
— Рискните. О нет, я не предскажу его ответ вам, сам не знаю.
Я задумалась. Ничего, я с ним непременно поговорю.
А дальше мы соображали, кого ещё можно позвать, как часто проводить такие вечера и как распространять о них сведения по городу.
— Ограниченное количество гостевых мест, и это должны быть немного разные люди, чтобы информация расходилась. И только по приглашениям, конечно же, иначе никак. И заранее не говорить, кто будет героем вечера. И не слишком часто, в идеале раз в неделю, но пока сезон и аншлаг, можно и два, потом замедлимся немного.
— Местные кумушки вас съедят, — говорит Эмиль восхищённо.
— Подавятся, — отмахиваюсь я.
И наверное, мы бы ещё обсудили, что и как, но в дверь кабинета застучали — прибыл отряд из Ор-Сен-Мишель.
  
15. И снова гости
 
Я была очень рада видеть Мари, и Лилу, и сержанта Кошена, и всю его команду. Сержант отчитался — дорога без происшествий, всё в порядке.
— И, госпожа де ла Шуэтт, вам следует знать — с нами ещё ехали в Массилию господа де Тье, соседи ваши.
О как.
— Господин Франсуа? — уточняю я.
— Верно, он, и племянник его. Ничего, толковый молодой человек, как мне показалось. Не служил, но в делах разбирается.
Вот так, соседушка не забыл своей идеи женить племянника на Терезе? Ну, поглядим.
— И что же, где они остановились в Массилии?
— У какого-то сослуживца старшего господина де Тье, послали гонца и предупредили, и их прямо человек ждал на заставе, забрал, и они отправились куда-то на улицу Жеребёнка. Велели кланяться вам и, значит, родственнице вашей.
  
Хорошо, сейчас передам Терезе поклон. Пускай думает.
А пока я передаю привет господину де Пьерси, к которому отправляются сержант и солдаты, и распоряжаюсь — разместить Лилу. И нужно поговорить о ней с Амедео.
За обедом я рассказываю Терезе о возможных гостях.