И залпы башенных орудий...

— Двигайте ко мне! Все! Прямо на боте! Должен влезть!
— Витек, — еле сдерживаясь, проговорил Копаныгин, — они наверняка получили сигнал со спутника и захотят поглядеть, что с их игрушкой сталось. Они выводили его на орбиту из ангара и, наверное, вернут обратно в ангар. Ты что, хочешь оказаться в плену? Так жабы пленных не берут!
— Ты прав наполовину, Михаил, — холодно ответил Середа. — Я действительно намерен оказаться на борту крейсера, но вовсе не для того, чтобы попасть в плен.
  
— А для чего?! — сорвался Копаныгин.
Середа усмехнулся:
— Хочу захватить планетарник!
— Командо-ор… — в голосе Копаныгина появились нотки снисхождения.
— Молчать! — рявкнул Середа. — Приказываю немедленно стартовать! Чтоб через десять секунд были в шлюзе!
— Есть… — растерянно пролепетал Копаныгин.
— Р-распустились! — рычал Середа. — Еще бы нас не били жабы, если мы каждый приказ обсуждаем и прикидываем, а стоит ли его исполнять! Долго ты там будешь возиться?
Копаныгин только засопел в две дырки. Бот сдвинулся с места и поплыл к охранному спутнику. Генераторы нелинейности и прочие фокусы чужих не срабатывали, видать, взрывчатка здорово попортила системы сателлоида. Люк задвинулся за ботом, но не до конца — осталась щель шириной в метр. «Сойдет…»
— Выходите! — скомандовал Середа. — Анастас, ты за ужином хвалился, что знаком с планировкой вескусианских крейсеров?
— Да не то чтобы знаком… — затянул Григорян. — Просто полазил по мидель-носовой части, ее отломило в том бою у Варианы…
— Неважно! Поведешь нас, если попадем к жабам на борт…
Один за другим люди выбрались из бота. Середа вспомнил, что он до сих пор в наряде «от себум», и выбрался из «мешка». В щель между створом и корпусом Виктор увидел приближавшийся планетарный крейсер. Освещенный Садирой, гигантский корабль отливал синим и серым. Он надвигался медленным и неумолимым колоссом — даже на кромке диска, плоской лентой опоясывавшей линкор, с легкостью разместилась бы пара стадионов. Поперек.
Край диска прошел над спутником, и в необозримом днище отверзлась пасть сегментного шлюза. Сателлоид покачнулся, его повело, медленно затягивая в створ.
— Гравитационный захват… — пробормотал Григорян.
— Скажи лучше, — перебил его Середа, — что это за шлюз. Это грузовой отсек или что?
Анастас напрягся.
— Это… — он припомнил чертежи. — Это, должно быть, нулевой шлюз!
— Нулевой, говоришь? — пробормотал Середа. — Ла-адно…
Спутник втянуло в шлюз полностью, и створки стали медленно закрываться. Едва они сомкнулись, из круглых решеток в стенах повалил густой пар — ну, в точности как на «Плутоне-2». Вскоре давление поднялось настолько, что Середа расслышал по внешней акустике вой и гул нагнетаемой дыхательной смеси. Вой вскоре прекратился, перед спутником, ставшим гнездом для яйца-бота, раздвинулись вторые створки, и гравизахват ввел сателлоид в док. Это была огромная полость, никак не меньше полукилометра от стены к стене и от пола до потолка. К переборке, обращенной внутрь корабля, примыкала целая «этажерка» из причальных площадок.
К сателлоиду протянулось коленчатое щупальце, ухватилось за него и подвело вплотную к верхней площадке причала.
— Быстро выходим! — скомандовал Середа. — Анастас! Веди! Нам нужна капитанская рубка или что тут у них вместо нее! Только веди тайком!
— Тогда нам сюда! — показал Григорян вниз и бегом спустился на площадку уровнем ниже, куда вел удобный пандус. — Здесь должен быть вход в ремзону…
Он осторожно коснулся двери на входе-выходе, и та зашипела, расходясь.
— Ремзона! — радостно объявил Анастас.
Пропустив всех, он закрыл дверь.
— Твое оружие, командор! — буркнул Копаныгин и протянул Виктору тяжелый пистолет-дезинтегратор. Это был «Мьелнир», двухпотоковый фузионный бластер.
Середа глянул — индикатор зарядов показывал «50».
— Нормально! — оценил он. — Выдвигаемся!
  
Глава 5
 
ЗАХВАТ
 
Сразу за переборкой, отделяющей ремзону от дока, помещались пакгаузы. Широкий и низкий коридор тянулся, сколько хватал взгляд, и стягивался в точку перспективы, а по обе стороны его шли ворота из полупрозрачного волокнистого материала кремового цвета с янтарными переливами. И свет, заливавший коридор, тоже был теплого желтого оттенка.
Экипаж бота (Середа впереди, Гумм прикрывал тыл, остальные — между) пробежал стометровку и свернул в поперечный коридор. Тут, как утверждал Анастас, находятся сервис-центры корабля, модули авторемонта и внутреннего контроля.
Здесь их и застукали. Из потайных боксов появились десятки охранных роботов, похожих на половинки шаров. Завизжав на срыве в ультразвук, полусферы кинулись на поиски незваных гостей. Гумм замешкался, какой-то из роботов засек его и тут же выпустил по нарушителю лиловую молнию разряда. Прогремел короткий гром, семигуманоид едва увернулся, пропустив ярко-фиолетовый перун над самым плечом.
Середа опробовал бластер. Струя перегретой плазмы вошла в робота, проделав в корпусе его дыру, и кибернетический громовержец перестал функционировать. Еще два заряда, выпущенные Гуммом и Копаныгиным, пробили свои цели. Коридор наполнился черным и сизым дымом, и тут уж сработали пожарные автоматы — стали устранять очаги возгорания.
— Бежим! — крикнул Середа. — Анастас!
— Сюда! — позвал Григорян, большими скачками поспешая в транзитный транспортный рукав, круглый, облицованный серым шероховатым металлопластом. Пробежав изгибами рукава, вся компания очутилась в секторе складских помещений. Тут царила тишина, а в глубоких нишах застыли авторазгрузчики, замершие, как рыцари в музее.
— И далеко еще? — поинтересовался Середа.
— Ой, далеко… — вздохнул Григорян. — Тут этих коридоров… Радиальные и кольцевые, стрежневые и поперечные, на десятке уровней, и все это соединяется шахтами и пандусами… Минотавр бы чокнулся давно!
— Ты мне скажи, где рубка?
— А в центре почти! Пять кэмэ по прямой! Где-то тут должен быть…
— Ты что ищешь? — сумрачно поинтересовался Середа.
— Ну ты же сам сказал, — расширил глаза Анастас, — двигаться тайком, чтоб никто не увидел! Ага, вот!
Григорян подбежал к вентиляционной трубе толщиной в обхват и рывком выдернул решетку.
— Полезайте!
— И куда? — хмыкнул Середа. — Вверх, вниз?
— Вниз на пару уровней!
Внутри трубы ощутимо дуло, но спускаться было несложно — стенки были ребристыми. Только вниз смотреть неприятно — труба отвесно уходила на полкилометра. Упадешь — «Скорую» не тревожь…
Двумя уровнями ниже «абордажная команда» попала в буфер между стрежневым и ремонтным горизонтами. Здесь царил полумрак, а потолок касался шлемов.
— Не пойдет! — решительно заявил Середа. — Пока мы тут будем в прятки и салочки играть, земные корабли финишируют и попадут на прицел! Анастас! У них что тут, все пешком ходят?
— Ну, нет, конечно! Есть транспортные капсулы на радиальных и кольцевых линиях…
— Тогда бегом к ближайшему радиусу! Ловим капсулу — и внутрь!
— Это опасно! — предупредил Григорян.
— Ничего, — буркнул Середа. — Мы рисковать обучены… Бегом!
— Понял!
Анастас сориентировался и побежал. За третьим поворотом он забрался в трубу-потерну. Середа, шепча энергичные выражения, полез следом и затопал, клоня голову, в полутьме, пока не выбрался в огромную сферическую полость-распределитель, где перекрещивались, свивались и ветвились многоуровневые развязки. В транспортном рукаве-тупичке стояли три свободные капсулы — круглые, прозрачные и с чем-то вроде мягких пуфиков внутри. У них не было колес — капсулы просто висели в воздухе в полуметре от пола.
  
— Залезаем!
Все уместились в одну капсулу, и Анастас склонился над ключом управления, торчащим из пола.
— Внутренний комплекс… — бормотал Григорян. — Внешний комплекс… Нет, нам внутренний. По Среднему кольцу до стрежневого радиуса…
— Анастас, — не выдержал Середа, — быстрее можно?