Хэллоуин в книжном «Ленивые кости»

— Нет, только один. Линкольн. И он будет убит горем, — сказала Элли.
В то же самое время кто-то ответил:
— Это были просто слухи и, кажется, о ком-то другом.
— Чем мы можем вам помочь? — спросил кто-то Элли.
— Повернуть время вспять? — вздохнула она.
И посмотрела на меня.
— Я слышала, здесь неплохо кормят.
Я показала на куар-код на столиках и пояснила, что она может заказать лично или онлайн. На секунду, невзирая на набитый паб, мы как будто остались одни.
  
— Я заходила в «Дом с привидениями» несколько дней назад. — Элли подняла взгляд от телефона. — Поверить не могу, что в доме моего детства теперь отель. Но он огромный, и я рада, что кто-то его любит. Я думала снять там номер, но остановилась у подруги в Скаппузе.
Это был городок побольше в пятнадцати километрах ниже по реке.
— Место просто прекрасное. Нора хоббитов под лестницей, наверное, была шикарным убежищем в вашем детстве.
Элли погрустнела.
— Была, но Ланс повыгонял оттуда нас, девочек, под угрозой наказания вроде мытья туалетов или хуже.
— Младший ребенок?
— Избалованный единственный сын. Ланс так и не повзрослел, — сказала Элли. — Но в этом надо винить родителей. Они вечно рвались спасать, даже когда надо было давать ему разбираться самостоятельно, как поступали с нами. С четырьмя старшими они практиковали суровую любовь и решили забыть об этом, когда дело дошло до младшенького. Начиная с того, что отдали ему все наше тайное пространство, до сокрытия легких ДТП. Поймите меня правильно. Я любила брата и радовалась встречам с ним. Он отлично ладил с моими детьми, ловко улаживал неизбежные семейные ссоры. Великолепно чувствовал людей — мог быть потрясающе проницательным. Но так и не повзрослел. Без помощи родителей Ланс не смог бы позволить себе жить так, как мечтал.
— Похоже, он был сложным человеком.
И да, он хорошо чувствовал людей, если мог улаживать семейные драмы в свою пользу. Мне бы такой навык.
— В двух словах — да, Ланс был таким, особенно потому, что использовал свои способности не только во имя добра.
— Наверное, вы в детстве обожали тот тоннель. Знаете, куда он ведет? — спросила я.
— Тоннель?
Она посмотрела на меня скептически, когда я сказала:
— Тот, что ведет куда-то из вашей хоббичьей норы.
Элли покачала головой.
— Нет там никакого тоннеля.
— Я видела его сегодня.
— Уверены, что мы говорим об одном и том же доме? — спросила Элли и вдруг прикрыла рот ладонью. — А знаете, это объяснило бы отчаянное желание Ланса оставить комнату только для себя. Теперь понятно, как он выбирался из дома подростком.
— Если я могу вам чем-то помочь, только скажите, — предложила я.
— Пойду подожду свою еду.
Элли вышла из паба, а я вернулась к Колби, Эвелин и Сэму. Минут через десять я отправилась домой, думая, был ли Ланс моим отцом, сказала ли ему обо мне моя мать, раз не хотела втягивать в это его семью? Есть ли у меня четыре тети, которых я не знала? И кузены?
И может быть, младший брат по имени Линкольн?
Когда я дошла до дома, Джек дрых в гостиной, и в темноте горела всего одна лампочка. Джек встал и медленно потянулся, прежде чем обойти диван и поприветствовать меня.
— Приятно, что ты так рад меня видеть, — сказала я. И как следует почесала его за ухом — его неизменное требование.
Потом я взяла ошейник, Джек просунул в него голову, и мы отправились на короткую прогулку. Мозг закипал от обилия мыслей, будто я бежала марафон. Джек навестил свои любимые деревья и кусты, а я гадала, какие вести принесла ему собачья почта.
— Интересно, какие соседские секреты ты знаешь, но никогда не выдашь, — бросила я ему.
Джек проигнорировал меня, продолжил вынюхивать.
Когда мы вернулись, дом по-прежнему пустовал. Было довольно поздно для дедушки. Не то чтобы я вела график наблюдений, но, кажется, в последнее время его не бывало дома все дольше.
Прежде чем наконец принять душ — давно пора! — я вытащила из сумки телефон. Набрала мамин номер, но через два гудка вывоз был переведен на голосовую почту.
Она сбросила мой звонок.
Пытаясь унять недовольство, я сказала:
— Мама, это Бэйли. Тут много чего происходит, и нам надо поговорить. Пожалуйста, перезвони. Это срочно.
Я бросила телефон на кровать. В Элиан-Холлоу привечают призраков под Хэллоуин, но что, если в городке рыщут сонмы призраков прошлого и неразрешенных конфликтов? И одна из этих призрачных теней убила Ланса.
Или это случайность, что он погиб в родном городе? Тейлор, во всяком случае, приехала сюда из-за него и телепрограммы. И очевидно, у нее на Ланса огромный зуб.
Прошлое Ланса — фантом, стоящий за его спиной.
Но тот, из-за кого произошла трагедия, — вполне себе человек.
  
Глава 24
 
Настало утро пятницы, а вместе с ним — самый светлый момент моей недели: катание на сапе.
Была моя очередь садиться за руль, так что я подобрала Колби, и мы направились на пристань. Пока мы спускали наши доски на воду, я взглянула на подругу.
— Возможно, это наша последняя сап-пятница в этом году, — сказала я.
Воздух был уже холодным, слишком холодным, но я знала: когда мы начнем кататься, я согреюсь.
— Если только не покататься еще пару недель в гидрокостюмах, — предложила Колби.
Мы поплыли нашим обычным маршрутом. О сап бились легкие волны, заставляя прочнее стоять на ногах и удерживать баланс, причем с согнутыми коленями. Утро было тихое, и на природе я вспомнила, что какие-то вещи в мире всегда будут ощущаться правильными, даже если все остальное летит к чертям.
Мы дошли до середины залива и остановились, покачиваясь на волнах. Колби встала на своей доске в позу «собака мордой вниз», потом подняла одну ногу вверх. Она посмотрела на меня — баланс у нее был безупречный.
— Вчера вечером я в последнюю минуту заказала билет, — сказала она.
— Куда собираешься?
Я держала позу «воина». Колби перешла в нижний выпад.
— Улетаю сегодня вечером повидать Хейза — его контракт продлили на пару недель. Хейз просил передать тебе, что ему не хватает нашего фестиваля. И что ему понравились книги, которые ты ему посоветовала. Он напишет тебе на следующей неделе и спросит, что заказать дальше.
Муж Колби, Хейз, вечно был в разъездах, иногда отсутствовал неделями. Перед очередной командировкой он выбрал себе в магазине пару книг. Я порекомендовала ему завести электронную читалку, поскольку она занимала меньше места и меньше весила. Но, учитывая, что он, как ИТ-консультант, постоянно смотрел в монитор, ему нужно было что-то, позволяющее расслабиться.
— Вообще нечестно, что Хейз охотнее выбирает книжки по твоим рекомендациям, а не по моим, — сказала Колби. Она легко перетекла в верхний выпад, как будто стояла на твердой земле, а не на шаткой доске, покачивающейся на поверхности реки.
Я не желала приближаться к вопросу о рекомендациях книг и на три метра.
— Тебя отвезти в аэропорт?
— Дэнби уже предложила меня подбросить. Кажется, ей нужен предлог съездить куда-то в Портленде, но она знает, что родители хотят, чтобы она оставалась в городке. Они все еще ей не доверяют.
— Если Дэнби передумает — дай знать.
— Если выяснишь, куда она собралась, тоже дай знать, — отозвалась Колби. — Мне кажется, она что-то скрывает.
Когда у Дэнби начались проблемы с законом, ее семья не стала ее покрывать, что вызывало у меня уважение. Они просто очень старались поддерживать ее, чтобы она больше не попадала в неприятности.
  
— Попробуй доверять Дэнби. Пусть принимает решения самостоятельно.
Дэнби — она такая. Если чрезмерно ее опекать, непременно взбунтуется.
— Она так хорошо справляется. Просто не хочу, чтобы она все испортила.
Судя по всему, семья Ланса берегла его от неприятностей, а не давала столкнуться с последствиями своих действий. И что, эти его действия привели к смерти несколько десятков лет спустя?