Геном хищника. Книга шестая (СИ)

Обернулся на каймана и тяжело вздохнул. Монстр уже светился, высвобождая геном. Морда вся в дырках, подбородок уткнулся в луже его же крови. Тело застыло, а вот челюсти чуть-чуть подрагивали. Я зарядил в браслет огненный геном и держа руку наготове, медленно подошёл к мёртвому гиганту. Замер, глядя, как приподнялась верхняя челюсть, и между зубов с трудом вывалилась потолстевшая раза в три мушка. Будто реальная цеце крови напилась, только у неё это «бак» была раза в три больше. Монстромушка всё-таки пропихнула своё тело и выпала в лужу. Пару секунд побарахталась в крови, пытаясь выбраться, и затихла.
  
— Я же тебе говорила, что там осечка как минимум на одной пульке, — за спиной послышались шаги Осы. — Зато живут они потом недолго. Я так понимаю, что пушка там им что-то добавляет, включая режим самоуничтожения. Может, мозги как-то пережимает. Так чтобы смерть с отложенным эффектом. Ты чего завис-то?
Я не то чтобы завис, но глядя то на труп каймана, то на мёртвую мушку, то на игрушечный пистолет в своих руках, сказать мне было нечего. Ну, кроме того, где бы ещё взять «патронов»…
— Устал? — спросила Анна с улыбкой.
То ли сарказм от трудной битвы с альфа-монстров, то ли реальное сочувствие, что пришлось поскакать, нейтрализуя ту самую «осечку».
— Наоборот, разогрелся, даже о рыбалке задумался, — пожал я плечами, убирая «цецестрел» в рюкзак.
— Эй! Я же пошутила, — возмущенно-удивленно ответила Оса, а потом спросила вкрадчивым голосом: — Но мы же не будем это делать?
— Ну, птицы, похоже, падальщики. Так что попробуем прикормку им подкинуть.
Я обошёл лужу. Так чтобы и не наследить, и от греха подальше, если какая-нибудь из мушек ещё не откинулась. Подхватил крупный пятнистый кристалл — белый с бледно-оранжевыми мазками. Наверное, самый крупный геном, который мне попадался. Я навёл на него сканер и довольно хмыкнул. И, похоже, самый дорогой.
'Обнаружен геном песчаного каймана. Тип альфа. Уровень редкости: 11. Средняя цена закупки в генотеках: девяносто тысяч аркоинов. Предполагаемые навыки, передаваемые от донора к реципиенту: выносливость, сила, формирование защитного кожного покрова, ускоренная регенерация.
Ограничения по применению: масса реципиента — не менее 120 кг.
Особенности: применяется для безопасного перехода на 11-й и последующие уровни инициации'.
Я, наверное, никогда не привыкну к разбросу цен на геномы, оружие и прочие товары, но последняя строчка описания хотя бы этот момент, но прояснила. Клара рассказывала, что кайманы после десятой уже многие с ума сходят, а «Крысоловы» начиная с пятнадцатой вообще начинают применять особые эссенции, чтобы хоть как-то продвинуться. Если этот помогает улучшиться без побочек, то учитывая его редкость и, наоборот, количество бойцов с таким геномом, то цена даже занижена. Хотя защитный кожный покров и ускоренная регенерация не спасли его от мошкары.
Ладно. Однозначно охота началась более чем удачно. Нас пока никто не убил, а мы уже в приличном плюсе.
Я достал курки и принялся за разделку будущей приманки. Процесс затянулся. И опыта у меня в этом мало, и шкура всё-таки поддавалась с трудом. Шакрасик гонялся среди деревьев, истребляя замаскированных палочников, а Оса, чтобы не заскучать, начала плести корзинки. Криво и косо, но в итоге они все пригодились, чтобы донести приманку до места засады. Правда, я настолько испачкался в крови, пока выполнял роль мясника, что самой лучшей приманкой, я чувствовал себя.
Ловить птиц мы решили на берегу. Место, где остался искромсанный труп каймана, подходило плохо. Мало прострелов, много камней и деревьев, а я сомневался, что летающие и явно осторожные птицы подпустят нас близко.
Когда мы вышли к берегу, первое, с чем пришлось бороться — это с желанием немедленно, с разбега, и сверкая голыми пятками, броситься в лазурное море. Участок песка не такой, чтобы широкий, пальмы далеко (ближе всё какие-то кривые, перекрученные «ивы», на которые явно влияла аномалия) и вода непрозрачная из-за постоянно накатывающихся волн. Так что рекламу «Баунти» здесь, может, и не стали бы снимать, но нам было плевать. Особенно мне, насквозь пропитавшемуся чужой кровью.
По колено в воду я всё-таки зашёл. Почувствовал лёгкое покалывание, будто от слабого тока, и лёгкий необъяснимый тремор по всему телу. Что-то типа плохого предчувствия, идущей всё от той же бездны, что в тебя всматривается. Умыться мне это не помешало, хотя, мне кажется, что таких рекордов в скоростной стирке себя и одежды я ещё не ставил.
Оса лишь ножки помочила, пробежавшись параллельно с волной вдоль берега, а мелкий даже подходить не стал. Дождался, пока я приведу себя в порядок, а потом сурово на меня нарычал, попытавшись цапнуть за штанину, не смутившись, что она мокрая.
Значит, дело не в воде, а в том, что под ней. Надо будет сильно подумать, как и на чём плыть, если мы когда-нибудь решимся на открытие новых континентов.
Пока обсыхал, занялся пристрелкой «ваншота». Потратил патронов, пошумел, но в итоге остался доволен. А итоговую проверку провёл уже не на самодельной мишени, а на новых монстрах, привлечённых выстрелами. Недолго мы пробыли в одиночестве. Из леса до нас докатились древолазы, а из песка начали выкапываться кайманы. К сожалению, обычные, которыми торговать было выгодно, но только оптом.
«Ваншот» не подвёл. Пуля легла немного в стороне от места, куда я целился, но и шкуру пробила и насквозь прошла, вылетев из-за спины. Во второго я промазал ещё больше, перебил ему лапу, вынудив подставить открытую шею под бросок шакрасика. Но с третьим получилось идеально. Пуля вошла ровно туда, куда я целился, проделав третий глаз на черепе монстра. Остальных добила Оса, чередуя длинные, высокие прыжки по камням с перезарядкой арбалета.
Мы собрали геномы и засыпали песком с камнями трупы, чтобы не отвлекать падальщиков от места основной засады. А потом прошли пару километров вдоль берега, прежде чем нашли достаточно открытое место. Так, чтобы поближе к месту, где я в прошлый раз видел птиц, но и так, чтобы подальше эпицентров воронок. Плюс, чтобы выход из леса не был сплошной зелёной стеной.
Раскидали там куски мяса: часть оставили на камнях, часть в песке и немного на самом краю воды. И вернулись метров на пятьсот, где была гарантия, что нашу маскировку не пробьёт нюх даже суперхищника.
Я устроился между двумя камнями, положив винтовку на рюкзак. Подтянул поближе подсумок с патронами. Накинул свой старый сетчатый шарф. С учётом навыка «Маскировка» уже больше для защиты от солнца, чем ради скрытия силуэта. Хотя вместе они сработали ещё лучше. Оса специально прогулялась по пляжу, со стороны оценивая меня и нашу позицию в общем. Подняла обе руки, выставив большие пальцы, а после этого сама «растворилась» в зарослях на границе песочного пляжа.
Проявилась она уже у меня за спиной и тоже спряталась среди камней, но заняв позицию так, чтобы прикрывать наши спины. Мелкий остался с ней, но довольно быстро задремал от скуки. Где-то через два часа ожидания я первый раз задумался, что приманка может не сработать. Всё-таки пошумели мы изрядно, и складывалось впечатление, что весь пляж опустел.
Единственное движение, а вместе с ним и своего рода развлечение продолжали выдавать воронки. Как по расписанию (или на условной перезарядке) каждый час по волнам будто пробегал дополнительный заряд тока. Я хоть и был метрах в пятнадцати от воды, но всё равно чувствовал, как на затылке шевелятся волосы и тянут меня в воду. Наваждение легко стряхивалось, но, видимо, только с тех, кто был на суше. Подводная жизнь тут же начинала бурлить — на зов откликались рыбы, бродившие вдоль берега.
  
Не всегда это были акулы, первый раз в ловушку попал и, взлетев в воздухе, разорвался обыкновенный тунец. Довольно мелкий по тунячьим меркам — всего где-то метр с хвостиком, и на вид тянул он килограмм на пятьдесят. Второй раз, с небольшой задержкой, либо сопротивлялась сигналу, либо плыла издалека, всё-таки появилась акула. Но тоже какая-то мелкая, скорее всего, рифовая.