Геном хищника. Книга шестая (СИ)

— А вы кто? — хрипло спросил я, пересохшими губами.
Показалось, что мой вопрос Гриза не просто удивил, а оскорбил. Шрам на его лицо скривился настолько, что лицо почти нормально стало выглядеть. Появилась версия, что ему прозвище тоже дали с каким-то странным, извращённым чувством юмора. Сам он на гризли не тянул, хоть и был крупные и крепче меня, а вот получить от гризли по морде он мог вполне. Почему не вылечил — неясно, но, видать, постулат, что шрамы украшают мужчин у этих «бойскаутов» доведён до абсолюта.
  
— Мы?
Спросил Гриз, справившись с эмоциями. Но сразу опять замолчал, подбирая слова. Возможно, ему первый раз такой вопрос задали.
— Мы, — наконец сказал мужчина, — возможно, единственная надежда Аркадии. Её здравый смысл и луч света во тьме бесконтрольного смешения геномов, захлестнувшего этот мир.
Я непроизвольно кашлянул и чуть было не рассмеялся! Это же надо было, после всех сектантов, мутантов, чёрных и прочих мутных геномов натолкнуться на ревнителей чистоты! Капец, санитары леса какие-то. Аркадианская, блин, раса. Чистый, белый геном и вот это вот всё…
— Гриз, не трать на него слова, — к нам вернулась Ласка.
Вместе с ней подошёл и третий. Он выглядел самым мелким, ростом даже ниже блондинки. Худой, лысый и жилистый. Если Гриз был отдалённо похож на этакого Ван Хельсинга, то от этого веяло чем-то восточным, в духе боевого монаха. По его оружию пока было не очень понятно — на нём был кожаный жилет, по бокам которого были сделаны широкие ножны, из которых торчали широкие рукоятки в форме полумесяца. Хм, скорее всего, там тычковые ножи.
Плохо, что я не мог понять, что у них за геномы. Что там за база, которую они явно вкачали на несколько уровней? По сути, я знал только о развитой маскировке и о том, что они развалили несколько отрядов Птичьих.
Примечательно, что ни у кого я не увидел браслетов «Древних». Это тоже было интересно. То есть чистота глобальная: донор должен быть один, никакого огнестрельного оружия и никаких бесовских штук от «Древних». Наверняка безумная прокачка базы, сила духа и отточенное мастерство. Зато ни раса, ни национальность не важна.
— Он мутант? — спросил Гриз, и в его голосе прозвучало искреннее разочарование с усталостью.
— Полукровка.
Ответила Ласка, разглядывая какой-то агрегат в руках. Он был похож на сканер «Миротворцев», но экран у него был шире и почти тянул на планшет. М-да, и здесь двойные стандарты…
— Занятный трофей, — продолжила Ласка. — У него нет второй инициации, зато уже намешано всякой твари по паре. Даже интересно, что могло бы получиться, закрой он базу.
— Визл, думай, о чём говоришь, — за её спиной прошипел «монах».
— Прости, — смиренно ответила Ласка, и как-то сразу стало понятно, кто здесь главный, и кто самый опасный. — Я в том смысле, что потом трофей был бы более ценным.
— Кто у него в базе?
— Шакрас, — многозначительно закивав, сказала Ласка, а Гриз кашлянул. — У мастера Вольфа в бестиарии его до сих пор нет.
— Хорошо, — ответил «монах». — Я смогу выделить геном, даже если в полукровке всего десятая часть. Принеси оборудование. Думаю, мы порадуем мастера Вольфа и пополним бестиарий не только птицами.
Ласка молча повиновалась. Скрылась за палаткой и практически сразу вернулась. Вместо планшета у неё в руках был стальной бидон, а вокруг плеча была обмотка из проводов для капельницы.
Глядя на всё это, я понял, что «монах» ошибается. Ничего хорошего во всём этом уже не было. Но я лишь пожал плечами и поёрзал на верёвке. Не потому, что мне было всё равно, а чтобы хоть как-то разогнать кровь. Отдавать её этим идейным недорасистам я совершенно не собирался.
 Глава 21 
— Гриз, — шепнул я, когда шрамированный с сосредоточенным видом принялся распутывать трубки от капельницы. — Вы же цивилизованные люди, может, договоримся?
— Нам не о чем говорить с полукровкой, — Гриз скривился и что-то прошептал себе под нос, будто заговор от сглаза. — Ты сам и речи твои смердят грязной кровью.
Ну, хоть не ересью. Я снова пожал плечами, раскачиваясь и прогоняя кровь. Не знаю, какая религия лежит в основе убеждений этих больных на голову санитаров Аркадии, но что-то им мастер Вольф точно в голове программирует. Надо будет у Нолана спросить, чем они его так вдохновляют? Хотя, скорее всего, Чёрч просто не знаком с их методами.
Так, ладно. Надо собраться и скоординироваться с мелким. Я чувствовал его рядом и ещё несколько мелких зверей, бродивших по округе. Но хотелось бы, конечно, засечь отряд Птичьих. И можно сразу с птицами-предками. Парочка стай не помешала бы. В принципе, я бы с удовольствием и Осу почувствовал бы. По моим прикидкам, она уже должна была пройти генадиализ, пережить это и с новыми силами отправиться ко мне на помощь. Найти меня она действительно сможет, примерно как и Датч по оставленной метке. Я специально их не снимал. Вот только, даже если метка может посылать сигнал тревоги, то во мне нет столько крови, чтобы дождаться помощь. Эх. Ну, может, хоть какая-нибудь заплутавшая ведьма в округе найдётся?
Я улыбнулся, вызвав у Гриза странную реакцию. Он дёрнул плечами и отступил на полшага.
— Пс-с, Гриз, — снова прошептал я. Хотел громче сказать, но во рту пересохло. — А если я вам геном настоящего, живого шакраса предложу? Мастеру Вольфу такой трофей больше понравится.
И снова странная реакция, но уже с явным интересом. А у меня почему-то в груди защемило, на уровне чуйки прилетел удивлённый укол от шакрасика. Пришлось выкручиваться, пытаясь запихнуть в мысленный образ посыл, что я несерьёзно, а ради отвлекающего момента. Не хватало ещё, чтобы мелкий сейчас обиделся и свалил. Если я сейчас и выберусь, то только потому, что мы сделаем это вместе. Нормального плана у меня ещё не было, но какие-то намётки зарождались. Правда, объяснить их Пеплу по нашим антинаучным каналам связи было той ещё задачкой.
— Что он хочет? — спросил «монах», заметив реакцию Гриза.
— Договориться предлагает, — усмехнулся шрамированный. — Свою жизнь в обмен на живого шакраса.
На пару секунд возникла тишина. Кажется, даже костёр притих, перестав трещать искрами. «Монах» будто бы ушёл в себя, но, скорее всего, слушал свою чуйку, сканируя округу. Совсем неласковая Ласка делала то же самое, только на лице появился намёк на улыбку: смесь предвкушения и сразу уже удовольствия от возможной награды. Её рука непроизвольно дёрнулась к груди, и пальцы прошлись по значкам.
Я, конечно, тот ещё психолог, но у идейных много что выкручено на максимум. В этом их сила, но и слабость. Рановато она делит шкуру неубитого шакраса, но наживку заглотила.
Я не переживал, что они сейчас обнаружат Пепла. Уже было неважно. Главным пунктом в моём «ещё не плане» было разделить «санитаров». Хотя бы на то время, что понадобится мне для освобождения с верёвки. Так что мелкому хватит прятаться, пора показать себя.
Не дожидаясь, к каким выводам придут, я направил шакрасику, если не команду, то острое желание вонзить дротик в голову «монаху». Я расслышал свист дротика, рассекающего встреченные на пути листья, и заметил, как у Ласки загорелись глаза. Лысый, всё ещё находясь в режиме сканера, успел увернуться только в последний момент. Костяной снаряд чиркнул его по скуле, а за ним уже вылетел следующий. Шанс, что обстрел убьёт «монаха» был минимальным, но в попытках увернуться, он хоть чуть-чуть, но отдалился от меня. Или хотя бы не смотрел в мою сторону.
Улыбающаяся Ласка, аж взвизгнула от восторга, подпрыгнула и рванула в лес, подхватив по дороге свой арбалет. А Гриз…
  
Ну, Гриз хрипел, что-то пытаясь сказать. Потому что одновременно с рывком Ласки, рванул и я. Неуклюже качнулся, зацепившись левой рукой за рукав Гриза, активировал «Ауру страха» и вскарабкался по нему, как по горке. В правой руке активировалось «Перо», которое я, как только долез, воткнул в шею противника. Воткнул, пропихивая на максимум, и дёрнул в сторону, разрывая артерию.