В поисках равновесия (СИ)

— Что ж, я рада, что этот псих наконец-то мёртв.
— Да, но… Аммайф пропал вместе с Хаддером, они остались ждать меня возле храма, и теперь их нигде нет.
— Ты думаешь… — вот теперь недовольство.
— Хаддер всё разыграл. — Мой голос звучал ровно, хотя в душе клокотала ярость.
— И что теперь будешь делать?
— Разве у меня много вариантов? Найду Хаддера и убью.
Где я стану его искать? Нет, Кэйлин не спросит, это моё дело.
— Буду ждать результатов, — только и сказала она.
Вдруг в комнату вбежал слуга с конвертом:
— Ваше Сиятельство, вам письмо! — воскликнул он. Я, затаив дыхание, сломала синюю печать и достала открытку.
"На закате. Возле старого форта есть грот, над ним чёрный дуб. Мы будем ждать там. Хаддер."
Я отдала бумажку Кэйлин.
— Аммайф у него.
— Он ведь не просто дворецкий для тебя, да? — спросила принцесса. Я опустила взгляд.
— Нет, не просто…
— Кажется, ситуация повторяется. Снова будешь пытаться спасти того, кто должен защищать тебя? — я кивнула. — Но знаешь, я понимаю. Так что… удачи.
Она улыбнулась и пожала мне руку.
***
Я брела в сумерках по пляжу и высматривала означенный дуб. Капли дождя стекали по лицу, плащ давно промок, но холод успокаивал. Почему, вот почему я не послушала свои чувства и не пришила Хаддера заранее? Он же с самого начала казался мерзким! Но отсутствие улик…
Вскоре я увидела дерево, в которое некогда ударила молния. Опознать в нём дуб не сумел бы ни один ботаник, но поскольку других чёрных деревьев не наблюдалось, я решила, что это он.
Мокрая земля скользила под ногами, пока я вскарабкивалась на довольно крутой склон, словно раскрывший пасть. Внутри грота было темно, но мне уже не требовался свет. Каждая грань принимала чёткие очертания даже в кромешной темноте — от трещин на стенах до мелкого каменного крошева на полу. И поэтому двухцветная октограмма больно резанула глаза, когда я увидела её.
В центре сидел Хаддер, задумчиво грызя ногти.
— Вот теперь мы можем поговорить по душам, не правда ли? — насмешливо сказал он. Я подошла ближе, но октограмма вспыхнула, образовав светящиеся жёлто-красные стены. Стоило сделать шаг назад, как она вернулась в исходное состояние. — Нет, ты ничего не сможешь сделать со мной, пока эта чудная звёздочка горит. Не сможешь даже подойти.
— Где Аммайф?
— Он так дорог тебе? А я-то думал, ты спишь с каждым слугой… впрочем, конечно, это не моё дело.
— Где он? — спокойно повторила я.
— Ты не в том положении, чтобы требовать ответы. Но сначала я расскажу тебе, почему я затеял на тебя охоту. Мне, в общем-то, неважно, хочешь ты меня слушать или нет. Вряд ли ты уйдёшь отсюда, пока не узнаешь, где твой драгоценный дворецкий…
— Валяй.
— Итак, всё началось одним жарким июльским днём… тогда мне было пять лет.
— Нельзя ли поближе к делу?
— Ваше Сиятельство, вы же леди, вы обязаны быть вежливой. А вы перебиваете рассказчика. Вам должно быть стыдно.
Я прислонилась к стене грота, пытаясь запастись терпением. Если этот подонок так желает поведать о своём несчастном детстве, я послушаю. Всё равно потом убью.
— Итак, июльский день. Я играл возле нашего старого дома, и вдруг увидел прелестную девочку. Её глаза были словно озёра крови… хотя тогда меня это немножко напугало, я ведь был ещё маленьким. Но её родители были богатыми, а мои — бедными, поэтому ей запретили со мной играть.
Я фыркнула. Тоже мне, трагедия.
— Тогда я пообещал себе, что когда-нибудь она станет моей. Шли годы, я взрослел, но девочка больше не появлялась. Она исчезла из моей жизни. И тогда я решил, что найду её с помощью магии. Мои родители не обладали силой, только позже я узнал, что тот, кого я считал своим отцом, вовсе им не являлся. Мать предала его.
Я снова фыркнула. Подумаешь.
— Прошло ещё несколько лет, и я понял, что обладаю даром… но не божественным даром, нет, скорее дьявольским. И во время очередной ссоры с родителями я убил их обоих. А потом выставил это так, словно на них напали наёмники.
Подросток-психопат, хорошее начало карьеры преступника.
 
— Вскоре я нашёл красноглазую красавицу. Надо сказать, за все те годы она перестала быть красавицей, но я ведь обещал себе. Она согласилась стать моей женой, впрочем, у неё не было выбора. Потом у нас родилась дочь. Не знаю, что случилось с моей женой, но однажды, придя ночью, я застал её болтающейся в петле. В записке она написала, что больше не может жить с таким чудовищем, каким она меня считала.
— Я бы тоже предпочла петлю.
— Молчать! Моя дочь росла, и у неё стали проявляться такие же, что и у меня, способности. Она была сильной, очень сильной. Вскоре она стала участвовать в моих делах. Я познакомился с Баффельером, он обещал помогать мне деньгами. У него хватало связей. Но однажды королевские ищейки вынюхали что-то о наших делах, и нас начали преследовать. И вот я узнал, что за всем этим стоит твой отец, каратель, как его ещё называли. Мы убили его, но появилась ты. Ты убила стольких людей, которых я считал единомышленниками, утопила мой орден в крови…
Орден, ха!
— Тогда мы решили уничтожить тебя. Но Баффельер послал на это дело мою дочь! Он сказал мне потом, что у тебя не было охраны, что в серьёзных силах не было нужды, и что моя дочь всё равно лучшая, она не могла не справиться с магом-дохляком и ничего не умеющей девчонкой. Но твой телохранитель вместе с куском твоей души получил доступ к твоей силе. И вот она умерла!
И Тей…
— Я поклялся отомстить всем, кто в этом виновен! Я заманил тебя в храм, где один из лучших магов Империи должен был перейти во тьму и убить тебя… Это было бы таким изящным решением — принц убивает герцогиню, известную как Плеть Королевы. Но ты спутала мне все карты!
А он ожидал чего-то другого?..
— Баффельера я подставил. Он не хотел убивать тебя, нет, он жаждал обладать тобой, и я подсказал, как заманить тебя так, чтобы ты осталась с ним наедине… Но я знал, что он проиграет. Он слабак, потому что у него нет настоящей цели. Нет, ты должна была достаться только мне! Сначала я хотел убить тебя, но потом понял, что это слишком просто. Даже неделя мучений не удовлетворила бы меня. К тому же в храме ты обрела силу, которая должна была уничтожить тебя! Тогда я разыграл ту сценку с пленом, а ты купилась на неё, как полная идиотка! — он рассмеялся. — И я увидел тебя с дворецким и понял, что убью его, а тебя оставлю жить без возможности отомстить. Ты сожрёшь себя сама. А он даже не сопротивлялся — не ожидал удара в спину. Ха-ха.
Мне было уже не до смеха, я прожигала взглядом ненавистного чернокнижника.
— Ты закопала мою дочь в лесу, как собаку… Но теперь ты сама никогда не узнаешь, где зарыт труп твоего дворецкого! И никогда не найдёшь меня! — он рассмеялся.
Октограмма вспыхнула, свет едва не обжёг глаза. Я прикрыла их рукой, но в следующий миг грот погрузился во тьму. Я кинулась к тому месту, где только что сидел Хаддер. Там никого не было, только ровный пол без намёка на следы чернокнижника.
Телепортировался! Я всё могу понять, но как такое возможно?!
Сев на пол, я попыталась осмыслить сказанное. Мысли шевелились вяло, скованные злобой.
Его дочь убила Тея. Он убил Аммайфа. И будет убивать дальше, потому что всё ещё свободен.
Но он должен умереть! И я найду его, из-под земли достану.
В ярости я закричала. Свод грота пошёл трещинами, грозя вот-вот обвалиться.
Мне было всё равно. Я чувствовала, как откуда-то изнутри меня, из самых потаённых уголков души, вырывается дьявольское пламя и сжигает моё тело, заставляя кричать ещё громче от отчаяния.
На пол посыпались камни, но они не могли причинить вреда.
Зависнув в воздухе, я чувствовала, как тьма вырывается из моего тела, обращается тысячей перьев и складывается в черные крылья за спиной.
Я ощущала, как разрастается желание уничтожать.
И вдруг во все стороны от меня покатил вал взрывной волны. Он взметнул осколками свод грота, открывая тёмное ночное небо. На секунду я увидела, как застыло полусферой каменное крошево, но потом ещё стремительнее стало падать на землю, взметая фонтанчики грязи.