Четвертый берег (СИ)

— А были бы пушки — залез? — сиятельный Ли Чжонму неумело скрывал улыбку. — Напал бы на Париж с неполным полком?
Арита гордо молчал, чувствуя в вопросе генерала подвох. Потом завершил доклад:
— Против нас вышел конный отряд, несколько сотен. Они нас атаковали, но не дошло даже до рукопашной: стрелки били по ним из пистолетов и отходили. Постепенно их рыцари оказались зажаты между копейными ротами — и мы сжали клещи. После этого из-за стен никто больше не выходил. По нам били из луков, но мы не подходили близко. Я забрал пленных и привел отряд сюда… Кстати! Вот связанных рыцарей тащить — для такой работы эти здоровые монстры отлично подходят! Могут хоть целый день тащить сразу двух… Но только шагом.
  
— Дестриэ нужны для короткой атаки, а не для долгих переходов, — кивнул Ли Чжонму. — Но это мы еще обсудим, Арита. Сейчас у нас другая повестка.
Он встал и принялся медленно расхаживать вдоль карты, расстеленной на огромном дубовом столе. Члены штаба (И Жанна с Жаном-Бастардом) пристально следили за главнокомандующим.
— Что ж, легкой победы не вышло, — Ли Чжонму замер и повернулся к офицерам. — Ну, и хорошо! Ибо легкий путь — удел слабых. А это точно не мы!
Над столом пронесся легкий бриз улыбок и смешков. Французы слегка удивленно переглянулись.
— Давайте смотреть: что у нас есть? Главный враг — Англия — находится на севере, за морем. Ее король и главный полководец — в Париже. С минимальными силами. Они уже частично отрезаны от своей базы — мы контролируем Руан и движение по Сене. Вся наша Армия, наконец, воссоединилась, и мы можем бить врага.
— Простите, генерал, — вмешалась Жанна. — Вся ваша Армия — это семь тысяч?
— Восемь с половиной, демуазель, — поклонился сиятельный. — Но половина полка Шао — в Арфлёре. И, конечно, имеются потери. Мы все-таки выиграли четыре сражения.
Жан-Бастард чуть заметно засопел.
— Увы, нас эти победы не должны расслаблять. Арита уже понял, как непросто воевать с рыцарями. Гванук, наверное, уже всем рассказал, чего стоят английские лучники. Враг силен и может дать по зубам… — Ли Чжонму снова принялся выхаживать, заложив руки ща спину. — Париж, конечно, брать нельзя — у нас просто не хватит людей, чтобы организовать правильную осаду. Все-таки это самый большой город Европы. Разрушить стены и войти в город легко…
Жан-Бастард демонстративно фыркнул, но Дева предупреждающие положила ему ладонь на руку и едва заметно качнула головой: они, мол, могут… Гванук едва не расхохотался, глядя как этот граф несуществующих графств поплыл от одного прикосновения Жанны… Генерал Ли кашлянул, возвращая всех к теме разговора.
— Войти легко, — с нажимом повторил он. — А вот занять и удержать — очень трудно. В Париже не только английские, но и бургундские отряды. Более того, сам город сейчас, скорее, на стороне бургундцев. Спасибо арманьякам за их жестокость и безумства… А воевать против города я не хочу. К тому же, это чистое самоубийство. Париж ведь раз в пять больше Руана.
Чахун присвистнул.
— У нас нет столько пороха, мой генерал, — пошутил он и сам первый рассмеялся.
— Поэтому нам нужно сделать следующее: усугубить изоляцию короля от его базы. Арфлёр и Дьепп взяты, в Шербуре разрушена гавань. Нужно занять все иные возможные порты на побережье. Далее: Чжэн Хэ и Ри Чинъён получат приказ выходить на север и захватывать все английские суда. Заодно, капитаны путь изучают лоции Ла-Манша; возможно, позже мы сможем напасть уже на английские гавани типа Дувра. Мианг! Оформи это в приказ.
— Сроки? — уточнил невысокий адъютант.
— Пока без сроков. Я не знаю, в какой сейчас готовности Золотой флот. Напиши: при первой же возможности. Далее! Мы ведем Армию к Парижу! Перекрываем северное направление, ловим отдельные отряды, мешаем торговле и следим, чтобы король не выскользнул из этой гигантской мышеловки. Наша задача максимум: заставить англо-бургундские силы так разозлиться на нас, что они выйдут в поле и дадут нам бой! А что? Досточтимая Дева уже высказала свой скепсис по поводу нашей малой численности. Возможно, и Его Величество с Его Светлостью тоже проявят недальновидное презрение к Пресвитерианцам — и совершат роковую ошибку.
Снова смешки и улыбки — полковники и бригадиры жаждали настоящего боя. Последние серьезные битвы были аж на Цейлоне.
— Если таковое сражение случится — то уже после него спокойно принимаем сдачу Парижа. Если нет — держим врага взаперти, следим и потихоньку укрепляем Армию. Здесь — в Руане и новой крепости — останутся части каждой бригады, которые будут готовить новые подразделения.
Генерал Ли измерил шагами стол еще раз.
— Два момента смущают меня в этом плане. Первое: мы по-прежнему ничего не знаем о третьей силе. О бургундцах. Где их основные войска? В самой Бургундии или Бургундских Нидерландах? Или вообще вышли в поход в какой-нибудь иной регион? Пока Полукровка не принес мне достоверной информации.
Второе — это вопрос командования. Мне нужно руководить осадой Парижа, но я не могу сейчас покинуть эти места. Столько дел начато, но они еще требуют контроля… Эх, не думал я, что дела пойдут так быстро! Я-то хотел за два-три месяца сформировать крепкую базу в Нормандии, а потом уже начать бить англичан с предателями.
Еще один проход вдоль стола. Еще.
— Все-таки я останусь здесь. Тут меня некому заменить, а вот для битвы я вырастил уже многих, — улыбнулся Ли Чжонму. — Сводный корпус на Париж поведет бригадир О!
Гванук посмотрел на генерала, кивнул и невольно расправил плечи. Раньше он не очень любил, когда ему в подчинение ставили равных. Груз ответственности начинал давить, уже нельзя кидаться в лихие атаки… Но сейчас назначение почему-то наполнило грудь малознакомой теплотой.
Приятная гордость.
— Ты получишь 30 полевых пушек, все мортиры и почти весь запас ядер, картечи и пороха. С тобой отправляются все бригады и отдельные полки. Но в Руане и новой крепости останутся твой щитоносный полк, Дубовый полк, остатки первого полка Шао, копейная рота Самураев, рота егерей. Ну, и остальная артиллерия. Это: для обучения новобранцев и на случай появления бургундцев в тылу — все-таки Бургундскеи Нидерланды совсем под боком… Ты о них тоже не забывай, мой мальчик! Так что разведка — прежде всего! Кстати, половина людей Монгола тоже идет с тобой.
— Генерал Луи! — вклинилась в разговор Жанна д’Арк. — Я бы хотела обсудить своё участие в походе на Париж.
— Нет, — машинально бросил главнокомандующий, привыкший, что даже такое «нет» все воспринимают, как приказ. Но Дева к этим всем точно не относилась.
— Да, — спокойно сказала она, вставая во весь свой немалый рост. — Как я понимаю, ваш командир поведет к Парижу всего пять или шесть тысяч. У меня же под рукой уже почти тысяча воинов, среди которых есть весьма опытные рыцари. Вам не кажется, что дополнительная тысяча может заметно усилить это маленькое войско?
Наполеон глубоко вдохнул и какое-то время ничего не говорил. Потом медленно выдохнул и произнес с неискренней медоточивостью:
— Жанна, конечно, нам пригодится ваше славное войско. Обсудите это с вашим полковником Жаном… эээ…
— Можете называть меня Бастардом, — усмехнулся с места рыцарь, видя заминку генерала.
— Ваш полковник обговорит практические вопросы с бригадиром О и, конечно, сможет, присоединиться к походу со своим отрядом.
  
— Луи, вы не поняли! Или не желаете понять… С моим войском должна идти я. Я вела людей в бой с самого начала. Мое место всегда среди моих людей.
Дева говорила спокойно, глядя прямо в глаза сиятельному. А вот Ли Чжонму удавалось держать себя в руках всё хуже и хуже.
— Жанна, это слишком большой риск. Армия будет оторвана от базы и резервов. Рядом — огромный Париж. Неведомо где — полные сил бургундцы. Неужели вы не понимаете, как вы важны для нашей грядущей победы?