Эй, влюбись в меня! Том 2 (СИ)

Сандра Моретти оказалась менее удачливой и не пришла в себя после взрыва, а значит, всё ещё находилась под контролем разума. Её язык, опутав мои ноги, должен был лишить меня точки опоры, но благодаря щупам,я с лёгкостью устоял. А после, схватив ту за язык и намотав его на руку, со всей силы дёрнул на себя и чувственным ударом ноги в челюсть попытался напомнить вчерашней подруге, с кем та сражается. 
Лёгкое тельце, кувыркнувшись в воздухе, отлетело к стене, на автомате смотав язык. «Вырубил», — подумал я, вновь переведя взгляд на Паука, но тот, воспользовавшись моей отвлечённостью, выхватил пистолет и несколько раз выстрелил. 
Очередная моя ошибка, оплошность новичка. Полностью сконцентрировавшись на быстроте передвижений и противодействии врагов в виде Игуаны и Ванессы, я не возвёл вокруг себя достаточно плотный барьер. Все выпущенные врагом пули достигают цели. Показатель энергозащиты костюма опускается до нуля, а последний выстрел и вовсе напоминает, какого цвета моя кровь. 
— Взрывчатка не в шлюзах сброса, она в южной стене между плитами! Если произойдёт взрыв, то обрушения станут причиной разрушения внешней городской стены и дамбы! — выкрик не унимающейся Фортуны рушит планы Бессмертного. 
— Закрой рот! — Кидается на Флору тот, но в очередной раз вставший у него на пути отец не позволяет и пальцем коснуться пришедшей в себя девушки.
Откуда у неё эта информация, как узнала? Случайность, совпадение, удача или наоборот? Известно лишь одно: до этого спокойный Бессмертный в ярости, а значит, в словах Флоры что-то есть. Теперь удача на нашей стороне, и всё ещё возможно исправить! 
Рухнув на землю, конусовидным щитом прикрываю себя от очередной серии выстрелов вставшего челкастого. Пуля, пущенная им, попала мне прямо в живот, и это пиздец как плохо. Внутренние системы жизнеобеспечения уже принялись зализывать рану, но это тебе не царапина или порез какой-то, судя по адской боли, могли быть задеты и органы. Несколько секунд понадобилось моим подругам, дабы заградительным огнём, а также рукопашным боем с отлипшей от потолка Франчески закрыть стрелку обзор, не позволив меня добить. 
— Хрон, их цель не шлюзы, они ударят по стене. Срочно возвращайся, срочно! — выкрик отца ещё больше подначил Бессмертного к действием. Откусив себе палец, тот с брызжущей кровью кидает его в отца, серия мелких взрывов, закончившаяся одним громким, вновь заволакивает помещение дымом, из которого на нас с целью схватить и подорвать вместе с собой выскакивает Бессмертный. 
— Андрей, забирай мальчика и уходи, только ты со своей силой сможешь в случае угрозы поглотить заряд! — звонкий крик матери напомнил о том, кем я внезапно стал для группы. «Саня, ты что, балласт? Ну уж нет! ИИ, экстренная программа. Ввести обезболивающее, ввести адреналин, все силы на поддержание боеспособности!» Серия уколов прокатывается по всему телу, запускается инъекция.
— Прикрой! — кричит отец, меняясь с матерью, затем хватает меня на руки. — Куда ранило? — уклонившись от очередного куска плоти, летевшего в нас, пробежав по стене и приземлившись у выхода, спрашивает Батя. 
— В живот… 
— Хуёво, — коротко подмечает тот. — Вводи адреналин. В костюме обезбол есть?
— Уже ввёл, нужно время. Потом вновь буду в строю. — Стараясь справиться с колющей от каждого движения отца болью, ожидая спасательного действия стимуляторов, отвечаю я. 
— Прости, сынок, думаю, ты и сам всё прекрасно понимаешь… 
Не поймёшь тут. Что моя жизнь, что жизнь отца, матери, сестёр и друзей, когда за нашей спиной десятки миллионов, закончатся прямо сейчас, и ещё сотни, которых может погубить грядущая война. В глазах на мгновение всё потемнело, но после обезболивающее вместе с разгоняющим разум адреналином наконец-то дали результат. Монотонный мир вокруг становился всё чётче и чётче, а я стал подмечать множественные странности, окружавшие нас. 
— А ты, бать, оказывается, медленно бегаешь… — неуместно попытался пошутить я, получив в ответ лишь негромкую усмешку. — Кстати, неужели Бессмертный так просто нас отпустил? 
 
— Нет, ты отключался примерно на минуту. — Взглянув на лицо отца, замечаю разбитую губу. — Дело рук твоей блондиночки. Горячую ж бабу ты в своё время оседлал, сынок, одобряю выбор. Жаль только, что она сейчас не хозяйка своему телу да и башке судя по всему тоже. Бессмертный её наркотой с Икс геном смешанной накачал. Да причём походу столько в неё залил, что любой другой от перетоксикации в желе превратился бы, а это дитя лаборатории живее всех живых… Вон мне то, что в её крови, на перчатку попало, аж слой краски разъело, девка сейчас по сути сама себя жарит, как печь микроволновая. 
На броне отца красовалось токсично красное пятно с углублением в защитный слой. 
— Думаешь, она делает это против своей воли? — спросил я, и в следующую секунду, выпустив щупы, сам подхватил того, а затем ускорился. 
— Нет, с таким уровнем регенерации после пары мозгодробящих ударов хоть на часть, но она пришла бы в себя, а тут… 
— Ты чё ей черепушку разнёс? — нервно сглотнув, спросил я. 
— Пару раз. Не помогло, — ответил отец. 
По наводке Фортуны поиски долго не продлились. Привлекла нас даже не какая-то определённая комната, а страшный смрад, с силой которого не справлялись даже относительно современные воздухоочистные системы, установленные на станции. От скал прямо-таки разило мертвечиной и чем-то ещё, странным и очень непонятным. Как ищейки, идя на запах, мы движемся вдоль стен к месту, где смрад самый сильный и стойкий. Каждое действие требует внимания, осторожности к возможной системе защиты, установленной кем-то из Олимпа. 
Внезапно достаточно далеко от металлизированной части стены запах становится слабее, что противоречит словам Фортуны. 
— Возвращаемся, — командует отец, и мы вновь движемся назад, рискуя в любой момент столкнуться с нашей такой же бессмертной проблемой, как и её старшая копия. Именно копия — такой сейчас я видел Ванессу, обладавшую той же главной способностью, что и Бессмертный кукловод. Ну и бандиты пошли: один бессмертный, другой людьми управляет, а как и что — хрен поймёшь. 
— Андрей… Мы проиграли. Нам удалось остановить ту языкастую, даже Контролёра убили, но всё пошло не по плану, — голос матери в передатчике звучал обречённо. — Бессмертный ушёл вслед за вами, а с ним наша Катя. Этот челкастый ублюдок перед смертью захватил нашу доченьку, у них в руках наша Катя… Помоги, помоги ей, Андрей, прошу… 
— Мне жаль, — не выходя на связь, глядя мне в глаза, произнёс отец. — Это не Лена, скорее всего, манипулятор или Контролёр, как его там, уже взял её под контроль и давит на жалость. Пойми меня правильно, сынок, твоя мать умеет расставлять приоритеты, и семья для неё никогда не была чем-то что превыше долга. 
Отвечать на подобное не хотелось. Кивнув, не зная, что на самом деле случилось, я полностью доверился отцу, а после, подтолкнув его вперёд, двинул вместе с ним обратно к месту, где смрад чувствовался лучше всего. Тайный ход, замаскированный под продолжение стальной конструкции стены, оказался весьма хитрым иллюзорным и тактильным приёмом, за которым нас уже ждала парочка охранников из Олимпа. С ног до головы увешанные взрывчаткой, те при виде нас судорожно похватались за рации, а руки их тотчас направились к висящим на животах кнопкам. Если бы они их нажали, хер знает, что со всеми нами случилось бы.
Отец отреагировал моментально. Энергоклинки, выскользнувшие из его рук, срезают оба запястья левого, что первым потянулся до злополучной красной кнопки на пузе. Я же едва успел щупами остановить второго, а после, связав его по рукам и ногам, предоставил отцу. 
— Умри! — Понимая, что не вырвется, зубами потянулся к какой-то херне у шеи пленник, но быстро парализовавший первого отец тут же примчался мне на помощь. Пара секунд, и оба террориста живы, но бьются в конвульсиях. 
— Почему ты их не добил? — спрашиваю я, оглядывая залитое кровью скрытое помещение с сотнями, а то и тысячами странных бочек, наполненных гнилой жидкостью, напоминающей разложившуюся плоть.