Эй, влюбись в меня! Том 2 (СИ)

— К чему всё это? Столько людей погибнет и ради чего? Ради того, чтобы тебя запомнили, как величайшего террориста, человека, спровоцировавшего начала очередного конца света. Небось вторым пришествием себя возомнил, пророк ты ссаный?! — Слегка передохнув, понимая, что с врагом не договориться, вновь готовится к новому бою отец. 
— Террорист, второе пришествие? — не скрывая удивления, внезапно произносит Бессмертный. — Я не псих, а ты не идиот, чтобы считать меня настолько мелочным, дабы занять эту вшивую, никому не нужную в мире людей должность. Тэн, закрой глаза и посмотри налево, после направо, а затем вспомни историю. Наш мир всегда разрывали войны, люди жаждущие власти, используя деньги, веру, чужие амбиции, год за годом, век за веком, тысячелетие за тысячелетием приближали наш общий конец. Одна грандиозная война сменялась другой, более масштабной и разрушительной, и так по кругу из цикла в цикл. Рождавшиеся в огне более сильные королевства поглощали слабые и расширялись, после эти королевства поглощали уже империи, ещё сильнее сокращая то число созданных и разделяющих нас границ.
И длилось это всё до того момента, пока друг напротив друга с взведёнными курками не остались двое. Такого ещё не было, Тэн, сейчас мы всего в шаге от того, чтобы увидеть мир, в котором больше не будет войн, все подчинятся кому-то одному. 
Восточный Красный Дракон и Западный Небесный Орёл вот-вот схлестнутся в своей последней схватке.
Их встреча была предрешена, и тот, кто победит в последней войне, завладеет всем. Ты правда считал меня террористом? Наивное дитя, склонись же, перед тобой будущий правитель этой грёбаной, наполненной лицемерами, лжецами и идиотами планеты! 
— Ёбаный псих! — кинувшись вперёд, едко выплюнул отец. 
В этот раз Бессмертный не стал подставляться под атаку отца и контратаковал. Его рука при соприкосновении с клинком Андрея подорвалась, не позволив тому отсечь и сантиметра пальцев или кисти. Атака матери со спины так же наткнулась на выкинутую за плечо руку и взрыв. Ублюдок, даже имея бессмертие, умело подрывал себя, держа оппонентов на достаточной дистанции. 
— Я буду резать тебя столько, сколько потребуется, и не позволю взорвать это место! — отступив при взрыве и вновь кинувшись в атаку, но только целясь в ноги, рыкнул отец, после чего к их с матерью нападкам присоединились и сёстры вместе с Франческой. И лишь я, глядя за всем со стороны, не видя в этом никакого смысла, замер. Опять предчувствие, опять ощущение того, что что-то здесь не так, что враг вновь скрывает и недоговаривает. 
Долго думать в бою опасно. Враг откинул мою родню, после, пропустив выстрел в грудь от Ани, слегка пошатнулся. Щупы мои окутывают его тело, используя силу телепатии, пытаясь побороть всю ту невыносимую боль, с которой это существо живёт. Мучительная, зудящая, до боли в зубах сводящая с ума, ужасающая… Обычный человек никогда бы не смог жить с чем-то подобным, но это существо обладало сознанием и могло как-то побороть те адские муки, от которых у меня изо рта, как у бешенной собаки, повалила пена и слюни. 
Припав на колено, пытаясь отдышаться, прекращаю лезть в его сумасшедшую голову и слышу:
— Всё готово, Бессмертный. — Внезапный столь желанный и одновременно напугавший меня голос заставил обернуться. Позади, у южного входа в смотровую, через которую наверх поднимались и мы, стояла Ванесса. Маска её была сброшена, в красно-чёрном костюме виднелись десятки дыр, клинки её были изломаны, а кобура для огнестрела пустовала. Сильной рукой, словно вещь, та держа за волосы Воришку, а потом кинула нам под ноги её бессознательное тело.
За спиной Ванессы двигалась четвёрка поддержки, трёх из которой я хорошо знал. Первыми двумя, кого я не ожидал и не хотел увидеть в числе сегодняшних врагов, были Сандра Моретти, девушка Игуана и Флора Фортуна. Прячась за их спинами, следом шли живой мертвец Гамбит, чьё лицо предательски украл ублюдок Краска, и ещё один, находившийся в самом тылу, молодой коренастый тип с длинной чёлкой на глазах.
 
Ледяной взгляд полностью игнорирующей меня Ванессы уткнулся в Бессмертного. Казалось, сейчас передо мной был совершенно другой, незнакомый человек, настоящий враг. 
— Ванесса! — На мой оклик девушка даже не обернулась. В одно мгновение я и та троица знакомых мне девиц стали друг другу чужими. Моя растерянность, удивление и отчаяние сильно насмешили прятавшихся за спинами девушек Краску и неизвестного челкастого уродца.
Гортанный смех Бессмертного не сулил ничего хорошего. Что имела в виду Ванесса, говоря «всё готово»? Чего и откуда ждать? Неужели мы, сами того не подозревая, добровольно прыгнули в сети нашего главного врага?! 
— Последователи мои, вы отлично выполнили свою работу, теперь вместе с вами мы увидим столь долгожданный финал! Рассвет нового мира грядёт! — раскинув руки, открывшись для совместной атаки матери и отца, вскрикнул бессмертный, а после, когда их оружие пронзило гнилую плоть, вновь подорвался, в очередной раз показав полную нецелесообразность хоть каких-либо физических атак. Эта тварь, некогда бывшая человеком, действительно как-то умудрилась стать бессмертной!
— Г-господин, вы же говорили, как только мы закончим, все станут свободными. Говорили, что водники подготовят маршрут отступления! Я честно выполнил все ваши условия, теперь, будьте любезны, выполните свои. — Робкий, но в меру настойчивый голос изменившегося в лице Гамбита прервал дьявольский смех не перестававшего регенерировать ублюдка. 
— Шулер говорит о честности. Мир полон противоречий, но ладно. Конечно, друг мой, ты свободен! 
За хрипящими, переполненными иронией словами последовал быстрый, чёткий и отработанный удар. Ножом в спину, между рёбер, прямо в сердце. Ирония то или нет — предателя предали. Тело Краски вздрогнуло, сам он, выпустив слой красящего вещества, прыснул им по глазам стоявшего позади челкастого. Из последних сил он схватился руками за свой пиджак. В глазах его ещё пылало желание жить, но та болезненная гримаса на лице говорила об иной судьбе. Вытягиваясь на носочки, выкатив глаза и с ненавистью стиснув зубы, мужчина произносит: 
— Сука! 
На последнем издыхании рука краски показывается из-за пиджака. На безымянном пальце его, словно обручальное украшение, красуется кольцо от гранаты. 
— Нет! — внезапно обеспокоенно вскрикивает Бессмертный и кидается в нашу сторону, после чего происходит взрыв. 
Ванессу, Фортуну и Игуану, не ожидавших подобного, взрывной волной кидает к нам. Сопровождавшего их мужика, напротив, откидывает назад к выходу. 
Хрипя, держась за голову, первой в себя приходит Фортуна. В привычной для неё манере матерясь, лёжа на земле, та вытаскивает из кобуры пистолет, а после, кувыркнувшись в сторону и увернувшись от удара ногой Кати, желавшей выбить из рук Фортуны оружие, внезапно для нас всех оборачивается, а после производит несколько выстрелов в сторону ускользнувшего в дверной проём челкастого урода. 
— Паук и Бессмертный — разные люди! Тот пидарас сзади, он контролирует Игуану и Ванессу! 
Мгновение, и мать меняет вектор атаки, рябью возникая над напуганным и отползающим назад Пауком, на защиту которого успевает встать Ванесса. Стальная хватка блондинки всегда была тяжёлой.
Каким-то образом обнаружив мать под действием иллюзорной способности, блондинка хватает ту за ногу, а затем с размаха бьёт о пол. Вёрткая и сильная Катя внезапно натыкается на не уступающую той Ванессу. Пара нечитаемых атак с земли и с отскоком от стены, произведённых Франческой и Катей, сталкиваются с классической английской двойкой. У Ванессы стиль боя тот же, но сама она стала сильнее, причём не в раз или два, а в десяток! Мощные прямые удары прямо в челюсть отбрасывают девчат, после чего и я сам кидаюсь вперёд. Мои путы, окутав тело подруги, подкидывают ту вверх. Путь к ублюдку, овладевшему их разумом, открыт, но внезапно меня со стороны атакует Игуана.