Колхоз князя Пушкина (СИ)

— Что вы, князь, хотели этим сказать⁈ — попытался он оценить меня ещё раз, хотя мы уже были представлены друг другу, и этот Ахилл Шарль Виктор во время нашей непродолжительной беседы чрезмерно интересовался самолётами, прямо намекая мне, на какие бы преференции я мог бы рассчитывать, надумай вдруг перенести своё производство во Францию.
— У меня есть сто двадцать пять пудов этого металла. Случайно достались. Готов поменять его на золото по озвученному вами соотношению. Но предупреждаю — сделка разовая. Больше поставок не будет! Надеюсь, моё предложение не оскорбит вашего короля, так как художественная работа по бокалу и в самом деле искусная?
  
Видели бы вы, как заметался этот посол. Словно среди своих имён заблудился, пытаясь определить, кто же он есть.
Собственно, выходов я ему немного оставил. Ему сейчас или принудить банки со мной обменяться, или громко заявленную ценность королевского подарка прилюдно слить.
— Я не специалист по металлам, — начал было этот дипломат, которых чуть ли ни сызмальства обучают заметать свои следы пушистым хвостом.
— Можете не сомневаться. Мой металл химически значительно чище того, что в кубке, подаренным вашим королём, — жёстко заранее пресёк я его выдуманные изыски, давая понять, что или он принимает чётко озвученные условия, или я продолжу его дальше угнетать, как и всю Францию в его лице.
Нормальная оплеуха послу прилетела. К бокалу с вином он надолго припал, взяв паузу на подумать.
— Тогда не вижу никаких препятствий, но детали обмена вы будете обсуждать уже с представителями банков.
— Не вопрос. Надеюсь, вы им сумеете объяснить, что ваши предложения про инвестиции в этот металл родились с их слов, а не на пустом месте.
— Так я это и сказал, — благодарно кивнул мне посол, сообразив, что я только что подсунул ему здоровенный рычаг для давления на финансовые круги Франции, — Завтра же встречусь с представителем банка «Лионский Кредит» в России. Можете поверить мне на слово, для них это пустяковая сделка, так как обычно они практикуют правительственные кредиты, — с намёком посмотрел он в сторону Императора.
— С нетерпением буду ждать их приглашения, которое можно будет прислать на адрес моего доходного дома на Фонтанке. Надеюсь, эта первая крупная сделка в России пойдёт их репутации только на пользу.
От такого коварства француз даже покраснел. А вот так! Отучайтесь Россию удивлять. Понимаю, что мода на всё французское вам сейчас денег приносит больше, чем все ваши хвалёные виноградники. Но это баловство уже очень скоро вам же боком и выйдет!
* * *
Если кто-то считает, что бал принято заканчивать ближе к полуночи, то нет. Это ошибка.
Как я понял, гулять сегодня все собираются значительно дольше, пусть и не настолько, как иногда происходит на «частных» балах, где приглашённые гости начинают разъезжаться, когда за окнами уже светает.
Не скажу, чтобы это стало для меня сюрпризом, но после моего афронта с французским послом, а тем более, после того, как светское общество поняло и обсудило то, о чём мы говорили, интерес к моей персоне усилился многократно.
Оказывается, Скрудж Макдак, любитель искупаться в кладовой, до краёв наполненной золотом, живёт в душе каждого аристократа.
Ожили мамочки, истово пиная уже поднабравшихся муженьков. Заново причепурились их доченьки на выданье, и мне пришлось превозмогать!
Натанцевался я за эти часы на год вперёд! А уж духами надышался так, что нюх потерял напрочь.
Барышни, ну нельзя же так! Всё в меру должно быть…
Отчего каждая барышня, с которой у меня был согласован следующий танец, на себя чуть ли не полфлакона духов перед этим выливала?
Кстати, если вы когда-то попадёте в пушкинские времена на бал (открещиваться не надо — чем чёрт не шутит) рекомендую танцы с замужними дамами, а то и вовсе с вдовами. В отличии от девичьих корсетов, у большинства замужних — вполне себе сносные бальные платья. Этакие фривольно открытые. И да — многие девушки до свадьбы себя до последнего блюсти стараются, под жёстким контролем своих маменек, зато потом, как с цепи срываются. А поскольку браки здесь ранние, и адюльтер даже в моде, то всякое случается. Иначе, что бы стали обсуждать в салонах, где главные новости — кто, когда и с кем.
Ой, а уж про гардеробы приличных дам мне сестра столько наговорила, что я чуть ли не опух.
Оказывается, платья бывают разные. Это я был готов принять… Но не настолько разные!
Утреннее платье, платье для прогулок, для дружеского собрания, для оперы, вечернее платье, бальное, платье для формальных приёмов, для поездки загород, для ужина, придворное платье — это как бы для начала. Так как в некоторых из них не принято показываться второй раз.
Ибо это неприлично, и считается показателем того, что Род бедствует.
Следующим ударом по моему уму оказались Парижские шляпки. Как по мне — хрень полная, но цены на них начинаются от двадцати пяти рублей, а дальше и вовсе улетают в космос.
Для чего я это так долго рассказываю — так всё же понятно!
Импортозамещающие технологии!
Качеством и видом лучше, а ценой дешевле.
Приём старый, не раз проверенный.
Честно признаться, я сейчас в душе похохатываю над неудачами французского посла. Он попытался влезть в тему с самолётами, попал в мою тщательно приготовленную интригу с алюминием, а самое главное упустил — платье моей сестры!
Его материал, цвет и идеально ровные швы в ближайшее время будут волновать петербургскую аристократию куда как больше, чем всё остальное.
  
Глава 18
 
Акт приёмки нового доходного дома обставили без особой помпы. Мы с Ольгой и Павлом Исааковичем в присутствии Карла Росси и десятника Солоухина обошли каждое помещение в здании и, не найдя явных изъянов, направились в помещение будущей кофейни на первом этаже, где арендатор приготовил для нас небольшой фуршет.
— Жаль, что Августин Августинович по долгу службы отбыл в Нижний Новгород, — сокрушался Карл Иванович, подняв бокал с шампанским. — Он очень хотел узнать насколько вам с сестрой понравится дом.
— Если его превосходительство свяжется с вами, то передайте ему, что дом нас вполне устраивает, — дал я понять, что Бетанкур долг передо мной закрыл, и отсалютовал в ответ бокалом вина. — Меня сейчас больше всего интересует, успеют ли ваши строители до зимы построить по соседству двухэтажный дом, в котором я планирую открыть ателье и несколько магазинов?
— Что скажете, Илья Петрович? — повернулся архитектор в сторону десятника, который в отличие от нас цедил из маленькой чашки кофе. — Построите до Покрова князю будущий магазин?
— Обязательно построим, — важно кивнул Солоухин. — К тому же с подачи его светлости мы несколько изменили технологию изготовления фундамента, а это уменьшает сроки строительства.
Вообще-то десятник мне явно льстит, поскольку технология переплавки песка в стекло при температуре окружающей среды лежала на поверхности. Так что Бетанкуру с его огромным административным ресурсом ничего не стоило повторить мой перл, изменяющий температуру плавления песка, и внедрить его в свои строительные артели. И всё равно слова Солоухина были мне приятны.
— Князь, а что ещё, кроме кофейни, вы планируете открыть на первом этаже вашего дома? — поставил Росси пустой бокал на стол. — Если вам нужны арендаторы, то я вполне могу вам посодействовать.
— Спасибо за предлагаемую помощь, — искренне поблагодарил я архитектора. — Но пока не будет построено здание по соседству, мы с сестрой планируем открыть небольшую лавку по продаже швейных машинок и такой же небольшой магазин, где будут продавать канцелярские товары. В том числе и вот такие ручки со стальным пером.
  
С этими словами я достал из кармана сюртука пенал из мореного дуба, в котором лежала пластиковая прозрачная ручка с позолоченным пером и дюжиной запасных.
— Это мой вам подарок, — вручил я раскрытый пенал, чтобы Росси мог разглядеть презент. — По своему опыту знаю, что в течение двух недель перо будет служить безупречно. Потом просто поменяйте его на новое. Ну, а когда кончится запас, добро пожаловать в наш магазин, где за скромную плату можно будет купить новые перья. Кстати, точно такое же перо недавно моя сестра подарила брату Императора на день рождения.