"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

– Ничего себе по верхам…
Утешив Ингу как мог, решил всё-таки заняться поисками маклера. Логично рассудив, что они могут ошиваться в первую очередь в конторах по обмену недвижимостью, направился в Банный переулок. Именно там, как я выяснил после непродолжительного опроса, располагалось «Бюро по обмену жилой площади».
Понятно, что и в газетах немало объявлений по обмену квартир, не говоря уже о специализированных бюллетенях, но мне нужен был конкретный человек, съевший на этом деле собаку. А вживую я мог его найти или через каких-то московских знакомых, или в этом самом Бюро: сто процентов они там крутятся и предлагают свои услуги.
  
Возле Бюро народ толпился у стендов с объявлениями, а внутри было вообще не протолкнуться. И это в разгар рабочего дня! И где тут искать этих самых маклеров? Вряд ли они обладают какими-то характерными приметами, наверняка сами выискивают потенциальных клиентов.
– Молодой человек, вы по обмену?
Я обернулся на негромкий голос и увидел невзрачного типа в видавшем виды костюмчике и редкими, зачёсанными назад волосами, в которых помимо проседи виднелась и перхоть.
– Не совсем, – ответил я, гадая, что это за тип.
– А зачем же тогда вы здесь? – искренне удивился он.
Сказать, что ли, напрямую? В конце концов, я ничем не рискую.
– Я ищу человека, который мог бы мне помочь в вопросе приобретения кооперативной квартиры.
– У вас есть такие деньги?! Простите, а сколько вам лет?
– Поверьте, мой возраст не играет в этом вопросе никакой роли. И с деньгами проблем нет.
В помещении я находился по-прежнему в тёмных очках, чтобы не вызывать ненужный ажиотаж. Видеть не так удобно, но зато привлекаю меньше к себе внимания. То есть человек в тёмных очках в помещении по идее как раз привлекает внимание, но я очень не хотел, чтобы кто-то из здесь присутствующих потом рассказывал на каждом углу, что в «Бюро по обмену жилой площади» ошивался Максим Варченко.
– Хм, однако по вашему виду и не скажешь, что вы готовы приобрести кооперативную квартиру, – между тем всё так же негромко продолжал незнакомец. – То есть выглядите солидно, одежда фирменная, но всё же…
– Товарищ, я не собираюсь вас уговаривать мне помочь, если вас в моей внешности что-то смущает – я могу поискать другого человека, который сможет посодействовать мне в решении данного вопроса.
– Не спешите, молодой человек, не спешите! Давайте выйдем на свежий воздух и спокойно, без свидетелей поговорим… Кстати, ваше лицо мне кого-то напоминает… Постойте-ка, вы ведь Максим Варченко!
– Даже маскировка не помогла, – досадливо стянул я с глаз очки и снова их нацепил. – Ладно, давайте выйдем, пообщаемся на улице.
В итоге выяснилось, что Роман Борисович (ещё один Борисович!) как бы маклер, но после его немного сбивчивых объяснений я сделал для себя вывод, что он птица невысокого полёта, и проворачивает по большей части нехитрые комбинации по обмену жилплощади, довольствуясь скромным гонораром. Однако за небольшую благодарность, эквивалентную пяти рублям, может меня свести с неким Аркадием Львовичем, человеком – чьё имя среди маклеров пользуется несомненным авторитетом.
Роман Борисович при мне позвонил этому маклеру с ближайшего телефона-автомата. Выскочив из будки, доложил:
– Аркадий Львович будет ждать вас через час у себя дома на Малой Бронной. Обычно незнакомых людей к себе не приглашает, но когда я сказал, кто вы – он сразу же согласился вас принять. Выйдете на станции метро «Пушкинская». Дом № 29, приметный, там на первом этаже кафе «Лира», вам нужно будет подняться в двадцать седьмую квартиру.
– Хорошо живут маклеры, – пробормотал я себе под нос.
Получив пятёрку, которая тут же исчезла в кармане его потрёпанного пиджака, Роман Борисович с чрезвычайно довольным видом вернулся в чрево Бюро. А я отправился на Малую Бронную. Воспользовался услугами метрополитена, прибыл на место через тридцать минут. От нечего делать послонялся возле кафе «Лира». В 1990 году на его месте появится первый в стране «Макдональдс», куда будут выстраиваться километровые очереди. Впрочем, надеюсь, в этой истории американский общепит к нам не доберётся, нам есть что противопоставить буржуйским гамбургерам. Например, наши блинчики с мясом, творогом и прочими начинками сытнее и вкуснее. И полезнее, если уж на то пошло, чем неизвестно из чего сделанные котлеты в гамбургерах и картофель-фри.
На углу дома обнаружил чей-то барельеф, присмотревшись, прочитал: «Здесь с 1966 года по 1975 год жила народная артистка СССР, лауреат Государственных премий СССР Любовь Орлова». Ну да, есть какое-то сходство в отлитом из бронзы (или ещё какого-то металла) портрете, если сильно не придираться.
Бросив взгляд на часы, решил, что успею перекусить в этом самом кафе. Опасался, что не удастся попасть, недаром «Машина времени» когда-то посвятила песню этому заведению, отдельно упомянув неприступного швейцара Костю. Не знаю, тот ли Костя здесь сейчас стоял в дверях, или кто-то другой, но, кинув в мою сторону оценивающий взгляд, разрешил пройти внутрь. Внешний вид кафе не нёс в себе ничего сверхъестественного. Заполнено заведение общепита от силы наполовину. На второй этаж в коктейль-бар меня совершенно не тянуло. Я взял салат, лангет, зажаренный до состояния подошвы, кофе и пирожки. Пирожки были ещё более-менее, я их ещё взял, а до кучи бутылку охлаждённого «Тархуна».
Что ж, пора двигать к Аркадию Львовичу, до назначенного времени всего десять минут. Пока до подъезда дойду, пока поднимусь на нужный этаж… Впрочем, все эти процедуры заняли ровно пять минут, но ещё столько же я ждать не стал, ткнул кнопку дверного звонка.
Дверь мне открыл не сам маклер, а весьма симпатичная девица слегка блядской наружности.
– Аркаша, это к тебе, – крикнула она куда-то вглубь квартиры.
А ничего девица, интересно, кем она маклеру приходится? Дочка явно не станет называть отца Аркашей. Да и внучка тем более. Не иначе сожительница, а может даже жена.
Несколько секунд спустя появился и сам Аркадий Львович. Он оказался весьма представительным мужчиной в возрасте ближе, пожалуй, к шестидесяти годам. Одет был в светлый спортивный костюм «Puma» (или «Рита», как мы когда-то прикалывались по молодости), правда, на ногах вместо кроссовок обычные тапочки без задников.
– Дашуля, просил же при посторонних меня так не называть… Спасибо, можешь идти… Я так понимаю, вы тот самый Максим Варченко? Хотя я и не любитель всех этих песенных телеконкурсов вроде «Песни года», но предновогодний выпуск смотрел, запомнил ваше лицо. Давайте пройдём в мой рабочий кабинет… Кофе будете? Даша, солнце, сделай нам кофе и принеси, пожалуйста, в мой кабинет.
Хороший кабинет, я бы от такого тоже не оказался. Не сказать, что большой, но всё здесь по уму, или, как модно было говорить на рубеже веков в моей истории – по фэншую. У окна – раритетный, массивный стол на крепких ножках из морёного дуба. Аркадий Львович уселся за стол в хозяйское, обтянутое коричневой кожей кресло, мне было предложено чуть менее претенциозное, но весьма удобное кресло. В ожидании кофе Аркадий Львович принялся вытягивать из меня своего рода анкетные данные. Выяснил, откуда я прибыл, что сейчас моя девушка поступает в МГУ, а я её поддерживаю морально, что являюсь авторов ТЕХ САМЫХ книг, и автором ТЕХ САМЫХ песен, что занимаюсь боксом, и поразился разносторонности моих увлечений, которые к тому же приносят, как он выразился, неплохой доход. О себе же Аркадий Львович предпочитал не распространяться, видимо, это было продиктовано особенностями его профессиональной деятельности.
  
– Ваш кофе!
Симпатичная Даша поставила перед нами на стол поднос с чашками кофе, молочником со сливками и вазочкой с сахаром. Закусывать мы, я так понимаю, не собирались, может быть и правильно, так как предстоял деловой разговор. Бросив взгляд вслед туго обтянутой джинсами попе Дарьи, я со вздохом бросил в чашку пару кусочков рафинада. Аркадий Львович, видимо, заметил мой взгляд и с усмешкой спросил: